– Тсс, милый! Мы и так все прекрасно понимаем. Нам ведь не обязательно все говорить…
Тревейн почти грубо схватил ее за запястье и заставил опустить руку.
– Теперь все по-другому! Я не могу улететь, не сказав тебе это… – Казалось, у него подступил комок к горлу, а потом его словно прорвало:
– Мириам! Я не могу без тебя! Я люблю тебя!
Волнение захлестнуло и ее.
– О господи, Иан! Я тоже люблю тебя! Я безумно тебя люблю!
Все, что сдерживало их в прошлом, улетучилось без следа. Они поцеловались, как в первый раз.
По космическим масштабам времени прошло лишь мгновение, когда Мириам снова заговорила:
– Как ты думаешь, чего мы так боялись все это время? Тревейн не ответил. Прошло еще несколько мгновений, прежде чем он произнес почти небрежно:
– Знаешь, если мы быстренько побежим в помещение Верховного Суда, мы наверняка застанем там какого-нибудь уполномоченного совершать обряд бракосочетания.
Мириам расхохоталась и посмотрела на него сияющими глазами:
– Иан, ты несешь такую чушь, что у тебя самого должны вянуть уши. Ты же прекрасно знаешь, что тебе пора. Поговорим об этом, когда вернешься. Это потерпит. Сейчас новые заботы нужны тебе не больше, чем коммодору Прескотту в бою были нужны новые арахниды.
Тревейн громко и облегченно засмеялся. Потом он пришел в себя и крепко взял ее за плечи:
– Мириам, не забывай то, что я сказал: я обещаю вернуться.
Мириам Ортега родилась в семье адмирала. Она лучше других представляла себе, что может случиться, когда два корабля сходятся в смертельной схватке в глубинах космического пространства. Она уже потеряла отца и прекрасно понимала, что никогда не предскажешь, куда ударит боеголовка или силовой луч. И все же не сомневалась в том, что Иан Лоренс Тревейн сдержит свое слово.
– Да, моя радость! – прошептала она. – Я знаю, что ты вернешься.
***
Космический катер покинул бледно-голубые верхние слои атмосферы и устремился в затянутые черным бархатом просторы космического пространства. Тревейн сидел и смотрел в иллюминатор. Впервые за много – слишком много – лет, заполненных столбцами цифр на фосфоресцирующих дисплеях, он охватывал взглядом Вселенную, где работал, перемещаясь из конца в конец на огромные расстояния. Его взгляд устремлялся все дальше и дальше к мириадам немигающих, сверкающих, как бриллианты, звезд, наполняющих бездонные глубины непостижимой человеческому разуму бесконечности.
«Господи! – подумал он. – Какая красота!»
23. Кратчайший путь
Контр-адмирал Ли Хан вздрогнула и поморщилась от оглушительной барабанной дроби, но тут же расправила плечи. Остальные возвращавшиеся в Дальние Миры военнопленные толпились вокруг люка космического челнока у нее за спиной. Даже самые изможденные из них не могли не испытывать сейчас сильнейшего волнения.
Покрытый куполом космопорт на втором спутнике Бонапарта кишел людьми в черной форме с серебряными знаками различия. Да их тут тысячи! Ли Хан разглядывала лица. Фанфары оглушительно играли «Через тернии к звездам» – древнюю мелодию, написанную еще в двадцать первом веке, ставшую гимном молодой Республики Свободных Землян.
Ли Хан механически ответила на приветствие какого-то контр-адмирала и только потом узнала в нем Джейсона Кондора. Наконец прозвучал заключительный аккорд гимна, музыка замолкла, и Кондор резко опустил ладонь. Ли Хан последовала его примеру.
– С возвращением, адмирал! – Он крепко сжал ей руку.
– Спасибо! – Ли Хан почувствовала подступивший к горлу комок, заморгала глазами, на которые навернулись жгучие слезы, и улыбнулась. – Спасибо, адмирал! – повторила она уже более твердым голосом. – Как хорошо дома!
– Мы тебя очень ждали, – с чувством сказал Кондор. – Так что не обессудь! – Он одарил ее теплой и одновременно лукавой улыбкой. – Мы гордимся тобой, и придется потерпеть, пока мы будем тебя чествовать. – С этими словами он повел ее вниз по расцвеченной флагами лестнице. Их сопровождали приветственные возгласы, звеневшие в лучах солнца, проникавших внутрь стеклянного купола.
***
– Ну что ж! – Джейсон Кондор снял украшенную золотым шитьем фуражку и жестом указал Ли Хан на стул. – Слава Богу, все позади. Впрочем, – он оценивающе посмотрел на нее, – должен сказать, что «Золотой Лев» идет к твоим волосам.
– Спасибо за комплимент, – пробормотала Ли Хан и уселась, пытаясь скрыть волнение. Она потрогала пальцами «Золотого Льва» – высшую награду за мужество и Республики Свободных Землян, и Земной Федерации. – Если так награждают побежденных, что же получают победители?!
– Это не ты проиграла сражение, – не терпящим возражений тоном сказал Кондор. – Вы с Бобом были совершенно правы. Надо было ударить по Зефрейну как можно раньше, пока они не успели построить форты и изготовить новые излучатели и эти жуткие ракеты.
– Наверное, – согласилась Ли Хан. – Но в плен-то сдалась именно я, и за это мне придется отвечать перед комиссией, а может, и перед военным трибуналом.
– Военный трибунал уже заседал, – сказал внезапно помрачневший Кондор, – чтобы судить адмиралов, бросивших тебя на поле боя. Не буду скрывать, некоторые из них были с позором уволены из ВКФ. Но все прекрасно знают, что ты взяла на себя командование мониторами и линкорами в безнадежной ситуации и именно ты спасла тысячи людей от бессмысленной смерти. – Кондор опять пожал плечами:
– Адмиралтейство так прямо и заявило, пусть и в более цветистых выражениях. Потом ты была единогласно представлена к «Золотому Льву».
– Понятно! – Ли Хан перевела дух и почувствовала, что напряжение, сковывавшее ее тело, постепенно спадает.
– Ты еще не все знаешь, – широко улыбнулся Кондор. – На самом деле есть одно весьма серьезное доказательство снисходительного отношения лордов космического Адмиралтейства к твоей персоне.
– Неужели? – саркастически спросила Ли Хан. – Что же это? Лучшее место у стенки и последняя сигарета?
– Людям надо верить, – удрученно ответил Кондор и посерьезнел. – Боюсь, что поступаю не совсем по уставу. Магда сама хотела тебе это вручить, но она сейчас занята и попросила меня сделать это за нее. На! Держи!
Ли Хан открыла небольшую коробочку, и у нее захватило дух, когда она увидела двойные звезды на черной бархатной подушечке. Она замерла. Она не могла поверить своим глазам и левой рукой механически нащупала одинокую звезду на воротнике своего кителя.
– Так точно! – сказал сидевший перед ней контр-адмирал. – Поздравляю вас, вице-адмирал Ли Хан!
Кондор протянул руку, отстегнул одинокие контр-адмиральские звезды от ее воротника, достал из коробочки двойные – вице-адмиральские – и пристегнул их.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
