Исс поощрял в ней это неверие — не странно ли для воспитателя поощрять в ребенке такую черту?
Аш направила мысли в другую сторону. Сейчас она не могла себе позволить думать об Иссе. Ее конь начинал уставать: он опустил хвост, и шея у него блестела от мыла. Беспокоясь о том, что ему тяжело, Аш вспомнила о пряжке у него под брюхом. «Если за нами будет погоня, потяни за ремень». Аш считала, что делать это еще рано, но все-таки окликнула Арка и попросила его сбавить ход.
Он, как ни удивительно, послушал ее и перешел на легкую рысь. Белый весь блестел от пота, однако приподнял хвост и уши. Арк, подавшись назад, вытер пену с его глаз.
— Несогласный где-то впереди? — спросила Аш.
— Он ждет нас в лесу.
Аш немного полегчало, когда он это сказал. Усталость одолевала ее. Солнце за облаками клонилось к закату, а она клонилась вперед на седле. Арк дал ей серебряную фляжку и велел выпить. Аш узнала по запаху призрачное питье. В последний раз она напилась воды еще до рассвета и ощутила внезапно страшную жажду. Но с призрачным питьем следовало соблюдать осторожность, и она сделала только один глоток. Оно придает тебе сил, но после ты за это расплачиваешься дурными снами.
На закате они добрались до опушки леса. Деревья здесь росли кривые, бледные, все в наростах. Хвоя у них порыжела, и короеды обточили их стволы. Мертвый лес, вспомнилось Аш. На карте эта надпись располагалась севернее клана Бладд.
В лесу Арк пустил серого шагом. Луна еще не взошла, и было темно. Вокруг лошадиных копыт начинал клубиться туман, и Аш впервые за много недель почувствовала запах сырой земли. Призрачное питье обострило все ее чувства, и под сыростью ощущалась гниль. Питье и видеть в темноте помогало лучше всякой моркови: Аш различала, что старые деревья растут купами, оберегая чахлую молодую поросль в середине.
Маля она заметила первая. Он поджидал их на пригорке, привязав коня внизу. В шубе он казался огромным, как бог, в руке блестела сталь. Он подал голос, лишь когда они подъехали совсем близко.
— Хасс. — Это единственное слово вмещало в себя приветствие, облегчение — и вопрос.
Арк произнес в ответ то же самое, и Аш на мгновение оказалась в стороне. Эти двое уже двадцать лет странствовали вместе.
— За нами погоня, — сказал Арк.
Маль кивнул — он уже знал об этом.
Когда Аш спешилась, ноги под ней подогнулись, и Маль метнулся вперед, чтобы ее поддержать. Его знакомый запах и полная уверенность в его силе успокоили Аш. Он уже выбрал для лагеря небольшую поляну и сложил костер, но пока не зажег его. Рядом лежала разделанная тушка енота.
Пока Землепроходцы тихо разговаривали между собой, Аш, найдя укромное местечко, осмотрела свои стертые ляжки и облегчилась. Посовещавшись, Арк стал разжигать костер, а Маль — разгружать белого. Когда лошадей почистили и напоили, енот успел подрумяниться. Аш и Маль, сидя у костра, пили кипяток, Арк, обходя поляну, раскладывал через каждые несколько шагов свои обереги. Он не делал этого с той первой ночи в горах, и Аш испугалась.
Ели они молча. Аш глотала, не разбирая вкуса, и все время прислушивалась. Ей мерещилось, что поблизости кто-то дышит — вернее, сдерживает дыхание, — но уверенности у нее не было. В конце концов Аш уронила голову на поднятые колени и стала смотреть в огонь. Ночь была темная — тучи скрывали и звезды, и луну.
— Поспи, — сказал Арк, дотронувшись до ее головы. Даже при тусклом свете костра она видела, как он устал.
— Только если ты тоже ляжешь.
