— Одевайтесь, ваше величество.
— Но… — попытался возражать Огден. Он сильно покраснел, и это было незаметно даже несмотря на тусклый свет, проникавший в лабиринт сверху. — Роланд…
— Одевайся, — ещё твёрже отрезал канцлер. — Тебе не солидно ходить в одном белье, а я переживу. Остальные — посмотрите, пожалуйста, друг на друга, и кто более одет, поделитесь чем-нибудь с девушками.
В итоге Огден отдал рубашку Роланда Нинель, а Риан поделился своей с Элизой. Флоранс повезло больше остальных фрейлин — она была одета, Морган её не раздевал, лишь положив на кровать после того, как справился с проклятьем. Даже туфли не снял, из-за чего у Риана возникло серьёзное подозрение, что шаман догадывался о происходящем заранее. А может, увидел в своих рунах? Всё может быть.
Но и не понимала Флоранс тоже больше всех. Последнее, что она помнила — как бежала из дворца на свидание к своему гвардейцу, а потом — словно яма на месте памяти. Нортон решил вкратце просветить девушку, а Риан в это время подошёл к канцлеру. И прежде чем обратиться к нему, невольно подумал о том, что на Роланде из всех оказавшихся в лабиринте меньше всего одежды. Однако именно канцлер — единственный из всех — всё равно выглядел королём, безумно напоминая этим Риану дядю Арена — тот тоже всегда выглядел императором, и неважно, был он одет или нет.
Бывший принц был уверен: Огдену не хватит вечности, чтобы этому научиться.
Роланд
Канцлер, как и всегда, старался не паниковать. Король Фредерик не зря говорил, что не бывает безвыходных ситуаций. Роланд не верил, что не существует способа пройти лабиринт. Его же не только для казни использовали! Но ещё и…
— Если вы надеетесь, что Огден сможет пройти лабиринт и благодаря этому станет настоящим королём, то зря, — произнёс Риан, приблизившись к рассматривающему стены канцлеру, и Роланд едва не зарычал на него. — Он не прошёл ритуал, лабиринт не знает Огдена, как претендента на престол.
— Значит, должен быть другой способ, — сказал канцлер так спокойно, как мог. — Будем искать. Кстати, как мы вообще здесь оказались? Я точно помню, что вернулся в свою комнату, но лечь не успел — просто сел в кресло. Хотел просмотреть кое-какие документы перед утренним совещанием, а потом меня, видимо, сморило. Проснулся уже тут. Переместили как-то?
— Ручками дотащили, — усмехнулся Риан. — Я в силу своих… хм… особенностей чувствовал сквозь сон влияние родовой магии. Помните, я говорил вам, что владелец родственной родовой магии Дома способен влиять на дворец? Что-то агрессивное вроде обрушения стен сделать невозможно, но вот усыпить тех, кого необходимо — запросто.
— Но на нас амулеты против влияния родовой магии, — возразил Роланд. — Или вы хотите сказать, что влияние дворца мощнее, чем кровь императора Альганны?
— Нет. Но я не совсем верно выразился. Точнее, я думаю, что…
Риан не договорил — его перебил подошедший Эрнест:
— Я думаю, мне тоже будет интересно послушать всё то, что ты тут вещаешь, Риан. И Нортону с Морганом. Да и остальным — как говорится, мозгов много не бывает. Авось, до чего-нибудь вместе додумаемся. Нейтрализатор императора, как я понимаю, не сработает, и выбраться с его помощью мы не сможем?
— Нет, — покачал головой артефактор. — Лабиринт — слишком сложное сооружение, здесь нужно нечто большее, чем одна капля крови и заклинание нейтрализации.
— Да, я так и думал. Ну, что ж… Уважаемые! — крикнул Эрнест в сторону, и оставшаяся часть свиты принцессы тут же перестала оживлённо переговариваться. — Давайте послушаем, что нам скажет Риан. Он всё-таки специалист… в некотором роде. Итак, Риан. Мы тебя слушаем.
