Эно обратились к мести и разрушениям, а затем отступили обратно в Эно. Около сорока деревень были превращены в пепел.
Главными жертвами стали несчастные жители Обантона, процветающего города, обнесенного стеной, который находился слишком далеко на востоке и был разграблен Эдуардом III предыдущей осенью. Это место было почти не защищено. Большая часть его гарнизона находилась в Вервене с остальными французскими пограничными войсками, а остальные бежали. Осталась только группа из примерно тридцати человек, которые случайно проходили через город по дороге в другое место. Они оказали доблестное сопротивление при поддержке горожан. Но они были побеждены, а те из них, кто не был убит, были взяты в плен для выкупа. Город был разграблен, а затем разрушен с безжалостной целеустремленностью. Большая часть населения, укрывшаяся в одной из приходских церквей, была заживо сожжена в ней. Это был самый жестокий инцидент такого рода в первые годы войны. Оставшиеся в живых люди жили среди развалин своих домов, когда папские раздатчики милостыни посетили Обантон в конце года. Не менее 370 глав семейств были доведены до нищеты. Жан д'Эно, как говорят, был доволен результатами этой вылазки, но вряд ли кто-то еще был доволен[529].
Тем временем катастрофа постигла силы, возглавляемые англичанами, в валлонской Фландрии. Графы Солсбери и Саффолк пунктуально переправились через Лис в начале апреля 1340 года во главе нескольких сотен латников и, возможно, 2.000 лучников и пехотинцев, большинство из которых были новонабранными солдатами из Ипра. Армантьер на реке Лис, слабо защищенный отрядом наемных генуэзских арбалетчиков, был захвачен 6 апреля 1340 года и разграблен. Затем графы повели своих людей на восток. Эти действия произвели желаемый эффект на французов. Их командиром на этом участке границы был Годемар дю Фей, опытный государственный служащий, который всегда чувствовал себя комфортнее верхом на коне, чем в кабинете: "хороший солдат, но не судья", гласил приказ, уволивший его с должности несколько лет назад. Сейчас он был в своей стихии. Годемар предположил, достаточно обоснованно, что главной целью был Лилль. Желание Артевелде аннексировать его было хорошо известно. Один из жителей города был казнен совсем недавно после того, как его уличили в переписке с Артевелде. Город был сразу же переведен на осадное положение. Пригороды были разрушены, а население согнано за стены. Всякое движение через ворота было запрещено. Несколько сотен человек были вызваны из других мест, в том числе из Турне.
На самом деле маршрут английских графов долен был привести их далеко на север от Лилля. Однако 11 апреля 1340 года, по "дерзкой глупости" (выражение хрониста Адама Муримута), они решили разведать оборону города и немного пограбить. Оставив свою армию на берегу реки Деле, они поскакали к городу в сопровождении Ги Фландрского, французского рыцаря-перебежчика из Артуа по имени Персеваль д'Обрекен, около тридцати всадников и небольшого числа конных лучников. После того, как они прошли через пригородную деревню Маркетт, их передвижения были замечены и доложены лейтенанту Годемара, командовавшему гарнизоном Лилля. Тот организовал вылазку с северной стороны города. Графы и их отряд были отрезаны и в итоге оказались в ловушке между нападавшими и городским рвом. Они спешились и сражались в доблестном, но безнадежном бою против значительно превосходящих сил, пока к ночи их не одолели. Два графа и пятеро их спутников были взяты в плен. Ги Фландрскому удалось бежать верхом на лошади. Все остальные были убиты. Лишенная командиров армия горожан Ипра распалась и вернулась домой. Что касается пленных, то их усадили в повозку и под вооруженной охраной отправили в Париж, где Филипп VI принял их с чувством глубокого удовлетворения. Перебежчик Персеваль д'Обрекен был казнен. Согласно достоверным источникам, Филипп VI угрожал английским графам той же участью. Его отговорил только Иоганн Богемский, который был знатоком обычаев войны и указал, что они могут понадобиться для обмена на плененных французов. Поэтому они были помещены в Шатле. Эта новость, которую принесли Эдуарду III в разгар турнира в Виндзоре, стала тяжелым ударом. Солсбери был одним из самых близких доверенных лиц Эдуарда III среди английской знати и в течение трех лет был верным и эффективным инструментом военной политики, в которую он сам мало верил[530].
Из трех армий, которые договорились встретиться под стенами Турне, прибыла только армия Артевелде. Его войска, около 2.000 человек из Гента и неизвестное количество солдат, предоставленных другими городами Фландрии, достигли плоской равнины к северу от Турне между 7 и 11 апреля 1340 года и расположились лагерем на берегу Шельды. В городе колокола собора подняли тревогу, и горожане заняли свои места на стенах в соответствии с отработанным порядком. В пригороды были посланы люди, чтобы сжечь здания по обе стороны реки. Для фламандцев перспектива осады была непривлекательной. Стояла лютая, не по сезону холодная погода. Князья коалиции с самыми большими контингентами находились на расстоянии более 60 миль, бесполезно занимаясь грабежом Тьераш. Затем 12 апреля 1340 года слуга графа Солсбери принес известие о катастрофе, постигшей его господина. Артевелде призвал Турне к капитуляции, получив в ответ решительное заявление о верности Филиппу VI. Затем он двинул свою армию в обратный путь[531].
Французы воспользовались своим стратегическим преимуществом, как только Артевелде и его люди ушли. В четырех милях вниз по течению от Турне находилась деревня Антуан, важная переправа через реку, над которой возвышался внушительный замок XII века, все еще существующий поныне с романтическими украшениями XIX века. Это была единственная брешь в ряду французских крепостей, которые удерживали линию по рекам Шельды и Скарпу у Турне, Мортань, Сент-Аман и Маршьен, преграждая все основные пути из Эно. Против французов его удерживал старый и слепой дядя графа Эно (внебрачный брат его отца). Около 30 апреля 1340 года гарнизоны Турне и Лилля во главе с герцогом Бургундским, коннетаблем и маршалами Франции ворвались туда, захватили его и двинулись в поход по землям Эно по обе стороны реки, уничтожая все, что попадалось под руку, — тридцать два города, согласно официальному отчету.
Правители Эно дорого заплатили за свой переход на сторону антифранцузской коалиции. Они попытались восстановить положение. Большой отряд людей, в основном жителей Эно, но с несколькими брабантцами и немцами, поднялся по долине из Валансьена и атаковал самую важную из французских укрепленных речных переправ в Мортань. Под прикрытием этой атаки другие силы попытались захватить неукрепленный брод примерно в 3 милях ниже по течению. Обе попытки не увенчались успехом. В Мортань небольшим французским гарнизоном командовал бургундский рыцарь Жан де Вьенн, который впоследствии прославился мужественной защитой Кале от англичан. Штурм продолжался в течение четырех часов под личным руководством графа Вильгельма, пока его люди не дрогнули и не отступили. У брода произошел еще более удивительный подвиг. Десять французских солдат перекрыли переправу
