Гермиона сначала весьма подозрительно посматривала на чемпионку Шармбатона, подозревая ее во вполне определенном интересе к Гарри Поттеру, но постепенно успокоилась. Гарри обращал на француженку не больше внимания, чем на других гостей, а сама мадемуазель де-ла-Кур нашла другие объекты для проверки действенности своих чар.
Кроме того, Флер была не только красивой девушкой, но и прекрасным собеседником. Она с удовольствием отвечала на вопросы Гермионы о Шармбатоне и о жизни магической Франции. Любознательной рейвенкловке хотелось из первых рук получить информацию об ином варианте волшебного сообщества, чем тот, что существовал в Англии, и француженка была искренне рада общаться с человеком, проявляющим интерес к ее стране. Флер потихоньку извинилась перед сильно засмущавшейся Гермионой за свое кокетство с Гарри, сказав, что во Франции в таких вещах не видят ничего плохого, но, к сожалению, англичане воспринимают все излишне прямолинейно. Мисс Грейнджер была поражена, что ее романтические чувства к Гарри настолько очевидны, и задалась вопросом, заметила ли что-нибудь ее мама. В итоге щеки Гермионы из розовых превратились в пунцовые.
Гермиона откинулась в кресле, прикрывшись бокалом со сливочным пивом, чтобы немного успокоиться. Желая отвлечься, она прислушалась к разговору, который вели Малфой и Крам. К ее удивлению, разговор шел не о квиддиче, как она первоначально решила, а об особенностях обучения в Дурмстранге. Как поняла девушка, в свое время Малфой имел реальный шанс быть определенным в эту школу и теперь хотел узнать, чего он лишился. Судя по всему, слизеринец не особенно верил слухам, которые рисовали Дурмстранг мрачным оплотом темных сил, и, как оказалось, был прав в этом. Северная школа действительно насаждала среди своих учеников суровую дисциплину, основанную на культе силы. В Дурмстранге по любому предмету для школьников существовали только две оценки — удовлетворительно и неудовлетворительно, причем последняя, мягко говоря, не приветствовалась. Порядок в школе поддерживался железной рукой, и вместо штрафных балов и отработок действовала система дополнительных физических упражнений. Команда «Двадцать отжиманий» обычно звучала по нескольку раз за занятие. Вот только к темным искусствам все это не имело никакого отношения.
Гермиона еще раньше обратила внимание на отличную спортивную форму дурмстранговцев и теперь знала, что она достигалась тяжелым ежедневным трудом. Упражнения, которые ежедневно выполняли они с друзьями, там рассматривались бы как легкая разминка. Крам вообще удивлялся тому, насколько малое значение придают занятиям физкультурой английские маги. Ведь то, насколько хорошо развито твое тело, значительно влияет на магический потенциал. Виктор с легкой похвалой отозвался о подготовке Гарри и Драко, но отметил, что им еще есть над чем работать. Гермиона вспомнила, как Гарри удивился мощи заклинаний Крама, и подумала, что в словах болгарина явно присутствует зерно истины.
Оглядевшись вокруг, девушка увидела, что остальные участники вечеринки не теряют зря время. Астория и Габриэль явно нашли друг друга и, забившись в дальнее кресло, о чем-то весьма эмоционально болтали. Обе девочки были жутко любопытными, и Гермиона в шутку решила, что у них в роду наверняка были мангусты. Флер пробовала свои силы на Забини, стараясь очаровать юного слизеринца. Однако француженка не учла особенностей семьи Блейза, поэтому Забини удавалось не впасть в эйфорию и нормально общаться с девушкой, что лишь больше раззадоривало первую красавицу Шармбатона. Зная некоторые особенности логики вейл, мисс Грейнджер предполагала, что француженке общение со столь стойкими представителями сильного пола должно доставлять массу удовольствия. Невилл, Дафна и Седрик обсуждали последние события в министерстве, которые позволили отцу Диггори занять ставшее внезапно вакантным место главы отдела по контролю магических существ. Сьюзен что-то горячо шептала на ухо Ханне. Тут Гермиона заметила, что она не видит самого организатора вечеринки.
«Гарри, ты где?» — она еще раз обвела взглядом комнату.
— Я здесь, — раздался тихий голос рядом с ухом, и знакомая рука опустилась ей на плечо.
Гермиона поняла, что Поттер достаточно давно занял позицию за спинкой ее кресла. Может быть, он обиделся, что она совсем не уделяла ему внимания сегодня вечером? На всякий случай девушка накрыла руку друга своей ладонью.
