вдоль здания, считая окна и оглядываясь вокруг. Бог их знает сколько их тут ещё. Не такая уж и длинная труба ДТК обшаривает вокруг территорию. Глаза давно уже привыкли к темноте и, в принципе, я вижу всё довольно-таки не плохо. Но через тепляк видно вообще как днём. Каждую травинку рассмотреть можно, но как раз травинки рассматривать мне не надо. Вообще внутри такое ощущение…как когда тебя очень долго бьют, и в какой-то момент ты опускаешь руки, чтобы это поскорее закончилось. Вот у меня сейчас примерно такое чувство. Уже сделать всё что можно, чтоб этот безумный месяц, начавшийся вечером на улице Марата в Санкт-Петербурге, а продолжающийся на другой планете в ночи, поскорее закончился. Вот оно третье окно. Выбитое, что характерно. И крики оттуда. Вернее громкий мат. Испанский. Я испанского не знаю, но слова вruja, la caida, zorra, puta, cabeza de mierda, cabron я различал. Слова звучали громко, с надрывом и двумя голосами. Ага. Двое значит. Ну и получите. Я отпустил, повисший на ремне автомат и выдернул из подсумков две Ф-1, крест на крест схватился за колечки чек и резким рывком выдернул их, сжимая рычаги. Подождал, прислушиваясь и пытаясь понять, где в комнате за окном люди. Толком не понял, но, кажется, оба около стены слева и справа от окна. Резкий выдох. Отпускаю рычаги, которые моментом отлетели с тихим металлическим звоном и не громко хлопнул запал замедлителя. Подождав с секунду я по очереди закинул навесом гранаты в окно на право и налево. Дак! Ты-ты-ты-ты-тык. Дважды сказали ребристые чугунные чушки гранат за окном в полной тишине. А я уже отскочил в сторону, пригнулся и открыл рот, прикрыв уши. Окна тут начинаются на высоте метров двух от земли, но лучше перебдеть. Жахнуло знатно! Почти одновременно. Если разница и была, то в долю секунды. Благодаря стенам и разнице уровней, мой многострадальный слух не пострадал. Спустя пару секунд после взрывов, из взорванной комнаты послышалось два приглушённых хлопка. И тут же в наушнике заговорил Канат.
— Минус два. Заходи. Вдвоём легче будет — ну заходи, так заходи. Страшно только. Ну очень страшно. Я же этот дом знаю только по сумбурной схеме от покойного Берси, а он тот ещё инженер-архитектор…был. Перебежкой на полусогнутых до угла дома. Выглянул качелями. Вроде ни кого. Теперь по большой дуге уже глядя в прицел. Ни кого. Только остывающие трупы. Так вот ступеньки, семь штук большая дощатая веранда скрипнувшая под моим весом. Скупердяи. Могли и потолще доски применить для строительства. Дверь открыта. Иду на полусогнутых, осматривая всё впереди через прицел. Прохожу обширный холл и иду по коридору в глубину здания. Тут слева из холла столовая, как я понимаю, а справа кухня. Вижу три трупа. Два в коридоре, и один на кухне. Так смотрим вглубь. Ага. Вот светятся гильзы на полу, около третьей двери слева.
— Подхожу от холла — опознался я по рации. Канат вышел ко мне в коридор. Весь такой тактикульный в ночных очках.
— Идём уступом, ты сзади справа, контролируешь с часа право — раскомандовался он.
— Принял — не придумав ни чего более подходящего ответил я. И мы начали движение по коридору. Впереди было ещё пять дверей, одна слева, три справа и одна в торце. Каждую дверь Канат проверял на запертость, а потом по ситуации, жестом показывал, что собирается делать. Либо открывать, либо выбивать. Закрытой оказалась только крайняя правая дверь. Но она оказалась кладовкой. В комнатах, которые по факту были просто спальнями, не было ни кого живого. Хотя, та комната, в которой я взорвал двух латиносов, была явно дорого обставленным кабинетом с примыкающей спальней и санузлом. Видимо, там обитал шеф во время редких визитов. Кстати, Берси упоминал о наличии не малого арсенала, хранящемся на втором этаже. Надо будет туда заглянуть. Там же, кстати, и комната охраны.
Канат подошёл к торцевой двери, а я зашёл в кладовку, взяв на прицел дверь. Канат пальцами отсчитал от трёх до нуля и дёрнул дверь. Раздался тихий хлопок и казахский батыр длинным кувырком ушёл в открытую дверь комнаты слева, а я просто скрылся за простенком, зажав уши и открыв рот. Жахнуло сильно и стегнуло осколками по стене за которой я был укрыт. Вот, суки. Растяжек понаставили, безобразники. Канат картинно вскрикнул из коридора и заматерившись начал стонать. Я выглянул, чтобы убедиться в том, что он творит приманку, а не ранен на самом деле.
По ступенькам быстро забухали тяжёлые ботинки. Благо, дверь от взрыва снесло с петель и было хорошо видны две пары ног спускающиеся с лестницы. А во от светящихся в прицеле силуэтов отделились ещё два тёплых кружочка, и с металлическим звуком упали в район дверного проёма. Двойной взрыв расширил дверной проём, показав, что эта стена толстая и кирпичная, а ещё дал мне возможность видеть метателей гранат уже сквозь стенку за которой я прятался. Вот тут уже применена дебильная технология строительства из г… гипрока и палок. Тут хоть утеплитель был и палок не пожалели, потому меня ещё не размолотило в фарш, но ещё одного двойного взрыва гранат эта стена не выдержит. Повторная зачистка не последовала, последовал топот по лестнице. Слышно всё было как сквозь вату. Очень плохо, но всё ещё слышно. Во! Силуэты спустились в холл перед лестницей, а чего, собственно ждать. Канату их пока не видно, так что…Автомат я выставил в одну из дырок в стене, образовавшуюся, видимо от фрагмента гранаты, а не от осколка, ибо в него отлично влезал ДТК. Очередь на пол магазина в направлении целей, резко выхожу и уже прицельно бью по лежащим телам короткими очередями.
— Минус два. Красный — не отвлекаясь от контроля лестницы сообщаю я Канату, а то вдруг он не заметил и меняю спарку магазинов. Этот рожок уже выдал трассер, значит в магазине два патрона осталось. Хорошо, что демидовские трассеры загораются сразу по выходу из ствола, а то у отечественных разное бывало и через пятьдесят метров загораться могли, чтобы так сказать не демаскировать…видимо.
Канат резко вышедший к двери и, вскинувший укорот, уставил толстую трубу глушителя вверх по лестнице. Я, перезарядившись, как и оговорено, занял позицию сзади справа. Продвигаемся по лестнице. Не смотря на всё пережитое, лестница не скрипит. Вот, сразу видно, что не экономили. Чёрт. Мне только об архитектуре думать сейчас. Лестница в два пролёта с площадкой посередине.
— Остался один по идее — шепнул Канат.
— Ты откуда