— Пожалуй, — с мимолетной улыбкой сказал он. — Пока Несогласный караулит.
Он принес одеяла для них обоих, и они улеглись. Маль отцепил от лошадей торбы с овсом и оседлал их на всякий случай.
Аш, засыпая, смотрела на Маля, занявшего пост на пригорке. Его меч светился голубизной в полном мраке, и это вселяло в нее чувство безопасности. Закрыв глаза, Аш погрузилась в сон, и некоторое время ей ничего не снилось.
Проснулась она внезапно. Все было тихо. Сквозь тучи виднелся кусочек луны. Что-то не так, подумала Аш, но не встревожилась, а только вся подобралась. Они пришли.
Медленно и осторожно она села. Арк спал по ту сторону костра, в доспехах, закутавшись в шубу. Маля на пригорке не было, Аш знала, что суллы ночью иногда обходят лагерь по широкому кругу — размяться, разогнать дремоту и заодно посмотреть, нет ли поблизости чужих. Вглядываясь во тьму, она искала Маля.
На краю лагеря что-то шевельнулось. Луна высветила меч и держащую его руку.
— Маль, — шепотом позвала Аш. — Маль?
В ответ ей оглушительно треснула сосновая ветка, и позади фыркнула одна из лошадей.
Аш, взяв свое оружие, поднялась. Без одеял и шубы ее сразу прохватило ветром. Храни огонь, говорил ей Маль — и она вообразила, как огонь зажигается у нее в голове.
Во мраке под соснами двигалась тень. Аш зачарованно наблюдала, как она блестит и переливается, то пропадая из глаз, то появляясь.
— Маэрат. — Голос Арка дал тени имя. Сулл, в мгновение ока сбросив шубу, стал рядом с Аш, и в руке его сверкнули пять футов небесной стали. — Стань позади, — скомандовал он.
Аш трудно было оторвать взгляд от тени и еще труднее исполнить приказ. Тень приняла очертания человека, и на лице у нее, потрескивая, загорелись два красных глаза. Медленно и неотвратимо, словно ища определенную цель, эти глаза нащупали Аш Марку, и спокойствие покинуло ее. Она уже немного знала по-сулльски и понимала, что «маэр» значит «тень», но то, что стояло там под деревьями, было не просто призрачной тенью. Оно занимало собой пространство, и когда оно наступило на карликовую сосну, та хрустнула, как стекло.
До Аш долетел тихий звук, похожий на шипение ударившей близко молнии, и тень достала меч.
Наза Тани. Памятуя свои уроки, Аш отступила назад. «А у теней бывают тени?» — спросила она как-то приемного отца с детской хитростью, радуясь, что поставила его в тупик. Но он не растерялся и ответил: «Только в страшных снах».
Аш в самом деле чувствовала себя, как в страшном сне. Меч маэрата был выкован из субстанции, противоположной свету. Луна освещала его край, но клинок поглощал ее свет.
Теневая сталь.
Существо двинулось вперед. Аш перевела взгляд с черной бездны меча на красные огни глаз и увидела, что они нашли то, что искали. Оно шагало быстро и тяжело, хрустя ветками и хвоей, — существо, которое не могло больше называться человеком.
Арк, подняв меч, заговорил на своем языке. В его голосе звучало чувство, для которого у Аш не было имени. Лицо потемнело, зубы оскалились, кровопускальные шрамы на шее ярко белели.
Небесная сталь встретила теневую с пронзительным скрежетом, от которого у Аш заболели уши. Мечи, сойдясь, высекли сноп мерцавших частиц тьмы, противоположных искрам. Арк испустил тяжкий вздох. Его правая рука гнулась, и он взялся за оплетенную синей кожей рукоять обеими. Маэрат повернул свой меч, и Аш увидела его лезвие — мерцающую нематериальную субстанцию наподобие межзвездного пространства. Глядя на него, она осознала, что ее огонь погас: маэрат задул его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
