очень интересный человек из числа тех исторических персонажей, чьё появление могло состояться только в Соединённых Штатах того времени. Если вы ничего о нём не знаете, то почитайте в интернете хотя бы краткую биографию, автор уверяет, что вы не пожалеете о потраченных 10 минутах жизни. Достаточно сказать, что Алтгельд, не будучи архитектором и строителем, умудрился построить один из первых в мире небоскрёбов [высотой 16 этажей] и, не имея юридического образования, поработал адвокатом и генеральным прокурором штата! При этом прожил не очень долгую жизнь — чуть более 54 лет — и умудрился подняться из беспросветной нищеты до статусного миллионера и политика федерального уровня. Такое возможно было только в США в период экономического бума последней трети XIX века…
Алтгельд был известен своим милосердием, точнее, снисходительностью к преступникам. Он полагал, что Правосудие несёт, прежде всего, педагогическую функцию, прививая населению почтение к Закону, поэтому преступность надо держать в узде, но чрезмерная жестокость лишена смысла и поэтому недопустима. Алтгельд, как никто из губернаторов США, был склонен «входить в положение» даже самых закоренелых негодяев и сохранял жизни даже очень жестоким убийцам. Список преступников, помилованных Алтгельтом за 4 года пребывания на посту губернатора, весьма велик. Среди них 19 убийц, 8 сексуальных преступников [обвинены в изнасилованиях, инцесте или педофилии], 5 осуждённых за поджоги или вооружённый грабёж, 75 осуждённых по менее тяжким статьям [непредумышленное убийство, растрата, кража со взломом или без, мошенничество].
Милосердие Губернатора восстановило против него многих из числа ранее сочувствующих. Двое из числа 8 помилованных насильников были в 1895 году линчёваны разгневанной толпой, недовольной тем, что Алтгельт спас негодяев от виселицы. Снижение популярности Губернатора, не сумевшего в 1897 году переизбраться на следующий срок, во многом произошло именно по причине присущего Алтгельту милосердия — жители Чикаго того времени считали проявление подобного чувства слабостью.
Губернатор штата Иллинойс Джон Алтгельт явно был склонен помиловать Пейнтера.
Пейнтер и его сторонники с полным правом могли рассчитывать на снисходительность Алтгельта, ведь в данном случае подсудимый вины не признал, и дело вовсе не выглядело однозначным. Летом 1893 года Губернатор действительно вмешался и перенёс казнь на 3 месяца.
А далее произошли события, без которых этот очерк никогда бы не был написан — они-то и придали всей этой истории характер загадочный и запутанный.
Начать, по-видимому, следует с того, что в газетах тех лет было опубликовано немало иллюстраций, изображавших Джорджа Пейнтера. В ноябре 1893 года адвокат Уилльям Кондон (William Condon) из Солт-Лейк-сити связался с Блэкбёрном и сообщил последнему, что уже довольно давно заметил удивительное сходство некого Дика Эдвардса (Dick Edwards) с дожидающимся смертной казни Джорджем Пейнтером. Своё наблюдение Кондон держал при себе, однако недавно о подозрительном сходстве Эдвардса и Пейнтера с ним — Кондоном — заговорил друг Дика Эдвардса, которого зовут Ричард Роч (Richard Roche). Кондон получил от Роча «стейтмент» [официальное заявление, сделанное в присутствии нотариуса и заверенное последним], в тексте которого фиксировалось признание данного факта. Кондон переслал этот документ Блэкбёрну в Чикаго.
После этого довольно странного вступления последовало не менее странное разъяснение, от которого история Джорджа Пейнтера, что называется, заиграла новыми красками.
7 июня 1891 года неподалёку от Солт-Лейк-сити был убит Эд Каллахан (Ed Callahan), известный на Среднем Западе карточный игрок, человек не только удачливый, но и очень состоятельный. Расследование показало, что расправа была хорошо подготовлена — Каллахана заманили в ловушку с участием некой привлекательной барышни Джози Хилл (Josie Hill). Последней отводилась важная миссия — ей предстояло сыграть роль свидетеля нападения, чудом оставшегося в живых. Она должна была сообщить шерифу неверные приметы нападавших и скрыть факт ограбления карточного игрока. Убийцы забрали основную сумму денег Каллахана, спрятанных под одеждой в специальном поясе [около 15 тыс.$], но при этом оставили около 300$ в карманах и портмоне жертвы.
Примерно так Джорджа Пейнтера изображали в 1891–1893 гг. газетчики.
Задумка, впрочем, не удалась, люди шерифа разгадали подоплёку случившегося и истинную роль Джози Хилл. Дамочка была взята под стражу, хорошенько допрошена и назвала человека, вовлёкшего её в эту авантюру. Таковым оказался некий Калвин Бин (Cal Bean), грабитель со Среднего Запада, за которым тянулся внушительный «хвост» разного рода преступлений — от угона скота до поджогов, вымогательств и разного рода мошенничеств. Бин не успел скрыться из Солт-Лейк-сити и был взят под стражу спустя менее суток со времени убийства Каллахана. Он назвал подельников — некую Лотти Майнер (Lottie Miner), даму, напрочь лишённую всякой добродетели, и бармена Дика Эдвардса (Dick Edwards), заслуженно носившего широко известное в узких погоняло «Волчий х*р» (не надо смеяться — «Coyote Dick» — так его и звали). Эдвардс имел уголовное прошлое, его судили, в том числе и за сексуальные посягательства. Собственно, его неприличная кличка как раз и появилась по причине присущего Эдвардсу неумения управлять своими сексуальными позывами. Правда, существовало и иное объяснение странного прозвища, связанное с тем, что половой орган Эдвардса якобы имел некую аномалию, делавшую его похожим на собачий. Эдвардс очень обижался на связанные с этим шутки и намёки, хотя сейчас, разумеется, мы не можем судить, насколько достоверно такое объяснение. Тем не менее, фактом является то обстоятельство, что в отношении Эдвардса по меньшей мере трижды выдвигались обвинения в нападении на женщин и связанными с этими выходками побоями.
Фамилия Эдвардс не являлась настоящей, ранее этого человека звали Джеймс Дональдсон (James Donaldson), а возможно, что и как-то иначе. «Волчий х*р», согласно распределению функций между членами банды, выполнял очень важную миссию — он следил за Каллаханом. Дело заключалось в том, что салун, в котором работал преступник, располагался напротив дома, в котором жил карточный игрок, так что Дик Эдвардс имел прекрасную возможность собирать информацию, необходимую для планирования нападения.
Уже по завязке этой истории видно, что сюжет обещал быть захватывающим. Продолжение и впрямь не подкачало. Вся арестованная компания отправилась под суд и… была освобождена судьёй! После этого шериф поспешил арестовать всех поименованных выше повторно, и… судья снова освободил всех этих ребят и девчат. История того, как ловили убийц Каллахана, в высшей степени занятна, но для настоящего повествования намного важнее то, как в упомянутом сюжете возник адвокат Уилльям Кондон.
Последний был приглашён для защиты Калвина Бина и со своей задачей, в общем-то, справился. Летом и осенью 1891 года адвокату пришлось много общаться с Диком Эдвардсом, тем самым, что откликался на погоняло «Волчий х*р», и адвокат запомнил, что Эдвардс доказывал свою непричастность к подготовке убийства Каллахана тем, что в мае отсутствовал в Солт-Лейк-сити и, стало быть, никак не мог осуществлять слежку за жертвой. По словам Эдвардса, он находился в Чикаго, где попал в
