Читаем без скачивания Музыка Макса (трилогия) (СИ) - Дюран Хельга

— Я вообще не хочу, чтобы кто-то ещё пострадал, — сказала я.

— Если мы будем делать всё, что нужно, не впадая в истерики, никто не пострадает. Если потребуется, я пригоню весь московский спецназ для твоей защиты! Если будет нужда, я буду сидеть с тобой рядом 24 часа в сутки! Но пока что, я доверяю Максу, и он сможет тебя защитить. Француз ещё не приехал, а может быть и не собирается приезжать, так что давай решать проблемы по мере их поступления. Пойдем, поедим, у меня уже живот свело.

27. Ольга

Мы пошли в гостиную, к остальным.

— Валера! — возмущёно воскликнула Ирина, увидев, что отец уже напился. — Ты мне обещал завтра починить крыльцо!

Я усмехнулась, понимая, что крыльцо мой отец не починит никогда. Я села рядом с Максом. Дети ползали по полу, играя в новые игрушки Коли.

— О чём вы разговаривали? — шепнула я Максу.

— О детях, — ответил Макс так же шёпотом.

— Отец решил не рассказывать Ире о моих проблемах, чтобы она не беспокоилась.

Макс кивнул, сжав мою руку.

— Вы нашли общий язык? — спросил Макс.

— Да, всё хорошо, папа мне поможет.

— Зять! — громко обратился отец к Максу. — Хватит там шептаться! Давай наливай, выпьем за встречу!

Макс улыбнулся, разливая коньяк по бокалам. Все кроме меня выпили. Мы обсудили Варино проживание у отца, решив уже сегодня оставить её здесь. Я пообещала прислать завтра няню. Ирина, к моему счастью была напротив рада, что и у Коли и у неё появится компания.

— В сад мы не ходим, весь день слоняется по дому и шкодит, — жаловалась она на сына. — Скоро я выйду на работу, тогда уж и в садик пойдём.

— Опять за своё, — вздохнул отец. — Посиди ещё немного дома, отдохни.

— Они искреннее думают, что сидя дома мы отдыхаем, — сказала мне Ирина, достаточно громко, чтобы слышали и мужчины тоже. — Да ты хоть бы один день провёл в моей шкуре, расплакался бы! — гневно сказала она отцу.

— А кто будет деньги зарабатывать? — попытался отец отстоять свою позицию.

— Деньги? — иронично воскликнула Ирина. — Вот они всегда своей работой и прикрываются. И ещё такие уставшие приходят. «Я же работал, я устал!» — передразнила она отца. Я ещё не видела человека, который бы так дерзко разговаривал с отцом, поэтому смотрела на неё во все глаза. — А женская работа по дому что? Её же никогда не видно. Видно только когда она не делается. «Ты что не зашила мне рубашку? Чем ты целый день занималась?» — снова скопировала она надменный тон своего мужа. — Хоть бы один денёчек дома посидел вместо меня и узнал, чем я тут занимаюсь. У меня нет двух замов и выходных тоже нет.

Отец не нашёл, что возразить, поэтому сделал вид, что очень занят котлетой. Я посмотрела на Макса, вспомнив нашу ссору во времена брака, он смущённо улыбнулся и отвёл глаза. Ирина взяла меня за левую руку, поднося ближе к лицу, чтобы разглядеть кольцо.

— Какая красота, — восхищённо произнесла она. — Это Максим?

Я смутилась, не зная, что ответить.

— Да, — поспешил мне на выручку Макс, гордо вскинув голову, и я облегчённо выдохнула.

— Оу! И когда же свадьба? — дожимала Ирина Макса. Заметив моё замешательство, она хитро мне подмигнула.

— Мы ещё не определились с датой, — сказал Макс. — Главное, что мы снова решили быть вместе.

Макс с нежностью посмотрел на меня и сжал мою руку. Мне было радостно услышать от него, что МЫ снова решили быть вместе. Даже учитывая то, что Ирина вынудила его ответить, вряд ли Макс сказал это на показ. Он построил бы фразу иначе, уж он-то может.

— Ну и чем планируешь заняться? — спросила меня Ирина. — Говорят, что покойный муж оставил тебе баснословное наследство.

Я и забыла, что передо мной сидела журналист, а люди с такой профессией способны раскопать любую информацию. Все сидящие за столом выжидающе уставились на меня.

— Планирую записать второй альбом, — ответила я на удобный для меня вопрос. Этому трюку я научилась у Макса. — Я привезла достаточно материала. Начну записывать, как только найду достойного музыканта.

