Почти сразу вернувшись, адъютант доложил:
— Повелитель, прибыл всадник, посланный вами на синем драконе, из…
— Что, этот остолоп собирается приземлиться на драконе под моими окнами?
Таргонн отвлекся от работы, выглянул из окна, с негодованием увидел, что синяя драконица только что опустилась на площадь. Она выглядела чрезвычайно рассерженной тем, что ей пришлось приземляться на таком маленьком для ее огромного туловища пространстве. Опускаясь, она поранила крыло о сторожевую башню, а хвостом смела часть зубчатой стены. Но все же она сумела безопасно приземлиться и теперь расположилась на плацу, сложив крылья и свернув кольцом хвост. Драконица испытывала жажду и голод и злобно сверлила глазищами выглядывавшего из окна Таргонна, как будто видела в нем причину всех своих неприятностей.
— Повелитель, — обратился адъютант, — из Сильванести прибыл всадник.
— Повелитель Таргонн! — Всадник уже стоял за спиной адъютанта. — Простите за неподобающую поспешность, но новости, которые я привез, столь важны, что я счел необходимым как можно скорее доставить их вам.
— Сильванести… Хмм. — Таргонн вернулся к столу с намерением продолжить подсчеты. — Уж не щит ли там упал? — саркастически бросил он.
— Именно так, Повелитель! — Всадник едва мог говорить.
Перо выпало из пальцев Таргонна. Он поднял голову и с изумлением уставился на всадника.
— Что? Каким образом?
— Младший офицер по имени Мина. — Тут всадник задохнулся в приступе кашля. — Извините, мне трудно говорить. Могу я попросить глоток воды? По пути из Сильванести я наглотался пыли…
Таргонн сделал адъютанту знак, чтобы тот принес эля, велел всаднику сесть и расслабиться.
— Приведите в порядок свои мысли, — приказал он, и, когда всадник повиновался, Таргонн сосредоточился и начал мысленно проникать в виденное и слышанное гонцом.
Лавина образов обрушилась на Таргонна. Впервые в жизни он растерялся. Целая череда событий произошла слишком быстро, они явно выходили из-под его контроля, и он не знал, как их оценить. Это настолько выбило Таргонна из колеи, что он забыл о двадцати семи стальных, четырнадцати серебряных и пяти медных монетах, но все же успел отметить место, на котором прервал свои подсчеты, закрывая гроссбух.
В кабинет вернулся адъютант с кружкой холодного эля. Рыцарь жадно припал к ней, а Таргонн тем временем постарался успокоиться и вновь принять невозмутимый вид, несмотря на снедавшее его нетерпение.
— Расскажите мне все, — приказал он.
Рыцарь повиновался.
— Повелитель, один из командиров Неракских Рыцарей по имени Мина, сумел пройти сквозь щит, возведенный над землями Сильванести.
— Но все же не разрушить его? — прервал рыцаря Таргонн, чтобы яснее представить себе ситуацию.
— Нет, Повелитель. Она не разрушила щит, но использовала его, чтобы спастись от преследовавших их великанов, которые не сумели преодолеть эту преграду. Мина повела свой небольшой отряд, состоящий из рыцарей и рядовых солдат-пехотинцев, в глубь территории Сильванести с очевидным намерением атаковать эльфийскую столицу, Сильваност.
Таргонн насмешливо фыркнул.
— Отряд подвергся нападению огромной армии эльфов и был разбит, а Мина попала в плен. Эльфы планировали казнить ее следующим же утром, но перед самой казнью Мина выступила с разоблачением Циана Кровавого Губителя, зеленого дракона, который, как вам, без сомнения, известно, жил в Сильванести в обличие эльфа.
Таргонну это не только не было известно — он даже понятия не имел, каким образом мог бы получить подобные сведения: проклятый щит был непреодолимой преградой для его ментальных способностей. Но поправлять гонца он не стал. Таргонну нравилось слыть всезнающим.
— Ее разоблачения заставили Циана Кровавого Губителя принять свой настоящий облик. Эльфы были охвачены безоглядным страхом. Дракон мог погубить разом всех собравшихся на поле, но Мина воззвала к эльфийским солдатам и приказала стрелять в зеленого дракона.
— Давайте проясним ситуацию, — прервал рассказчика Таргонн. Жилка пульсировала на его правом виске, вызывая отчаянную головную боль. — Наш собственный офицер отдает приказы солдатам нашего злейшего врага, призывая их убить могущественнейшего из зеленых драконов?
— Так точно, Повелитель, — подтвердил рыцарь. — Видите ли, оказалось, что именно Циан Кровавый Губитель и воздвиг магический щит, не дававший нашим войскам войти в Сильванести. Более того, этот щит губил самих эльфов.
— А, понимаю, — пробормотал Таргонн и потер висок. Он понятия не имел об этом, хотя вполне мог бы догадаться, если бы дал себе труд поразмыслить. Зеленый дракон Циан Кровавый Губитель, страшась Малистрикс и испытывая ненависть к эльфам, создал щит, который защищал его от одного врага и уничтожал другого. Неглупо. Не без некоторых изъянов, но, в общем, неглупо. — Продолжайте.
Рыцарь заколебался.
— Ход дальнейших событий пока не совсем ясен, Повелитель. Генерал Догах получил ваш приказ об отмене передислокации его сил к Оплоту и о наступлении на Сильванести.
Таргонн не отдавал подобного приказа, но о походе генерала Догаха на Сильванести он уже прочел в мыслях рыцаря и решил пока не углубляться в этот вопрос. Им он займется позже.
— Генерал Догах во главе своей армии достиг границ Сильванести и обнаружил, что щит препятствует дальнейшему продвижению. Он пришел в бешенство, подозревая, что стал объектом глупой шутки. Земли вблизи щита — это страшное место, Повелитель. Тлетворный воздух опасен для жизни, деревья и животные гибнут там тысячами. Солдаты стали роптать, считая это место проклятым, но неожиданно с восходом солнца щит рухнул. Я был рядом с генералом Догахом и видел все своими глазами.
— Опишите, что вы видели, — приказал Таргонн, не спуская глаз с собеседника.
— Повелитель, как-то в детстве я ступил на лед, покрывавший поверхность маленького пруда. Под моим весом он стал трескаться, затем провалился, и я очутился в черной воде. В то утро произошло нечто подобное. Я видел, как шит дрогнул (так, бывает, дрожит лед под солнцем) и по нему пробежали миллионы тонких, как паутина, трещин, распространявшихся почти мгновенно. Затем в воздухе раздался громкий звон, будто на каменный пол упала тысяча стеклянных стаканов, и щит обрушился… Мы не могли поверить своим глазам. Генерал Догах решил, что эльфы приготовили для нас ловушку. Боюсь, сказал он, что стоит нам вступить на территорию Сильванести, как щит снова возникнет, но уже позади нас, и мы окажемся перед лицом десятитысячной армии эльфов, не имея возможности отступить. Но тут появился рыцарь из отряда Мины. Посланный волей Единого Бога, он сообщил, что щит действительно пал, разрушенный лично королем эльфов Сильванешем, сыном Эль…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
