Читаем без скачивания Град разбитых надежд (СИ) - "Сумеречный Эльф / Сумеречный_Эльф"

— Я вернусь к тебе, когда выйду отсюда, — пообещал он, как каторжник, прикованный цепями к стене в глубоком забое.

— Возвращайся скорее. И больше не рискуй собой. Пожалуйста, — тихо умоляла Джолин, но ее уносил вихрь мира за ширмой. Зато оставался Ли.

— Как ты… Как ты устроил нашу встречу? — пораженно спросил Джоэл.

— Как-то. Умею уговаривать, — нарочито беззаботно улыбнулся Ли. — Вообще-то она — ценный свидетель. Снова. Вот ее и пустили в цитадель.

Теперь Джоэл заметил, как друг тревожен и непривычно бледен. Но он держался, окутанный неестественной радостью.

— Ее не будут преследовать? — невпопад спрашивал Джоэл. Привычки охотника въелись в речь, как вши под кожу немытого бродяги. Он совсем не о том хотел говорить, совсем не то спрашивать. Жаждал рассказать, как качался на пламени электрических лампочек и гасил их мановением белых линий. Но это все бред. Главное — Ли и Джолин пережили ту ночь, даже без ран. И Батлер выжил, и цитадель устояла. Только теперь Джоэл в полной мере осознавал, как фатально Вермело приблизился к страшному краху. И он предотвратил падение в хаос посреди Хаоса. Неужели и правда он? Чтобы не гордиться, Джоэл убеждал себя, будто большую часть монстров уничтожили друзья.

— Успокойся, Джо. Твое расследование временно передали мне. Я все устрою. Если кто и будет допрашивать, то снова мы. Вообще пока не думай об этом, ладно? Не волнуйся, — затараторил суетливой белкой Ли.

— Джолин… — без цели вырвалось у Джоэла. Все существо мечтало, чтобы она вернулась, осталась в их мире внутри ширмы, согрела живым теплом.

— Она молодец. Нашла тебя, наложила жгуты, скрутила из своей юбки, умело так… потом как-то отыскала и меня. Мы успели донести тебя, — продолжал торопливо рассказывать Ли. — Ох, вспоминать-то страшно…

— Вдвоем? — поразился Джоэл.

— Да. Команду не дождались бы, там было… столько раненых, такая неразбериха. А я как чувствовал, что ты на Королевской Улице окажешься.

— Бифомет Ленц шел за ней, я уверен, — хрипя, ответил Джоэл. Он и не знал, что в то утро упал прямо на Королевской Улице. Значит, и Вестник Змея двигался в сторону пекарни. Вот только зачем? Поглотить кошмары ее обитателей? Жутких химер и разрубленных младенцев? Или же за чем-то еще. За кем-то.

— Давай потом об этом, ладно? — попросил Ли, и лицо его исказилось на миг, всего на миг, а потом снова расцвело натянутой улыбкой мима. — Вообще, скажу я тебе, Джолин крепкая девочка.

«Еще бы, таскать такую корзину каждый день», — подумал Джоэл.

— Потом нас все-таки встретил отряд, поднятый по тревоге. Помогли. Спасибо им огромное.

— Много же я проблем доставил.

— Проблем… Джо! Ты уничтожил Вестника Змея! Ты герой! — воскликнул Ли, и тогда уже он склонился над кроватью, покрывая поцелуями ладонь и лоб в испарине, наплевав на запреты и правила. Он лучше знал, что вернет к жизни. Джоэл ощущал прикосновения милых губ и впервые за долгое время вспомнил, что это тело создано не только для причинения боли изломанной душе. Душа… С каких-то пор поверил в ее существование. И она неизменно терзалась сомнениями.

«Уничтожил? Разве?» — все думал Джоэл, хотя усталость раненого просила поверить всеобщему ликованию. Может, и уничтожил. Маска раскололась, тени расползлись, рассыпались. Чтобы добраться до этой маски, он пожертвовал собой, открывшись удару пятерни когтей. Но последний вопль Легендарного напоминал злорадный смех, подсказывая: он не повержен, еще не все закончено. Они нанесли друг другу тяжелейшие травмы, но не убили до конца.

— Знаешь, Джо, я раньше паршиво думал про Умана… Но он, похоже, остался твоим другом. На самом деле. В общем, у вас одна группа крови. Ну, вот он первый свою отдал, хотя все ему говорили, что Верховный Охотник не обязан, — сбивчиво продолжал Ли, стремясь рассказать все, что пропустил раненый напарник, но забывая назвать хотя бы дату и сезон. — Он прибежал сразу, взвинченный такой, растрепанный. Бакенбарды топорщатся, глаза безумные. Сказал: «Плевать мне, что обязан Верховный!». И еще где-то сутки все спрашивал о тебе, приходил раз двадцать. Энн мы тогда не сказали. С Батлером сидели вдвоем все там же… Ждали-ждали… Это… Это было невыносимо, Джо! Не делай так больше, пожалуйста!

