Но я смотрю, ваше место для спанья, хоть и весьма большое - почти, как моё, но весьма бедное, да и ложе, - Северус оглядел взглядом помещение, присел на краешек постели, - весьма помято жизнью.
А скажите-ка мне честно, Гарольдус, не бойтесь, вас не будут здесь бить никогда, уж будьте уверены, и не накажут телесно никак. Так когда вы в последний раз ели?
- Два пальца раз ночь-день, сегодня третий палец раз день. Но ничего, я могу и поголодать, со мной ничего не случится, профессор Снейп, сэр. Не
бес-по-кой-ся… тесь, сэр. Прости… те за ошибку, потому, как не привык я называть одного пальца раз человека, как многих пальцев раз. Но я быстро научусь, вот увидишь профессор Снейп, сэр.
- Увидите, Гарольдус.
- Да, профессор Снейп, сэр. Прости…те. Можно я задам ю вопрос? Я правильно говорю «ю»?
Северус улыбнулся такой каше в мозгах подопечного мага.
- Конечно, Гарольдус, вы говорите вполне правильно. А вопрос, - Северус оживился, - попрошу любой в то-что-вокруг, но только не о вылизывании, попрошу вас.
- Нет, это не про то, а про «бутифол». Мне пришло в голову это чужое слово, точно, что из англского, моего родного наречия, как ты го... ой, ю говори... ли и говори... те, вот только я не знаю, что оно значит, и я неправильно произношу его, это уж верняк. Я думал о тебе… об ю, и ко мне пришло это диковинное слово.
- Это слово произносится правильно, как «бьютифул» и означает: «красивый, прекрасный». У него есть ещё несколько более тонких значений, но на язык х`васынскх` их не перевести. Слишком он беден.
Так, значит, оно само пришло вам в голову? Поздравляю вас, Гарольдус, вы начали сами вспоминать родную речь, и это весьма хорошо. Вот только оно имеет отношение, ну, пусть к цветку, к женщине, но не к мужчине. Особенно такому некрасивому, как я.
Вы подумали неправильное слово, Гарольдус, - поникнув неведомо от чего, сказал Северус.
Но печаль его длилась недолго.
- Ты... ю очень много пальцев какой бьютифол, - сказал Гарри, смущаясь неведомо, отчего.
Снейп опять оживился и весёлым голосом, но без улыбки, лишь чуть усмехнувшись, сказал быстро:
- Я распоряжусь, чтобы вы ели с домочадцами, как до этой вашей голодовки и прикажу рабам сменить вам ложе и принести место-для-сидения. В местах-для-одежды - сундуках - я вам тоже не откажу, а то нестиранные и свежие туники навалены у вас кучей на одной крышке сундука.
И вот ещё - ходите, к примеру, вот в таких туниках, мягких и скользящих, как сейчас вы носите, как ваша первая, золотистая одежда. Вы же помните её на ощупь, я знаю это. Прикосновение такой ткани забыть нельзя, особенно если до этого ходили в одной лишь повязке. Кстати, вам пора переодеться. От вас плохо пахнет. Вы - не домочадец, Гарольдус, вы - гость моего дома, вы - мой личный гость, гость Господина дома.
- Гость? А что это такое? И что такоё твой личный гх`ость? Это значит что-то особливое?
- Да, это значит особое положение в «доме». Вы не будете жить в этом очень большом х`нарых` всегда, вы здесь ненадолго. А потом, когда вы станете говорить по-англски хорошо и перестанете храпеть на весь верхний х`нарых`, где ваше личное место для жизни и сна, вы покинете этот очень большой х`нарых`. А то ваши люди из соседних х`нарых`хэ жалуются. Да ещё прекратите заглатывать еду кусками, не жуя, так некрасиво, и мы, с Мерлиновой и, очень надеюсь, вашей помощью, попытаемся выбраться из этого времени в наше с вами. Я всё понятно объяснил вам, Гарольдус?
- Ай ангеcтуд ю уэлл. Можно я сяду рядом с ю, профессор Снейп, сэр?
- Отчего же нельзя. Если это ваша прихоть…
- А что такое «прих`коть»?
- «Прихоть», Гарольдус, «прихоть». Это такое желание, которое вовсе не обязательно к исполнению.
- Но мне обя-за-таль-на надо. Я хочу сказать ю слова по-англски, которые пришли мне в голову, когда я пялился на ю. И на этот раз я хорошо знаю, что они значат.
- Ох, Гарри, Гарри, вы так смешно говорите, даже и представить себе не можете. Но садитесь же и говорите. Я весь внимание.
Но Снейп опять увидел в глазах Гарри непонимание.
- Ну, это значит, я вас внимательно слушаю.
- Ай лов ю Сэ-вэ-ру-у-с-с моо зен зэ лайф ов майн.*
- Вот это да! Да вы, Гарри, так преуспеваете… В смысле, вспоминаете много и говорите по-англски почти правильно. Вы практически точно, без этого вашего х`ыканья произнесли моё имя, правда, по-прежнему безбожно растягивая... э... его и произнося в вашей... э... пламенной речи, ну, скажем так, неправильные звуки. Но я научу вас произносить их верно.
На самом деле Северусу было неимоверно приятно услышать такое… неожиданное признание от всё ещё чумазого Гарри. Но он принял помпезный преподавательский вид, так, что к нему было не подступиться. И Гарри встал с ложа и прошёлся по комнате, явно красуясь перед Снейпом. Северус не знал, существует ли вообще в языке х`васынскх`этого времени понятия «гласная» или «слог». Язык же не ведал письменности, а так как х`васынскх` либо вымрут в этом веке, либо будут почти полностью ассимилированы пришельцами - мореплавателями с востока. А она-то, друидическая письменность, появится лишь в начале восьмого века.
Сердце профессора часто билось, но, чтобы унять его, он быстро проговорил, не особо вдаваясь в фонетику:
- Только «з» никуда не годится. Надо вот так: «th», попробуйте-ка повторить за мной. Только быстро.
Северус быстро нашёл, чем осадить петушащегося молодого человека.
- Зх`э, нет, не то. Тх`э.
- Меньше этого гортанного «х`"
- Я пока не могу, профессор Снейп, сэр. Но ю слышал… слышали мои слова. Это правда, поэтому и высказал я их на родном наречии - англском. Вылились они из души. Или из кишок, не знаю.
Северус рассмеялся во всё горло.
- Ду ю лаф эт ми? Уай?* *
Снейп прекратил ржать и серьёзно, пожалуй, впервые после совместного убийства Волдеморта посмотрел на Поттера с крайним изумлением, граничащим с безграничным восхищением.
Его «подопечный» действительно продвигался - и самостоятельно! - в тонкостях пока несложных фраз, но напрочь, как казалось Северусу, забытого им языка. Он практически впервые в жизни приятно изумился.
- Нет, Мордред его дери, Гарри делает несомненные успехи в лингвистике, не зная, что это за хрень такая. А ему и не надо знать, главное, чтобы и дальше дело шло такими же темпами. Нет, не применительно чувств ко мне, конечно. Хотя, что скрывать, не этого ли признания ты хотел и так долго ждал, а Сев? Не, я ждал иного, бешеного буйства страстей, овладевания, хоть и грязным, но любимым телом после небольшой любовной борьбы и мира, скреплённого пылкими, безостановочными поцелуями.
... Да как я смею даже в мыслях изменить моему единственному возлюбленному, моему Квотриусу, душе моей, основе осно…