— Ты сегодня великолепно сражался, а потом устроил замечательную вечеринку, — Гермиона постаралась передать словами то тепло, которым она хотела поделиться с Гарри. — Прости, я слишком увлеклась болтовней с Флер и не успела спросить тебя о состоянии Сириуса.
— О, он себя чувствует просто прекрасно, — усмехнулся Поттер. — Небольшая потасовка со Снейпом, это то, что было необходимо крестному.
Гарри наклонился чуть ближе, и его дыхание немного развевало густые волосы Гермионы, что заставило ее довольно зажмуриться.
— Я боялся, что ты сегодня рассердилась на меня, — в голосе Гарри звучал легкий вопрос.
Гермиона вместо ответа просто прижалась на секунду щекой к его руке. Конечно, она сегодня была недовольна тем, что Гарри чересчур галантно общался и с Флер, и со Сьюзен, что было уж вовсе глупо, но не хотела показывать этого своему другу. Гарри не делал ничего неприличного, или что можно было бы расценить как неуважение к ней. Так что Гермиона понимала, что она должна сердиться, прежде всего, на себя. Они ведь друзья, она доверяет Гарри, и нет ничего плохого в том, что он общается с другими девушками. Ведь не ревнует же она его к Дафне! Хотя самой себе девушка могла признаться, что она очень довольна тем, что ее подруга запала на Седрика. Конечно, Гарри не ее собственность, и появись у него какая-нибудь девушка, Гермиона только поздравила бы его и помогла советами... вот только потом она бы долго плакала бы где-нибудь в одиночестве.
— Я даже не могу представить, что ты должен сделать, чтобы я действительно рассердилась на тебя, — чуть слышно прошептали ее губы.
«Зато я могу. Правда, не что сделать, а что не сделать», — рука Гарри чуть крепче сжала ее плечо.
Глава 33. Планы на будущее
Глава 33. Планы на будущее
* * *
Профессор Муди, громко стуча протезом, молча ходил по классу и мрачно поглядывал на притихших школьников. Дело в том, что сегодня то ли снег на Гавайях выпал, то ли самый большой акромантул сдох в Запретном лесу, но, во всяком случае, Драко Малфой решился задать вопрос Грозному Глазу. А учитывая отношение преподавателя ЗОТИ к слизеринцам вообще и к Малфою в частности, это было сродни настоящему подвигу. Остальные ученики только удивлялись, что, увидев поднятую руку Драко, Муди сходу не засадил в него каким-нибудь проклятием. К счастью, вопрос был чисто слизеринским, и Япония под воду не ушла, но, тем не менее, четверокурсники Рейвенкло и Слизерина пребывали в уверенности, что какой-нибудь катаклизм неизбежен. Драко решился поинтересоваться у давнего врага своего отца, что следует предпринимать, если противник заведомо сильнее тебя, а отступление невозможно. И теперь старый аврор то ли подготавливал особо коварный ответ, то ли просто нагнетал напряженность, чтобы его слова затем лучше дошли до учеников.
— Вы можете подумать, что вам в этом случае останется только героически погибнуть, — начал вещать Муди тихим голосом. — В этом есть резон, так как вы к тому моменту уже успели доказать свой идиотизм, умудрившись встретиться с врагом, предварительно не озаботившись несколькими путями отхода...
— Но так думают только безмозглые кретины! — внезапно крикнул он. — Запомните раз и навсегда, у самого сильного противника всегда есть слабое место, и вы должны суметь найти его! Тогда у вас будут шансы на победу, каким бы сильным ни был соперник!
— Сэр, вы не могли бы пояснить на примере, — всякий человек, взглянувший в этот момент на Малфоя, присягнул бы, что он сама невинность. — Допустим, я оказался рядом с разъяренным драконом. Аппарировать я не могу, аварийный портал потерялся, укрыться некуда. Как мне победить этого монстра?
Гарри тихонько выпустил скопившийся в груди воздух. Рейвенкловец затаил дыхание, когда увидел, что Драко продолжает приставать к Муди с вопросами, словно в Малфоя вселился дух Гермионы, и уже заподозрил, что со слизеринцем что-то не в порядке, но суть его вопроса расставила все по местам. Только вчера в большом зале объявили, что задачей второго тура турнира будет борьба с летающими огнеметами, и Малфой решил попытаться выкачать полезную информацию из Грозного Глаза таким незамысловатым способом. Рассчитывать на то, что Муди будет лично консультировать Малфоя, не приходилось, а вот классу профессор мог и ответить. Конечно, слизеринец в первую очередь рассчитывал на помощь профессора Снейпа, но ведь тот мог и не знать всего. Конечно, эрудиция зельевара поражала, но в любом случае даже его познания были ограниченными, хоть и очень большими.
