Три сестры Парки (лат.: tria Fata) – в древнеримской мифологии богини судьбы.
По-видимому, тот же лидер появляется и в катрене 3—35, где уточняется страна его происхождения:
Du plus profond de l'Occident d'Europe,De pauvres gens un jeune enfant naistra,Qui par sa langue seduira grande troupe:Son bruit au regne d'Orient plus croistra.
В самой глубине Западной ЕвропыУ бедных людей родится юный мальчик,Который своим языком соблазнит большую толпу.Потом его известность достигнет царства Востока.
Осталось только выяснить, что такое «глубина Западной Европы» для Нострадамуса. Ответ на этот вопрос можно найти в альманахах: «[Люди, ] пребывающие в самой глубине Запада, окажутся в продолжительных вредных раздумьях, размышлениях над новыми стратагемами и военными хитростями, в частности самые могущественные [люди] счастливейшего Британского острова» (PI 1562, р.125).
«Возникнут… в стороне самых глубинных [жителей] Запада, в частности по всему Британскому острову, некие тайные волнения» (Alm. 1565, octobre).
Получается, что Антихристом, по Нострадамусу, станет англичанин. После его прихода языческие обычаи вернутся в худшем их виде, как об этом говорит катрен 2—30:
Un qui les dieux d'Annibal infernaulxFera renaistre, effrayeur des humainsOnq' plus d'horreurs ne plus pire fournauxQu'avint viendra par Babel aux Romains.
Некто, кто адских богов ГаннибалаВоскресит, [станет] устрашением людей;Величайшие ужасы и худшие жаровни,Которых не бывало еще никогда, придут к римлянам через Вавилон.
«Ганнибаловы» (то есть карфагенские) божества, требовавшие человеческих жертвоприношений, представлялись даже язычникам-римлянам отвратительными, адскими. Жаровни для сожжения тех, кто отказывается поклоняться идолам, упоминаются в библейской книге пророка Даниила (3, 1–9): «Царь Навуходоносор сделал золотой истукан, вышиною в шестьдесят локтей, шириною в шесть локтей, поставил его на поле Деире, в области Вавилонской… Тогда глашатай громко воскликнул: объявляется вам, народы, племена и языки: в то время, как услышите звук трубы, свирели, цитры, цевницы, гуслей и симфонии и всяких музыкальных орудий, падите и поклонитесь золотому истукану, которого поставил царь Навуходоносор. А кто не падет и не поклонится, тотчас брошен будет в печь, раскаленную огнем».
На жаровнях мучили людей и в Древнем Риме. Лактанций в трактате «О смертях гонителей» (XIII, 2–3) пишет: «Некий человек, несмотря на то, что это было небезопасно, с большим мужеством сорвал (со стены) и разорвал на куски этот эдикт, говоря с издевкой, что он представляет победы готов и сарматов. Он был немедленно доставлен, и его подвергли не просто мучениям, но положенным пыткам жаровней, после чего он с поразительным терпением принял смерть на костре».
В катрене 2—46 «обновление времен» (лат.: renovatio temporum) сопровождается целой серией аномальных природных явлений:
Apres grand trouble humain, plus grand s'apresteLe grand mouteur les siecles renouvele.Pluie, sang, laict, famine, fer, & pesteAu ciel veu, feu courant longue estincele.
После великой человеческой смуты приближается еще большая.Великий двигатель обновляет века.Дождь из крови, молока; голод, сталь и мор,В небе виден огонь, длинная бегущая вспышка.
Картина «обновления» здесь бесконечна далека от эпических образов Вергилия (Эклога IV, 5): «Сызнова ныне времен зачинается строй величавый…» У Нострадамуса обновление планетного цикла сопровождается смутами, войной, эпидемиями, голодом и зловещими знамениями – небесным огнем, метеорами, необычными дождями. Картина сходна с образами «последних времен» Коммодиана (Апологетическая поэма, 899–904):
После этого мор, войны, голод, знаменья зловещиеТак смешаются вместе, что поколеблется разум.Тогда неожиданно прогремит с неба труба,Звук, который потрясет сердца повсеместно.И увидят тогда огненную колесницу средь звездИ бегущий огонь, возвещающий народам о пожаре.
Не только войны ослабляют мир; ожидается великий голод, такой сильный, что люди будут поедать листву с деревьев, а молоко у матерей иссякнет:
1-67La grand famine que je sens approclier,Souvent tourner, puis estre universele:Si grande & longue qu'on viendra arracherDu bois racine, & 1'enfant de mammelle.
Великий голод, приближение которого я чувствую,Будет появляться то здесь, то там, затем станет всемирным,Таким великим и долгим, что будут отрыватьКорни от деревьев и младенца от соска.
Языческие обряды вернутся во всей красоте, с жертвоприношениями и воздвижением памятников правителям, как предрекает катрен 3—26:
Des rois & princes dresseront simulacres,Augures, creuz eslevez aruspices:Corne, victime d'oree, & d'azur, d'acre:Interpretes seront les extispices.
Воздвигнут изваяния королей и принцевАвгуры с воздетыми жезлами, гаруспики;Жертвы с рогами, покрытыми золотом и акрской лазурью;Будут истолковываться экстиспиции.
В Древнем Риме авгуры – одна из древнейших жреческих коллегий, толковавшая волю богов на основании ауспиций – наблюдений за полетом и криком птиц, небесными явлениями, едой священных кур и т. д. Гаруспики в Древнем Риме – жрецы, осуществлявшие экстиспиции – гадание по внутренностям жертвенных животных, а также толковавшие явления природы (гром, молнию и др.). Во второй строке упоминаются авгурские жезлы с загнутыми концами (лат.: lituus), а в третьей – обычай раскрашивать рога жертвенных животных.
В катрене 1—32 Нострадамус затрагивает тему «перемещенной империи»:
Le grand empire sera tost translateEn lieu petit qui bien tost viendra croistre:Lieu bien infime d'exigue comteOu au milieu viendra poser son sceptre.
Великая империя вскоре будет перемещенаВ маленькое место, которое очень скоро увеличится, —Незначительнейшее место в ничтожном графстве,Посреди которого [он] водрузит свой скипетр.
У аморфной Священной Римской империи не было общепризнанной столицы, поэтому имперские регалии с течением веков перемещались из города в город. В XVI веке Валуа, раздосадованные монополией Габсбургов на императорскую корону, выдвинули теорию «перемещенной империи» (translatio imperii), согласно которой именно французы, а не германцы, являются законными преемниками древних римлян (и, следовательно, обладают правом на Апеннинский полуостров). Жан Боден в «Методе легкого познания истории» (1566) писал в связи с этим: «Германская империя не является преемником римских форм управления. Немцы распространяют свою власть едва ли на сотой части мира, а король Испании имеет территорию и численность населения куда больше, чем у германцев».[169]
Согласно эсхатологической традиции императорская корона может перемещаться из одной страны в другую, пока последний монарх после Второго пришествия не вернет ее Всевышнему. Ведь монарх – всего лишь наместник Бога на земле в Его отсутствие, и с Его пришествием нужда в светской власти отпадает: «И снимет царь Римский венец свой и возложит его на Крест, и прострет руки свои к небу и передаст царство свое Богу и Отцу» (Слово Мефодия Патарского о царстве народов и последних временах, XII, 7).
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
