Читаем без скачивания Многоярусный мир: Создатель вселенных - Филип Фармер

Глава 16

Кикаха открыл глаза и увидел странный причудливый пейзаж.

Он находился в широкой долине, окруженной невысокими горами. Серую почву равнины и окрестных холмов покрывала желтая, похожая на мох растительность.

Над ним простиралось небо иного мира. Синее — вернее, темно-синее, почти черное, — оно поразительно отличалось от зеленых небес многоярусной планеты. Можно было подумать, что это поздние сумерки, но солнце стояло в зените. Слева от него в небе висела колоссальная башня. На ее зеленом пятиступенчатом силуэте виднелись светло-голубые пятна и широкие белые разводы того, что казалось какой-то шершавой массой. Гигантская колонна клонилась набок и чем-то напоминала Пизанскую башню.

Увидев ее, Кикаха немного успокоился. Он бывал здесь десятки раз. И только удар по голове помешал ему узнать это место сразу. Он находился на луне — круглом спутнике пирамидальной планеты.

Забыв предыдущий опыт, Кикаха вскочил на ноги… и взлетел в воздух. Неуклюже взмахнув руками, он упал на четвереньки и ткнулся в землю лицом. Удар смягчила коричневато-желтая растительность, похожая на мох. И все же из его груди вырвался сдавленный крик, прозвучавший в этой атмосфере как надсадный хрип.

Он осторожно встряхнул головой и вдруг увидел убегавших Звонарей, за которыми гнались четыре орлицы и Подарга. Однако слово «бег» не передавало того, что происходило на самом деле. Трое мужчин совершали неописуемо длинные прыжки, которые часто заканчивались падением. Они поскальзывались при приземлении или теряли равновесие еще в воздухе. В результате неуклюжие движения еще больше усугубляли их отчаяние, и со стороны происходящее выглядело довольно комично.

Кикаха от души посмеялся над ними, но быстро умолк, когда подумал о собственном положении. Пока ему ничего не угрожало. Однако все могло измениться — и в очень плохую сторону. Трое Звонарей приближались к тому месту, где они могли спастись от орлиц.

Даже с такого расстояния Кикаха видел тонкий край каменного кольца на поросшей лишайником земле. А значит, там находились еще одни врата. И Звонари, убегая из храмового зала, определенно знали о них. Очевидно, они намеренно установили их как своеобразную ловушку. И теперь, оставив в безвыходном положении своих преследователей и Кикаху, они вернутся в Таланак или, что более вероятно, во дворец властителя.

Кикаха даже не сомневался, что врата окажутся одноразовыми. Ими могли воспользоваться только те, кто первым вступил бы в их круг. После этого врата отключались до новой активации. А устройство их включения, конечно же, находилось в совершенно другом месте.

Кикахе нравилось узнавать новое, и он довольно неплохо разбирался в ловушках. Ему не раз доводилось сталкиваться с подобным типом врат, и он понимал, что в данной ситуации Звонари могли угодить в свою же западню. Они не рассчитывали, что их будут преследовать орлицы и гарпия. Птиц ошеломила мгновенная переброска на луну, и они еще не приспособились к слабой гравитации. Однако, работая крыльями, они не только удерживали равновесие при прыжках, но и снижали скорость падения. Их движения напоминали плавное планирование, и они все больше и больше приближались к людям.

Фон Тарбет и фон Свиндеберн подпрыгнули и, схватив друг друга за руки, приземлились внутри каменного кольца. Их фигуры тут же исчезли.

Квотшамл отставал от них секунд на пять, и, когда он опустился в круг врат, никакого переноса не произошло. Он остался стоять посреди круга. В неподвижном воздухе повис его крик отчаяния.

Подарга, раскрыв крылья и замедлив падение, опустилась ему на спину, и Звонарь упал под тяжестью ее тела. Гарпия издала громкий пронзительный крик — скорее отчаяния, чем триумфа, — а затем начала вырывать из спины человека кровавые куски мяса. Рядом опустились другие орлицы. Они обступили Подаргу и склонились над извивающейся жертвой. Желтые клювы терзали тело. Ранец, прикрепленный к спине Квотшамла, отлетел прочь и упал неподалеку.

В живых остались двадцать три Звонаря.

Кикаха медленно поднялся на ноги. Вскоре Подарга и ее птички закончат пляску смерти и начнут осматривать окрестности. Если он не поспешит укрыться, они заметят его, и это может очень плохо кончиться. Перспективы для бегства были неважными. В миле виднелись развалины древнего города Корада. Огромные белые здания сверкали на солнце огнями далекой надежды. Но даже если ему удастся добраться до них, он найдет там не спасение, а тюрьму. Единственные ближайшие врата, которые Кикаха мог использовать, находились не в городе, а в тайной пещере на холмах. Но между ним и пещерой пировали орлицы и Подарга.

