— Завтра с утра в музей съездим, — говорю. Господи, ну и взгляд у Антера, точно меня шизофреничкой считает. То по ночам где-то гуляю, то в музей позарез понадобилось с самого утра… вместо того, чтобы выспаться. Молчу.
Ужин проходит в тишине, не знаю, что ему сказать, да и спешу: нужно информацию в порядок привести, упаковать, мне ещё полночи возиться. Пока выходит в садик — спешу к сейфу, забираю сетевик к себе. Завтра всё передам и смогу немного расслабиться.
Может, к чёрту этот музей? Не хочу, чтобы он в таком настроении туда шёл. Знать бы ещё, из-за чего… Вздыхаю. Снова разговаривать придётся, только попробуй от него добейся, это ж я опять все нервы вымотаю. Или оставить как есть?
Прерывает звонок Амиры, нехотя отвечаю. Нужно же ей было объявиться именно вчера! Видимо, после моей сплетни про её юбилей пришлось засуетиться… Что-то тяжело мне радушная улыбка даётся.
— Здравствуйте, дорогая, вот решила узнать, получили ли вы приглашение… — господи, какая же она отвратительная, меня саму тошнит от мысли, что Антеру приходилось её по-всякому удовлетворять. Может, она навсегда у него тягу к женщинам отбила?
А что же тогда на яхте было? Просто пытался угадать, чего хочется мне? Или свои собственные реакции проверял?
— Привет, — улыбаюсь. — Нет, не видела ничего, я бы перезвонила сразу же… сейчас гляну. Боже, как неудобно, как же я не заметила, вы же ещё вчера оставили, просто я ночью по городу ездила, любовалась ночными видами…
Надеюсь, это не проверка, где я ночью была. Может, нужно было сказать, что спала? А вдруг мою машину засекли?
— Так я вас жду, — сообщает.
— Конечно!
Антера не дождёшься. Отключаюсь.
Выглядываю в окно, Антер в гамаке, такая тоска берёт… Что за дурацкая ситуация, сам не позовёт — то ли боится, то ли не хочет, то ли по-прежнему считает, что я с другим ночь провела. А если я полезу, будет приказом выглядеть… Как же я хочу к нему, чёрт бы побрал этот Тарин!
И что вот мне делать?
Делай то, ради чего ты здесь, оставь парня в покое, видишь, он снова отходить начал? Не ждёт твоих распоряжений, сам находит себе занятие. Вот и не лезь, не порти всё в очередной раз…
Кусаю губы, чтобы не расплакаться, не хочу, чёрт возьми, ничего делать, не хочу! Хочу забраться к нему в гамак и никогда, никогда не отпускать!
Заставляю себя углубиться в информацию, нужно же всё систематизировать и подготовить к передаче.
Просматриваю то, что успела выяснить. В частности, о детях-рабах. Лет с трёх ребёнок-рабёнок отнимается у родителей, хозяину выплачивается компенсация.
Оказывается, Таринские солдаты — это специально отобранные ещё с детства рабы. Здесь всё вообще очень тщательно продумано. С раннего детства рабы в детдомах тестируются и разбиваются на группы, и лет с восьми начинается целенаправленное обучение по специальности. Солдатам, как на мой вкус, везёт больше, чем постельным мальчикам. Их наказывают ровно в той мере, чтобы они без раздумий слушались офицеров, которые, как правило, из аристократов. Издевательства, во всяком случае официально, над солдатами не одобряются: они должны быть постоянно в хорошей форме и полной готовности. А кроме того, у них в пультах есть дополнительная функция удовольствия, на которую они подсаживаются не хуже, чем на наркотик. И сбежать не тянет, и убить кого-нибудь…
Плюс постоянное внушение о любви к своей планете.
Девочки же рабыни зачастую отбираются для полиции и ради такого дела им даже чип не вживляется — официально они выходят из детдомов в свободном статусе. Едва ли не самая желанная среди рабынь участь. Однако прежде проходят очень много ступеней отбора. Что и заметно, если честно признаться. Хотя некоторые вольные тоже идут в полицию, как правило, обнищавшие аристократы или вовсе не аристократы.
Чипы вживляются лет с десяти, полностью завязаны на энергию кровотока и клеточное питание, не нуждаются ни в какой подзарядке и практически неубиваемы. Не нашла ни одного случая поломки чипа. Либо их не было, либо всё слишком хорошо скрывается.
Не могу понять, каким образом столь отлаженная, продуманная структура сочетается с их совершенно ненормальными симптомами повсеместного психологического расстройства.
Глава шестнадцатая
АнтерДолго кручусь в кровати. Странно, как её присутствие, пусть даже в своей комнате, полностью преображает весь дом!
Днём не мог заставить себя выйти, все мысли о ночной поездке. "Не была я с другим мужчиной… Если это так важно для тебя…" Не идиот ли? Значит, заметила, что важно. Значит, могла сказать, где была. Забыл уже, что хозяевам нельзя знать о том, что для тебя важно, потому что так им легче над тобой издеваться?
Но ведь будто переживает, спрашивает… После ужина сидел в гамаке, смотрел на её окна, слонялся по гостиной, выйди, поговори со мной, как раньше. Лучше почувствую себя дураком, не знающим очевидного — где можно провести ночь, если это не деловая встреча и не встреча с друзьями, и вернуться оттуда такой… уставшей. Только поговори со мной, расскажи, пожалуйста.
Ну да, конечно, размечтался. Наигралась госпожа, надоел ты ей. Похоже.
Сон какой-то тревожный, постоянно просыпаюсь, картины из рабской жизни преследуют, хоть бы не кошмар снова. Ненавижу эти кошмары.
Тамалия
С утра будит звонок госпожи Кларны: озабочена, почему это меня столько дней не видно. Предлагает прийти прямо сейчас, еле отбиваюсь перенести на завтра.
Впрочем, не такое уж и утро, завтрак ждёт, при чём обе порции, значит, Антер ещё не ел. Ищу, где он. Нахожу в спортзале.
Не успеваю полюбоваться, быстро меня обнаруживает, подходит:
— Госпожа?
— Занимайся, — говорю.
— Что-нибудь нужно? — уточняет.
— Просто скоро собираться будем. Но можешь доделывать, не тороплю.
Что-то Антер смущён, решаю оставить его, однако достаточно быстро присоединяется за столом. Господи, как же надоела эта натянутость! Так ведь всё хорошо уже было… Может, не брать его с собой? Думала же как лучше, прогуляться вместе…
Даже не знаю, что и спросить. Сделать вид, что ничего не замечаю, и попытаться незаметно вернуть прежние отношения? И как я это сделаю, если понятия не имею, что произошло…
— Как мне одеться? — интересуется.
— Тебе не нужно каждый раз спрашивать об этом. Если вдруг понадобится что-нибудь особенное, обязательно скажу. В остальное время одевайся, чтобы самому нравилось.
— Хорошо, госпожа.
— И давай без "госпожи". Пожалуйста.
Кивает молча.
Так, мне нужно будет в определённый отрезок времени пройти по определённой улице. За стенами, конечно.
