- То, что им придется сделать, - ответил Арута. Не прибавив ни слова, он обратился к горящим на равнине кострам.
Прошел еще один день, а Мурмандрамас все по-прежнему был занят распределением войск. Джимми с Локлиром сидели на копне сена рядом с катапультой. Вместе со сквайрами двора лорда Хамфри они целый день таскали корзины с песком и воду ко всем осадным машинам на городской стене. Оба до смерти устали.
Локлир смотрел на целое море факелов и костров, раскинувшееся за стенами Сетанона.
- Такое впечатление, что их больше, чем в Арменгаре. Как будто мы не причинили им никакого вреда.
- Нет, они потеряли очень многих, - ответил Джимми. - Просто сейчас они подошли ближе, вот и все. Я слышал, как Бас-Тайра говорил, что они спешат. Он немного помолчал, а потом обратился к другу: - Локи, ты так ничего и не сказал о Бронуин.
Локлир не отводил глаз от костров на равнине.
- А что говорить? Она умерла, и я много плакал. Все позади. Нет причины об этом сейчас думать. Возможно, через несколько дней я тоже буду мертв.
Джимми вздохнул и прислонился к внутренней стене, поглядывая на расположившееся вокруг города вражеское войско через зубцы на стене. Что-то радостное умерло в его друге, он потерял что-то юное и чистое, и Джимми скорбел об этой потере. Он задумался, был ли он сам когда-нибудь таким юным и чистым.
С рассветом защитники города были готовы встретить неприятеля, если тот решится на штурм. Но как и в Арменгаре, Мурмандрамас подъехал к городу. Вперед вышли солдаты со знаменами кланов и соединений, затем ряды их расступились, чтобы пропустить главнокомандующего. Он ехал на огромном черном жеребце, по красоте равном белому коню, бывшему под ним в прошлый раз. На голове его был шлем червленого серебра, в руке он держал черный меч. Его внешний вид не внушал спокойствия, но речь его была тихой. С помощью магии слова Мурмандрамаса доносились до каждого стоящего на стене.
- О дети мои, хотя некоторые из вас уже пытались противостоять мне, я готов простить вас. Откройте ворота, и я клянусь: любой, кто захочет уехать, сможет сделать это целым и невредимым. Возьмите с собой все, что хотите: еду, скот, добро; я не ставлю никаких препятствий. - Он махнул рукой, и дюжина моррельских воинов выехала вперед. - Я даже предлагаю вам взять заложников. Среди них самые преданные мне вожди кланов. Они поедут с вами без оружия и доспехов, пока вы не укроетесь за стенами любого другого города. Я хочу только этого. Вы должны открыть мне ворота. Сетанон должен быть моим!
Командиры на стенах наблюдали за Мурмандрамасом, а Амос пробормотал:
- Эта свинья несомненно озабочена тем, чтобы попасть в город. Черт возьми, я почти готов ему поверить. Я готов поверить, что мы смогли бы все уехать отсюда, если бы отдали ему город.
Арута взглянул на Гая.
- Я тоже почти готов ему поверить. Никогда прежде не слышал, чтобы темные братья предлагали заложников.
Гай провел рукой по лицу, на котором ясно читались беспокойство и усталость. Он устал не только от недостатка сна, но от долгих страданий.
- В этом городе есть что-то, что ему очень нужно.
- Вахне высочество, - подошел лорд Хамфри, - можем ли мы верить его слову?
Арута ответил:
- Это ваш город, дорогой барон, но это королевство моего брата. Уверен, что он не остался бы доволен, если бы мы раздавали части его владения направо и налево. Нет, его слову верить нельзя. Какими бы сладкими ни были его слова, нет ничего, что заставило бы меня поверить, что он сдержит клятву. Думаю, он скорее пожертвует вождями кланов. Он никогда не заботился о потерях. Я начинаю думать, что он даже приветствует кровь и резню. Нет, Гай прав. Он просто хочет как можно быстрее попасть в город. И я отдал бы собранные за год налоги, чтобы узнать, что ему здесь надо.
- Не похоже, что эти вожди обрадованы таким предложением, - заметил Амос. Несколько моррельских офицеров перекидывались словами за спиной Мурмандрамаса. - Думаю, среди темных братьев отношения становятся далекими от дружбы и согласия.
- Будем надеяться, - сухо заметил Гай. Конь Мурмандрамаса повернулся и нервно загарцевал. Моррел крикнул:
- Каков же будет ваш ответ?
Арута встал на ящик, чтобы его лучше было видно со стены.
- Возвращайся на север, - крикнул он. - Ты вторгся на земли, которые тебе не принадлежат. Уже сейчас сюда подходят армии, готовые выступить против тебя. Возвращайся на север, прежде чем снег перекроет горные проходы и вы все умрете от голода вдали от дома.
Мурмандрамас повысил голос:
- Кто говорит от имени города?
Последовало минутное молчание, а потом Арута заявил:
- Я, Арута кон Дуан, принц Крондора, наследник трона Рилланона, - а затем добавил титул, который не значился среди официальных: - Повелитель Запада.
Мурмандрамас издал нечеловеческий крик ярости, к которой примешивалось что-то еще, возможно страх, и Джимми подтолкнул Амоса. Бывший вор сказал:
- Это его доконало. Он определенно не рад такому известию.
Амос только усмехнулся и потрепал мальчика по плечу. В рядах армии Мурмандрамаса послышался шум.
- Похоже, его армии это тоже не нравится, - заметил Амос. - Плохие предзнаменования могут запросто подорвать уверенность такого суеверного народа, как этот.
Мурмандрамас крикнул:
- Лжец! Лже-принц! Всем известно, что принц Крондора убит. Зачем ты уходишь от ответа? Чего ты хочешь этим добиться?
Арута встал повыше, чтобы было видно его лицо. Моррельские вожди кружили на месте, что-то бурно обсуждая. Арута снял талисман, который ему дал аббат в Сарте, и показал его.
- Этот талисман защищает меня от твоей магии. - Он передал его Джимми. - Теперь ты знаешь правду.
Подволакивая ногу, к Мурмандрамасу подбежал его постоянный спутник, пантатианский жрец змеечеловек Катос. Он схватился за стремя своего повелителя, показывая на Аруту и что-то яростно втолковывая на шипящем языке своего народа. С криком ярости Мурмандрамас оттолкнул его, сбив с ног. Амос плюнул.
- Думаю, это его убедило.
Моррельские вожди выглядели разгневанными, они целой группой двинулись навстречу Мурмандрамасу. Похоже, он осознал, что упускает момент, поэтому резко развернул коня. Копыта попали прямо в голову жреца змей, оставив его лежать без сознания. Мурмандрамас, не обращая внимания на упавшего союзника, подъехал к вождям кланов.
- Тогда, глупые невежды, - прокричал он стоявшим на стене, - приготовьтесь встретить смерть. - Он повернулся к своей армии и показал на город. - В атаку!
Армия уже была построена для штурма и выступила вперед. Вожди кланов не могли отказаться выполнить приказ. Поэтому им оставалось лишь отправиться к солдатам, чтобы принять на себя командование своими кланами. Из-за рядов приближающейся пехоты, готовой броситься к воротам, медленно выехала кавалерия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