— Кхм… — откашлялся артефактор. Роланд с интересом смотрел на него, прислонившись спиной к чуть колючей стене лабиринта, и сложив руки на груди. Он чувствовал на себе чужие взоры и осознавал, что стоит сейчас почти голым перед целой кучей народу, в том числе перед молодыми девушками, но ему это было безразлично. Сейчас не до стеснения. А вот Огден, по-видимому, до сих пор переживал, что забрал у Роланда штаны и ботинки — по крайней мере если судить по его смущённому взгляду. — В общем, если вкратце, попали мы сюда благодаря родовой магии. С помощью родственной силы выстроен дворец Мальтерана. Но так как на всех присутствующих есть амулеты, усыпляли нас не ею, а скорее всего, обычными сонными травами. Повлиять на дворец, у которого нет хозяина, чтобы тот распылил по нужным комнатам не смертельное количество травок, вполне возможно. При наличии мага Дома, разумеется, но мы уже знаем, что у заговорщиков он есть.
— Погодите, Риан… — подал голос Огден, с недоумением глядя на артефактора. — Я немного не понял. Что значит — «дворец, у которого нет хозяина»?
Риан кинул на Роланда вопросительный взгляд — мол, точно нужно объяснять? Может, без этого обойдёмся?
— Объясняй, — кивнул канцлер, и артефактор, обречённо вздохнув, послушался, вкратце рассказав о том, для чего ещё, кроме казни, раньше был нужен лабиринт. Поначалу народ приободрился — король-то с ними! — но потом расстроился, когда Риан сказал, что Огден, по мнению дворца, не король, поскольку его не короновали «правильно». Для этого нужен специальный ритуал.
— А пройти его сейчас можно? — уточнил Роланд, как только Риан замолчал, и артефактор, помешкав, кивнул.
— Теоретически — да. Лабиринт — часть дворца. Правда, у нас нет с собой венца, но он, я думаю, и не нужен — магически он не связан с магией этого места. Я его хорошо рассмотрел однажды — это обычное украшение. Так что… ну, можно попробовать. Вот только давайте оставим этот вариант на крайний случай? Простите меня, Огден, — произнёс Риан, отчего-то не употребив выражение «ваше величество», — но я не верю, что вы сможете пройти лабиринт.
Канцлер едва уловимо поморщился. Да, он был согласен с Рианом, но не обязательно же это озвучивать! У Огдена и так сейчас лишние переживания.
— Тогда что ты предлагаешь? — спросил Роланд быстрее, чем Огден как-либо отреагировал на слова Риана. — Ты сказал «этот вариант». Значит, есть какие-то другие варианты?
— Другой. Он у меня один. — Артефактор поднял руку и, схватившись за что-то в районе груди, поднял над плечом какую-то вещь. — Вот.
Только в этот момент Роланд заметил, что у Риана на шее висит непонятный амулет. Странно, и как раньше не замечал? Может, на нём какая-то защита? Канцлер посмотрел на амулет магическим зрением — нет, вещь была немагической, никаких эманаций от неё не шло. Тогда что это?
Ответ дал Морган Рид, неожиданно воскликнув:
— Защитник! Это же делала моя Тайра!
— Она, — с неожиданной нежностью отозвался Риан и улыбнулся — печально, но с гордостью. — Тайра сказала, что при помощи этой штуки я смогу найти правильную дорогу. Думаю, настала пора ею воспользоваться.
Анастасия
Принцесса проснулась неожиданно поздно. Открыла глаза, перевернулась на бок и, наткнувшись взглядом на окно, за которым, судя по ярко-белому осеннему небу, давно царило совсем не раннее утро, нахмурилась. Удивительно — почему её не разбудили? Огден же накануне намекал, что сегодня будет очередная поездка, но не на природу, а в один из городов Альтаки. Передумал? Сам проспал? Или вновь что-то случилось?
Анастасия поднялась с постели и посмотрела на браслет связи. Девять часов утра! Очень странно. И почему в соседней комнате такая тишина? Допустим, после вчерашнего Огден всё отменил и велел никому не будить принцессу. Однако фрейлины и служанки наверняка ждали бы Анастасию в гостиной и хоть немного, но шумели бы, тихо переговариваясь. Сейчас же казалось, будто там совсем никого нет.
Анастасия накинула халат и вышла в соседнюю комнату. Огляделась. Да, так и есть, она не ошиблась: пусто. И не просто пусто, ещё и все вещи на тех же местах, где их оставили вчера, то есть, никто не приходил убираться. Чашки из-под чая, который Анастасия пила перед сном вместе с фрейлинами, на столе, в графине нет воды, на подлокотнике одного из кресел висит шарфик Элизы, а пол слегка скрипит из-за рассыпанных травок Моргана.
