— Нормальный. Только очень уж… миниатюрный, — тактично высказался тренер. — Ладно, давай. Не посрами Россию!
— Вообще-то Германию.
— Да какая разница!
— Космополит, — пробормотал я.
— Чего?
Повторить мне помешал гонг. Начался второй раунд.
Я присел, и двенадцатикилограммовая капля «самсунга» пронеслась над моей головой, едва царапнув лоб. Пока корейца разворачивало по инерции, я успел трижды садануть его в район подмышки ребристым торцом «мессера». Кореец в три прыжка оказался на другой стороне ринга и остановился, потирая ушибленное место, однако улыбаться так и не перестал.
Как же я ненавидел его улыбку!
Пока три — один в мою пользу. Это если по очкам.
Беда в том, что в этих боях редко доходит до подсчета очков.
Правая рука от плеча и ниже двигалась нормально, но поднять ее над головой не получалось, поэтому я перевесил ремешок «мессера» на запястье левой.
Выпускали бы его на цепочке, в который раз посетовал я, на метровой стальной неразрывной цепочке. Вот было бы пространство для маневра! Хочешь — лупи с раскрутки, хочешь — души цепью. Но Правила гласят: никаких прибамбасов сверх стандартной комплектации. Поэтому приходится довольствоваться тем, что есть: размером в 105 х 45 х 12 миллиметров, весом в 95 граммов и маленькой петелькой для запястья. Хорошо хоть прочной. Если и оторвут, то только вместе с рукой.
Кореец, похоже, решил перейти к решительным действиям. Мелкими шажками он двинулся на меня, перебрасывая ручку пылесоса из одной руки в другую и вращая его то в горизонтальной, то в вертикальной плоскости. По мере приближения ко мне скорость вращения возрастала. Кореец жонглировал пылесосом с поразительной легкостью, только улыбка на его лице, казалось, окаменела.
Мне оставалось только отпрыгивать от этой шагающей мельницы, уклоняться от ударов ее лопастей и радоваться тому, что по Правилам боец должен удерживать прибор одной рукой. Будь в свободной руке корейца телескопическая трубка пылесоса с какой-нибудь особо негуманной насадкой — и преимущество моих длинных рук сошло бы на нет.
Можно было попробовать ударить в спину или засветить промеж ног. Правила этого не запрещали. Бей куда хочешь, лишь бы прибором. Но после десяти лет, проведенных в школе бокса, некоторые табу нарушить очень сложно. Практически невозможно. Никаких ударов в затылок, по почкам или ниже пояса. И полгода занятий в секции самообороны подручными средствами под руководством Василия Алексеевича мало что изменили.
Поэтому я только отступал, уклонялся и надеялся, что всесокрушающая корейская машина рано или поздно выдохнется. Или допустит оплошность.
В начале третьей минуты второго раунда такой момент наступил.
Кореец начал уставать. Его «стальной кулак» вращался с прежней скоростью, а вот свободная рука заиграла: ушла вниз, вместо того чтобы страховать подбородок. Тут-то я и высунулся. Кореец как раз выбрасывал руку с пылесосом из-за головы. Я оказался рядом и — не ударил даже, а просто слегка приподнял «мессером» подбородок корейца. Остальное довершили он сам, инерция вращения и надежность корейской бытовой техники.
Мой противник ударил себя по гордо поднятой голове собственным пылесосом.
И тут же поплыл. Опустил руки вдоль тела, закатил глаза к потолку, но на ногах устоял. И, что самое жуткое, не перестал улыбаться.
Вот так и стой, мысленно попросил я. Не падай сразу.
Я отработал «мессером» четыре раза по корпусу, дважды несильно ткнул в челюсть, потом опомнился. Какого черта я набираю очки? Чтобы этот cleaning boy оклемался в перерыве и в третьем раунде снес мне башку своим агрегатом с двенадцатью степенями воздушной фильтрации? Чтобы моя первая «Битва» закончилась для меня в первом же бою?
Нет уж, дудки! Не для того я тринадцать часов страдал в полете от тесноты, турбулентности и невозможности закурить!
— Только не падай, — пробормотал я, снимая «мессер» с запястья и пристраивая на запрокинутый лоб корейца, прямо над переносицей.
Потом подпрыгнул и врезал по прорезиненному корпусу локтем. Со всей дури.
Кореец рухнул как подкошенный. Зрительный зал взорвался овацией. А я подобрал «мессер» и направился в свой угол, даже не взглянув на поверженного противника.
Честно говоря, меня немного подташнивало. Зато мандраж наконец отпустил. Трудно это — подготовиться к соревнованию по видеозаписям. В жизни все совсем другое. Но первый бой я отработал чисто. Удар был нанесен прибором, сам я бедолагу и пальцем не тронул, так что тут не придерешься.
— Вот это молодец! Вот это умничка! — встретил меня Алексеич.
После объявления победителя я сразу двинулся в раздевалку. Поднимался по узкому огороженному проходу, не реагируя на крики зрителей и вспышки фотокамер и стараясь не обращать внимания на приветственные хлопки по плечам. Особенно по правому.
На середине подъема меня нагнал Алексеич. Спросил бодрым голосом:
— А что, на девчонок не хочешь посмотреть?
— Я сейчас упаду, — признался я.
— А, ну как хочешь. Только учти, тебе с одной из них драться.
После этих слов я, естественно, обернулся.
На ринг уже вызвали следующую пару, крайнюю в первом туре «Битвы».
В красном углу расположилась высокая, атлетического вида блондинка в тесных шортах и исчезающе узком лифчике. Она бы, вероятно, вышла и топлес, но тогда буквы W и D пришлось бы колоть прямо на ее внушительные молочные железы. К правому предплечью блондинки было прикручено что-то вроде скворечника.
Противницей блондинки была миниатюрная… Тьфу ты! Вот ведь Алексеич! Опошлил хорошее слово… маленькая азиатка в сплошном купальнике. Кого там она представляет? Я с трудом разобрал надпись на купальнике: Transcend. И что у нее за прибор? Ну-ну! В общем, черт-те что и сбоку флешка.
Что можно сделать крошечной флешкой, пусть и террабайтной? Разве что глаз выбить, если хорошо прицелиться.
Бывают ситуации, когда компактность устройства перестает быть достоинством.
Я мысленно попрощался с китаянкой и снова уставился на буквы W и D, разделенные тонкой ниточкой. От них было трудно оторваться.
Надо бы остаться. Посмотреть бой. Изучить… тактику.
Но усталость была сильней.
В раздевалке я сразу присел на кушетку.
— Чего хочешь? — спросил Алексеич. — Водички? Поесть чего? Сигарету?
— Можно, я лягу? — попросил я.
— Ложись, конечно, ложись, — засуетился тренер. — Вот тебе полотенчико под голову. Подремли чуток. Сейчас минут пятнадцать девчонки будут драться, потом перерыв перед вторым туром. А ты подремли, подремли. Ты, кстати, не заметил, что у девчонок за приборы?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
