Его прервала орущая во всю глотку стайка ребятишек, что неслась. Он оглянулся.
— Вот и Фред.
Легкой походкой Фред приближался к ним. Это был крупный мужчина с непокрытой головой, со спутанными черными волосами, густыми бровями и с полным ртом белых зубов.
— Привет, люди, — сказал он. — Чем могу быть полезен? Джейк рассказал.
Фред в замешательстве почесал в волосах и смущенно помолчал.
— Да у нас полным-полна коробочка, к тому ж мы вот-вот уедем. И не соображу, на что нам еще одна семья. Если только у вас есть в загашнике что-нибудь из ряда вон выходящее.
— Я хороший механик, — объяснил ему Джейк, — могу водить любую машину.
— Водителей у нас хватает. А как насчет ремонта? Может, смыслите по сварочному делу? Или по токарному?
— Я… да нет.
— Нам приходится самим ремонтировать машины, содержать их в постоянной готовности. Бывает, сами запасные части делаем, чтобы заменить старые, изношенные. У нас нет времени ждать, когда нам доставят их с завода, так что мы все тут на все руки мастера. Что там вождение машины — каждый умеет водить машину. Даже женщины и дети.
— А еще вот док, — сказал Джейк, — образованный человек. Был профессором в университете, пока тот не прикрыли. Не подойдет ли он вам?
Фред оживился.
— Да что вы говорите! По агрономии…
— История, — сказал Эмби. — Я знаю только историю, ничего больше.
— Это, видите ли, не то… — Фред был разочарован. — Нам нужен специалист по сельскому хозяйству. На отдельных участках мы проводим эксперименты, но слишком мало знаем. В результате ни на одном из них ничего не получается. Идея состоит в том, чтобы вырастить лучшие сорта семян. Только успех эксперимента поможет нам в торговле — вся наша ставка на качественные семена. У каждого стана свой собственный сорт семян, и чем выше качество семян, тем меньше вы зависите от вашего пузыря. Мы выращиваем хорошие дурхамы, но теперь мы принялись за кукурузу. Если бы нам удалось вывести, скажем, такой сорт, который вызревает на декаду раньше…
— Весьма интересно, — сказал Эмби. — Но, к сожалению, я бессилен вам помочь. Никакого представления не имею.
— А я бы работал во всю мочь, — сказал Джейк, — если бы только вы позволили мне остаться. Я же двужильный, другого такого во всем вашем стане не сыскать.
— Прошу прощения, — сказал в ответ агент, — у нас лентяев не водится, все старательные. Если вам нужно пристанище, вам лучше всего обратиться к путешественникам. Они, возможно, примут вас. А такие старые станы, как наш, обычно не берут новичков, разве что они обладают какими-то необыкновенными способностями.
— Ладно, — сказал Джейк, — пусть будет по-вашему.
Он открыл дверцу и влез в машину. Дети нырнули на заднее сиденье. Вскарабкалась в трейлер и Мерт.
— Спасибо, — сказал Джейк агенту. — Извините, что отняли у вас столько времени.
Он развернул машину и поехал к шоссе. Долго молчал, наконец заговорил:
— Что это за штука такая — агроном? — спросил он.
8И дальше, где бы они ни останавливались, все происходило примерно в том же духе.
— Не кибернетик ли вы? Нет? Жаль-жаль. Нам, конечно, подошел бы кто-нибудь из этих парней-кибернетиков.
— Сожалеем, но нам нужен химик. Колдуем тут, производим топливо. А знаний никаких, кроме того, до чего сами докопаемся. В один прекрасный день наши ребята взорвут к чертовой бабушке весь наш стан.
— Если бы вы были лекарем. Лекарь нам нужен.
— Вы знакомы с электроникой? Нет? Очень жаль.
— Историк… Боюсь, историк нам ни к чему.
— Вы, случайно, не доктор? У нас доктор уже совсем старенький.
— Нам бы инженера по ракетам. Есть у нас тут идейки… Нам бы парня, разбирающегося в ракетах.
— История? Не-а. На кой она нам?
Но есть все же польза и в истории, говорил себе Эмби.
— Я знаю, — говорил он, — есть ей применение. Прежде она всегда служила орудием. Не могла же она вдруг потерять свое значение, даже в нынешнем невежественном обществе.
Он забирался в свой спальный мешок и смотрел на небо.
Дома теперь уже осень, думал он. Падают листья, и стоит его город, захватывающе прекрасный в своем осеннем наряде.
А здесь, на самом юге материка, все еще было лето, и странное, летаргическое чувство навевала темно-зеленая листва и густая синь неба — будто зелень и синева отпечатались на земле и останутся такими навеки, на земле, которой противопоказаны какие-либо изменения, и матрица ее существования отлита навсегда, без всякой надежды на перемены.
На фоне неба темной глыбой возвышался трейлер; внутри трейлера закончили свои стенания Джейк и Мерт, и стало слышно журчание ручья, протекавшего немного в стороне от их стоянки. Угасал костер, пока не стал похож на розу в белом пепле кострища, а где-то на опушке леса вдруг запела птаха, наверно, пересмешник, хотя песня не была такой прелестной, как он ожидал услышать.
И так всегда, подумал он. Наши фантазии никогда полностью не совпадают с действительностью, с тем, что есть на самом деле. Чаще всего в жизни все гораздо менее красиво и более прозаично, чем в воображении человека; но порой вдруг, в самом неожиданном месте, возникнет перед тобой такое, что пригвоздит тебя к месту и затем определит всю твою дальнейшую судьбу.
Побывав в двух—трех станах, доктор убедился, что все они на один манер — на солидный американский манер, деловой и прагматичный; были в них и свои странности, но они переставали быть странностями, как только он постигал их истоки.
Вот, например, еженедельные военные сборы с их обычными военными играми; в них каждый рядовой должен пройти все ступеньки маневров и со всей серьезностью отработать свою долю, без всяких там уверток и шуточек решить военную задачу, а в это время женщины и дети, как стая перепелок, разбегаются в поисках укромного места, чтобы спрятаться от воображаемого врага.
А дело все заключалось в том, что без этих сборов Федеральное правительство не получило бы даже свой пустячный налог на оборону. А так у него всегда есть предлог держать под рукой на случай чрезвычайной мобилизации граждан-солдат, готовых биться в страшной тотальной войне как какие-нибудь фронтьеры или дикие индейцы, и разорвать на части любого неприятеля, посмевшего высадиться на берегах его родного континента. Федеральное правительство содержало военно-воздушные силы, производило оружие, поддерживало военные исследования и осуществляло общее руководство и планирование. Люди, все до одного, составляли постоянную армию, готовую в любой момент к мобилизации, вымуштрованную до степени пальца на взведенном курке, и притом армия эта ни гроша не стоила федеральному правительству.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
