Он действительно был магом. Все дети и внуки Дарро Изгнанника были магами в той или иной степени. Степень, как и область применения, зависела от бабушки. Так уж получилось, любил покойный дедушка десяток разных бабушек, вот и народились детки – двух одинаковых не сыскать. И то, что среди прочих бабушек затесалась жрица Эрулы, совершенно естественно – эти дамы всегда в такие компании затесываются, и детей им дает богиня не от кого попало, а от великих людей. За служение. И для дальнейшего служения. Вот только дети у дедушки получались странные и по шархийским меркам, и по человеческим. В частности, дорогой папа, пусть пошлют ему боги здоровья… не то, чтобы отрекся от служения, но, скажем так, путь избрал уж очень нестандартный. Понесли его зачем-то демоны на Альфу, непонятно из каких соображений. И результат – потомок-полукровка, которому достались от отца – благословение Эрулы, а от матери – Тень. Так вышло, что профессией он сделал второе. А первое стало просто приятным добавлением к Силе. Часто бывало полезным. Иногда выходило боком, как, например, в случае с несравненной Алламой… Кто мог знать, что так получится, считалось, что эльфы и шархи принципиально не могут иметь потомства… оказалось, нечистокровных это не касается. Наука пополнилась новым фактом, а семья Рельмо – новым потомком, которому не суждено было даже узнать о ее существовании. И тридцать с лишним лет безуспешно пытался понять Макс Рельмо, благословением или проклятием считать этого неожиданного ребенка. Боги иногда бывают так невразумительны…
«В самом деле, за что мне такое наказание? – повторно подумал региональный координатор, созерцая живописную картину, открывшуюся его усталому взору при выходе из Т-кабины. – Или я пренебрегал заветами, или спутал лики богов, или солнцеглазая Эрула на меня обиделась за то, что предпочел авантюры и путешествия служению жреца?.. Впрочем, нет, она бы наказала попроще, так, как она обычно наказывает… Уж во всяком случае, не взвалила бы на меня заботы об этом ходячем недоразумении, которое – смешно подумать! – половина континента всерьез считает моим сыном…»
– Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? – медленно произнес он, пытаясь по ходу дела сам догадаться, почему его лучший полевой агент стоит у своего лабораторного стола явно под действием парализующего заклинания и, отчаянно скрипя зубами, продолжает безуспешные попытки до этого стола дотянуться. А также, почему их общий подопечный, маг этот недоделанный, сидит рядом на спинке стула, курит и трясется. И почему у этих деятелей потайная дверь настежь. – Орландо, кто тебе разрешил брать чужой телефон и посылать мне на базу сигнал «тревога пять»?
– Да тут все десять! – судя по голосу, драгоценный воспитанник был близок к истерике. – Амарго рехнулся! Он застрелиться хотел!
В первый момент шеф чуть было не поверил в истинность этого заявления. Отчего ж было не поверить, что Мануэль сошел с ума и собрался застрелиться, если он давно и неоднократно это обещал. Может, действительно не следовало взваливать на него столько, может, он и в самом деле не в состоянии был справляться с двумя ненормальными подопечными одновременно, и следовало внимательнее прислушаться к его жалобам…
– Прикажите ему снять заклинание! Я вам все объясню.
Когда Мануэль, наконец, заговорил, версия о его невменяемости сильно пошатнулась. Вполне разумно и внятно он говорил, хмуро и горько, но без истерики… Для верности Рельмо наскоро прощупал общий фон и не обнаружил там никакой серьезной патологии. Кроме той, что была раньше, разумеется. Общее состояние подавленное, но не до такой степени, чтобы человеку требовался психиатр.
– Орландо! – требовательно произнес наставник, кивая на обездвиженного агента.
– Вы думаете, можно? – с опаской уточнил Орландо.
– Можно. Я проверил, его рассудок в полном порядке. А все остальное он нам, надеюсь, объяснит.
– Только пистолет заберите, от греха подальше.
Региональный координатор еще раз внимательно оглядел подчиненных и все-таки забрал лежавший на столе пистолет Амарго. Действительно, хоть и не похоже, чтобы бедняга упорствовал в своих намерениях, но от греха…
Освобожденный полевой агент тяжело опустился на стул и, уставившись в пол, принялся объяснять.
– Я не собирался стреляться. Я хотел аккуратно обставить все, как несчастный случай при неосторожном обращении с реактивами. Но этот благодетель не оставил мне времени!
– И это вместо «спасибо»! – вознегодовал благодетель, пришлось попросить его помолчать.
– Почему? – кратко спросил Рельмо, отгоняя навязчивую мысль, посещавшую его в течении последней недели и превратившую эту самую неделю в сплошной кошмар.
– Случилась ужасная вещь… Да нет, не то, что вы подумали, все в порядке с вашим драгоценным ребенком, хотя и случилось из-за него…
Так, спокойно… Придержать сердце, нечего так колотиться… глубокий вдох… медленный выдох… и косу, косу отпустить, что за привычка идиотская, чуть что – сразу себя за волосы драть… Ничего не случилось. С мальчишкой все в порядке. Почти все. А остальное как-нибудь переживем.
– Я провален. – тоскливо сообщил Мануэль, не поднимая головы. – Меня поймали и успешно допросили.
– Кто? – Час от часу не легче!
– Ваш приятель, придворный маг Шеллара. Он засек меня, когда я пришел навестить Кантора.
– Он не мог! – в ужасе воскликнул Орландо. Видимо, мальчик неверно представил себе упомянутый «успешный допрос». Эх, дети, дети… Неужели непонятно, КАК это делают маги уровня почтенного Истрана?..
– Как он тебя засек? – игнорируя невежественное замечание воспитанника, продолжил расспросы шеф. – Это не Мафей тебя сдал?
– Судя по тому, какой нагоняй он получил от наставника, и как он при этом рыдал, скорей всего не он. Наверное, в комнате действительно была сигнализация, как мне и сказали. Старик заметил, что с пациентом возился кто-то посторонний, и решил проверить… И чего меня туда понесло, там и без меня целителей хватало… И вы мне даже не сказали, что я делаю глупость…
– Я сам не понял, – вздохнул Рельмо и принялся теребить кончик косы. Проклятая привычка… да демоны с ней, тут такое творится! – И много ты ему сказал?
– Все. Хоть вы и уверяли, что ваши блоки…
– Ах, ну что ты, Мануэль, какие там блоки… Разве он шарил в твоих мозгах, разве ломал мои блоки? Наверное, просто ввел в транс и заставил говорить.
Поникшие плечи Амарго резко вздрогнули, голова коротко склонилась в утвердительном кивке.
– Я рассказал ему всю свою жизнь… – тихо произнес он с болью в голосе, вполне понятной для шефа, который историю жизни своего агента знал уже давно. – Зачем? Он узнал меня в лицо, это пусть… Он знал, что я работаю на вас и о вас расспрашивал, это тоже понятно… Но это… зачем ему понадобилось знать, как я жил, где я был, и что довело меня до жизни такой?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