Дважды задавать вопрос про деньги было бы неприлично, поэтому я обрадовалась, когда Ирина сменила тему. Нет, я не стыдилась своего многомиллионного наследства, просто не хотела, чтобы мои близкие знали, насколько омерзительно я богата. Раз уж отец «посадил» Макса на розлив, тот снова наполнил опустевшие бокалы.

— Мужчины не понимают, что мы работаем не из-за денег, а ради самореализации, — рассуждала Ирина о наболевшем, потягивая коньяк. — Они отказываются принимать тот факт, что сидя в четырёх стенах можно свихнуться. Творческому человеку это вообще противопоказано. Тащить телегу непросто, но гораздо тяжелее следить за тем, чтобы из неё ничего не вывалилось по дороге, а конь был здоров и накормлен. — Отец перестал есть и, улыбнувшись, сложил руки на груди. — И чтобы конь ехал прямо, а не засматривался на других кобыл. — Я тоже засмеялась и посмотрела на Макса. Если бы мы с Максом услышали эти слова раньше, возможно всё было бы по-другому. Макс грустно ковырял в тарелке, похоже, ему одному было не смешно. — А потом они приходят домой, а ты даже не знаешь о чём поговорить. Так что не надо рассказывать, как вы там пашете на работе ради семьи.

— Да починю я это долбанное крыльцо! — вспылил отец. — И не надо мне напоминать об этом каждый день.

— О! Валера, это всё, что ты можешь мне пообещать? — обиженно надула губки Ирина.

— Осенью. Осенью выйдешь на работу! — сдался отец.

— 1 сентября? — уточнила мачеха.

— Да, всё, отвяжись уже от меня! — раздражёно сказал отец.

Ирина подошла к отцу и ласково прижала его голову к груди.

— Я так рада, что мы пришли к консенсусу. Я так тебя люблю! — сладко пропела она, целуя отца в макушку.

Хороша, чертовка, с улыбкой думала я. Так ловко уговорить отца можно было бы только пристыдив его в присутствии других людей. Наедине ничего бы не вышло. Наверняка это был спор не одного дня. Я быстро помогла Ирине убрать со стола, начав собираться домой. Дети вдоволь наигрались, поэтому мне не составило большого труда уложить их обоих в комнате Коли. Я вернулась за Максом, который беседовал с отцом. Ирина заботливо положила нам с собой в контейнер котлет и тортика, и мы с Максом откланялись.

— О чём вы говорили с отцом? — спросила я Макса, когда мы отъезжали от отцовских ворот.

— Он спрашивал о моих намерениях насчёт тебя. Готов ли я воспитывать ребёнка и всё такое, — задумчиво ответил Макс.

— И что же ты ответил? — с замиранием задала я очередной вопрос.

— Сказал, что готов, что я должен был ответить?

— А на самом деле?

— Я сам не понял, как на это подписался. Ещё вчера я жил один в своё удовольствие, бухал и веселился со шлюхами, а сегодня у меня уже семья — жена и ребёнок, и тесть в придачу. Ну и ещё убийца-гомосек на хвосте.

— Макс, мы ещё не поженились, что ты так разволновался? — Мне было обидно слышать слова Макса о том, что мы с Варей ему в тягость.

— Да какая разница, есть штамп в паспорте или нет? Я не могу теперь взять и помахать вам с дочкой рукой! — Макс был пьян, поэтому откровенен. — Что ты потом скажешь Варе, когда она спросит, куда я делся?

— Скажу, что ты умер, как Алонсе, — зло пошутила я.

— Охуенно! — выругался Макс.

— Макс, бери ношу по себе, чтоб не падать при ходьбе. Если для тебя это так тяжело, ты всегда можешь уйти. Я не буду обижаться, я всё понимаю и не стану тебя держать. Но не раньше, чем закончится твой обещанный месяц. — Макс грустно посмотрел на меня. — Тут я протестую. Всё по-взрослому, как ты любишь.

— Я не уйду, — обречёно сказал Макс. — Мне просто нужно время, чтобы привыкнуть.

— Если ты всё же захочешь нас оставить…

— Я же сказал, нет!

— Ясно, — буркнула я, сделав вид, что очень увлечена дорогой.

Макс тоже отвернулся к окну. Вроде бы всё складывалось, но складывалось тяжело. Отношения с Максом продвигались вперёд с ужасным скрипом. Мне не хотелось его ни к чему принуждать, но в то же время по-другому не получалось.