Заметив, что птицы полностью поглощены кровавой трапезой, Кикаха попытался вспомнить способ быстрого передвижения. Он бывал здесь много раз, но с тех пор прошло довольно много времени. Поэтому адаптация во многом напоминала плавание в воде после нескольких лет жизни в пустыне. Говорят: стоит чему-нибудь раз научиться, и это уже навсегда остается с тобой. Однако аналогия — она и есть аналогия. Нырнув в воду, человек тут же начинает плыть. Кикахе же потребовалось несколько минут, прежде чем он снова освоил необходимую координацию движений.

К тому времени Кикаха преодолел четверть мили. Внезапно он услышал крики, которые выражали немного иные эмоции, чем удовлетворение от крови и жертвенной плоти. Он оглянулся. Его преследовали четыре орлицы и Подарга. Они подпрыгивали вверх, планировали в воздухе, затем, скользя по мху, проскакивали большие промежутки пространства. Их манера передвижения была похожа на полет летающих рыб. Очевидно, они не рисковали лететь при такой низкой силе тяжести.

Словно прочитав мысли Кикахи, орлицы перестали прыгать и взвились в воздух. Их несло вверх с огромной скоростью, и вряд ли они испытывали что-то подобное на родной планете. Птицы снова закричали. И на этот раз в их крике чувствовалось разочарование. Взлетев, они потеряли скорость. Однако расстояние между ними продолжало сокращаться.

Кикаха узнал об этом только потому, что, высоко подпрыгнув, осмелился быстро оглянуться. Он немного замешкался и, приземляясь, поскользнулся. Инерция увлекла его вперед и вверх, он дважды перекувырнулся в воздухе и больно ударился о грунт. Все его усилия опуститься на ноги или на четвереньки ни к чему не привели. Упав, он задохнулся и, раскрыв рот, скорчился от боли. В глазах потемнело, но он заставил себя подняться на ноги.

Во время следующего прыжка Кикаха вытащил из ножен меч. Судя по ситуации, оружие могло понадобиться ему еще до того, как он доберется до города. Подарга и одна из орлиц обогнали его на довольно большой высоте, потом сделали крутой вираж и устремились к нему по длинной пологой дуге. Другие орлицы находились прямо над Кикахой. Сложив крылья, они ринулись в атаку.

По-видимому, пикировавшие птицы и гарпия рассчитывали напасть на него, когда он подпрыгнет. Кикаха продолжал двигаться вперед. Взглянув вверх, он обнаружил, что орлицы вот-вот его настигнут. Вытянув лапы с желтыми когтями, птицы напрягли их, как огромные амортизаторы, и приготовились к удару при столкновении. Подарга и ее напарница приближались, летя почти параллельно земле, и громко хлопали крыльями. Они неслись в шести футах над мхом.

В предвкушении Подарга оскалила зубы. С ее когтей стекала красная влага, губы и подбородок были в крови.

— Кикаха-а-а-а! — закричала она. — Наконец-то!

Кикаха удивился. Неужели она не видит меч в его руке? Или гарпия настолько обезумела, что не обращает внимания на оружие?

Однако теперь это не имело значения. Ему предстояло совершить очередной прыжок, который вверг бы его прямо в когти Подарги. И он изо всех сил подпрыгнул прямо вверх. Такого маневра орлицы не ожидали. Они промчались под ним, и их яростные крики пронеслись мимо, как свисток пробегающего паровоза.

А потом крики птиц превратились в испуганные вопли. Кикаха услышал звуки глухих ударов. Крылья гулко захлопали — пикировавшие орлицы пытались замедлить падение.

Кикаха приземлился и двинулся дальше. Прыгая, он рискнул оглянуться. Подарга и четыре орлицы лежали на земле. Вокруг них летали зеленые перья. Подарга лежала на земле вверх ногами и нелепо крутилась. Одна орлица потеряла сознание. Две другие уже поднялись на ноги. Приходя в себя от удара, они шатаясь ходили вокруг своей повелительницы. Четвертая орлица попыталась встать, но, взмахнув крыльями, с криком повалилась на бок.

Несмотря на полученную фору, Кикаха едва успел добраться до входа в здание. Подарга отставала всего на несколько футов. Обернувшись, он махнул мечом, но она отпрыгнула назад и, захлопав крыльями, свирепо закричала. Изо рта у нее текла кровь, глаза выкатывались из орбит от неистового гнева, ниже правой груди виднелась глубокая рана. Очевидно, во время рукопашной или падения ее пронзил чей-то меч или коготь.