Ли вздрогнул всем телом, отшатнулся и заплакал, согнувшись пополам. Тревога выплеснулась из глаз, он провел невесть сколько дней в немом ожидании чуда или катастрофы. Джоэл хорошо помнил, как сам ждал выздоровления любимого несколько лет назад, когда они помирились после ссоры, как днями и ночами ожидал новостей от врачей, как каждая минута тянулась годами. И даже когда Ли пришел в себя, Джоэл боялся, что состояние любимого может резко ухудшиться. Наука, конечно, помогала спасать жизни, но некоторые порой внезапно умирали, хотя все обещали им скорое восстановление. Но ему повелел выжить сам Страж Вселенной.

— Тихо, Ли, все в порядке, — ласково сказал Джоэл, едва уловимым жестом призывая Ли подойти. Осунувшееся лицо возлюбленного разлиновали дорожки слез, глаза покраснели. Он виновато опустил плечи, шмыгая носом:

— Прости, я идиот. Обещал себе держаться. Это я должен успокаивать тебя и поддерживать. Просто… когда ты был без сознания и никто не говорил, очнешься ли ты, мы так… так боялись! Я боялся, что больше… Больше никогда… Джо, я просто хочу, чтобы мы поскорее вернулись домой. Вдвоем.

— Домой? — улыбнулся Джоэл. Поддерживать… Что же поделать, если ему на всю жизнь отвели такую роль. Он поддерживал Ли, как Энн своего друга детства, Батлера.

— Да, твоя мансарда стала для меня домом. Я это понял перед тем проклятым дежурством. Хотел сказать тебе. У меня есть дом. Там, где живешь ты, — это и есть мой дом. И… я все думал: неужели не скажу, не успею…

— Видишь, успел.

Ли успокоился, крупные капли еще висели на ресницах, но он привычно улыбался, уже по-настоящему:

— Да, успел. Но теперь надо скорее поднять тебя на ноги.

Джоэл едва заметно кивнул в ответ, в тот день он с удивлением понял, что у него есть друзья. Есть те, кто готовы помочь ему, а не только принять помощь и взвалить свои проблемы. И он не чувствовал себя обязанным этим людям. Он дорожил ими, ими всеми, и надеялся, что скоро сможет снова защищать их.

Но время продолжало тянуться, обретение голоса не делало пребывание в госпитале интереснее. Чем больше прояснялось сознание, чем меньше давали обезболивающих, туманящих разум, тем дольше длились дни бездействия и неизвестности.

Ли утверждал, что в городе все в порядке, вернее, настал порядок: после внезапной эпидемии превращений в Кварталах Ткачей и Шахтеров бунтовщики притихли, на заводах больше не устраивалось стачек. Простой люд понял, что никто, кроме охотников, не оградит их от того зла, с которым они все столкнулись под светом Красного Глаза. Многие узрели воочию Вестника Змея, поняли, что никто не держит его в цитадели, потому что тварь и впрямь собиралась из множества сомнов, пойманных в черный клубок щупалец.

— Вот такие дела и творятся, — рассказывал Ли. Потом приходил Батлер, и где-то в середине лета удалось повидаться с Энн. Она пришла уже сама, бледная, исхудавшая, но упрямая. Отсутствующую руку скрывала новая шинель наставника академии. Она, как и поклялась Стелле, вернулась к своей прежней работе. Похоже, достаточно успешно, потому что держалась прямо и уверенно.

— Ну что, Джо, обоим нам не повезло? Как будто злой рок какой-то, над всеми нами, — грубовато начала она, криво улыбаясь. — Но ты не унывай, я же… не унываю. У тебя вроде руки-ноги на месте. Если что, в академии встретимся. Главное, что жив.

Джоэл заметил, что ее лицо исполосовали новые шрамы. В то утро, когда ее искалечил сомн, они и не увидели, слишком потрясенные, чтобы засекать детали. Теперь в монотонной смене дня и ночи Джоэл сделался невероятно внимательным к любым мелочам. Он не привык к безделью, прояснившийся разум зацеплялся за движение пылинок и случайные пятнышки на серой гофрированной ткани ширмы. И заставлял нервно вздрагивать, когда неподвижность доводила до предела.