Обняв Беттину, Треан приник своим лбом к еѐ.
— Я буду прикасаться к тебе внутри, чтобы подготовить тебя.
Положив руку ей между ног, он начал ласкать еѐ.
Томно прикрыв глаза, Беттина кивнула.
Так доверчиво. Так невинно.
Треан ласково дразнил подушечкой указательного пальца еѐ клитор. Когда он немного набух, вампир пальцем проник в еѐ лоно, в самую сердцевину, возбуждая.
— Тебе нравится? —
В нее впервые проникли так глубоко…
— Да!
— Глубже?
В ответ Беттина сильнее раздвинула бедра.
Треан скользнул пальцем глубже, ошеломленный обволакивавшим его словно перчатка, теплом. Беттина была уже влажной… но очень тугой. Его член дернулся.
Как и я, он рвется изучить еѐ девственную плоть.
— О! Это так... хорошо, — выдохнула Беттина, когда палец Треана проник глубже. Еѐ веки отяжелели, дыхание участилось. Глаза Беттины сверкали.
— Еще один палец? —
прохрипел Треан. Прикусив губу, она кивнула.
Треан осторожно ввел второй палец, продолжая исследовать ее влажные глубины. Большим пальцем он тер еѐ клитор, пока Беттина не начала извиваться от удовольствия.
Когда Треан начал осторожно толкаться пальцами в еѐ лоно, Беттина выгнулась, а еѐ грудь призывно подалась к нему навстречу, так и напрашиваясь на ласки. Были ли эти маленькие сосочки когда-нибудь такими твердыми? Вампир лизнул одну из выпирающих вершинок, а потом, сомкнув губы, начал посасывать еѐ.
Беттина отвечала на его ласки, бесстыдно встречая каждый толчок. Еѐ попка так терлась о его ноющую плоть, что Треан чуть не кончил.
Нет! Я должен сделать все идеально. Моя Невеста, моя награда.
Подведя ее к самому краю, когда она лишь бессвязно шептала:
«Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста», Треан убрал пальцы. Положив Беттину на спину, он опустился на колени меж еѐ бедер.
Больше нет шелка, чтобы преградить мне путь.
Беттина потянулась к нему с распростертыми объятиями. Проведя по его груди нежными ладошками, она прикрыла сверкающие глаза. Страстный голод в еѐ взгляде потряс Треана, ему хотелось рычать от удовлетворения.
Дрожащими руками он направил свой член вниз...
Влажное тепло встретило его головку; член пульсировал, а кончик скользил вверх и вниз по влажной расселине, поглаживая еѐ, целуя.
Я убил бы, чтобы оказаться здесь...
Сопротивляться инстинкту, требующему войти в тело Невесты, стало почти невозможно. Его член пульсировал от этих влажных поцелуев, но он сдерживался, чтобы одним толчком не войти внутрь.
Хочу войти!
Нет, контролируй себя, Треан!
Сдержанность победила. Его тело содрогалось, пот бисером покрывал кожу. Вздрогнув от невероятного удовольствия, он не торопясь продвинулся к еѐ девственности.
Такая тугая. Шелковые складки жадно сжимают головку. Не повреди еѐ нежные маленькие ножны…
— Треан, я нуждаюсь... я нуждаюсь в тебе, — Беттина подалась бедрами ему навстречу, насаживаясь на головку члена. Его безумный взгляд пригвоздил еѐ к месту.
— Eşti a mea! Eternitate. Ты моя! Навечно.
—
Осторожными толчками в еѐ тело, Треан утверждал права на свою Невесту.
* * * * *
Глаза Беттины слезились от тянущего давления. Вдруг она ощутила чувство всепоглощающей наполненности.
Член вампира входил в нее так туго, что она чувствовала, как он пульсирует внутри.
Каждый мускул Треана был натянут от напряжения, лицо сосредоточено.
Измученным взглядом он посмотрел на Беттину. Она ответила ему тем же.
Раньше удовольствие. Теперь боль.
Треан отступил, выходя из нее; странное покалывание, разливавшееся внутри, немного заглушило еѐ боль.
— Еще, Бетт? —
голос Дакийского изменился до неузнаваемости.
— Хм... хорошо?
Когда он снова медленно направил свой член в еѐ лоно, Беттина затаила дыхание, пытаясь понять, нравится ей это или нет.
Трудно сказать.
Треан снова почти вышел из нее.
— Любимая, я собираюсь... сделать это... жестче.
Когда она неохотно кивнула, Треан застонал и толкнулся в нее; Беттина не
знала чего ожидать: боли или...
Удовольствие!
На этот раз она почувствовала тепло, наполненность, скольжение. Впиваясь ногтями в его плечи, Беттина притянула вампира ближе к себе.
—Я-я люблю это! — воскликнула она сдавленным голосом. От каждого слова и движения Беттины, во взгляд Треана все больше проявлялась мука.
— Я ждал тысячу лет. Теперь я хочу, чтобы мы занимались этим всю ночь.
Треан, забирая свою твердость, вышел из нее. Приподняв бедра, Беттина последовала за ним.
— Dragă, остановись! — обхватив еѐ за талию, Треан положил Невесту назад.
— Ты не должна двигаться!
Она замерла.
К счастью, он не остановился. Продолжая входить и выходить из еѐ лона, пока у нее не участилось дыхание.
— Еще, вампир!
Он даст ей это.
— Ах, глубже.
— Вот так? — он вошел в нее так глубоко, как только мог, скользнув по еѐклитору ласкающим, нежнейшим движением. — Скажи, что тебе нужно, любимая, — прохрипел Треан, его акцент стал сильнее, чем когда
- либо раньше. Его тело было натянуто как тетива, мышцы под ногтями Беттины стали очень твердыми. — Я дам тебе это… клянусь.
—Так! Продолжай делать так...
Еѐ клитор жаждал больше прикосновений, и он дал их ей, вращая бедрами и двигая телом, как в своих самых смелых мечтах.
Так много восхитительных прикосновений.
Еѐ голова металась из стороны в сторону, ноги сомкнулись на его талии.
— Я ведь говорил, Бетт... что буду в тебе так глубоко, — круговое движение бедрами, — и так сильно, как тебе будет нужно.
Она не могла ответить ему... все удовольствие вдруг сконцентрировалось водной точке, разливаясь по всему телу ослепительной волной.
