Глава 62
Весь день Леваков не то, что не трогает меня, он даже избегает взгляда в мою сторону. Более того, каждый раз, когда Титов заводит болванку на тему очередной шутки в мой адрес, Антон его резко прерывает. Нет, он не заступается, а переводит тему разговора в другое русло. Не знаю, то ли фраза моя так его задела, то ли что случилось, но мне нравится вариант быть самым забытым учеником в классе.
Однако ликовать долго не приходиться. Потому что я каким-то образом стала эффектом раздражителя для другого человека. И ее зовут Света Самохина. Наша первая красавица школы, девушка по которой плачет обложки журналов и мечтает каждый второй парень в гимназии. Та первая и единственная, которую за спиной называли возлюбленной Даниила Матвеева, и та, как мне однажды сказал Разин, кто ей, по сути, не являлась. Если вспомнить слова Дани, то картинка и правда приобретает смысл. Он говорил, что отношений не было, но были связи интимного характера. Вероятно, одной из таких связей и была Самохина. Неприятно осознавать, что твой парень целовал, обнимал и еще делал всякие пошлые вещи с Богиней школы. В простонародье меня бы назвали ревнивицей, вполне вероятно так и есть. Наверное, я просто эгоистка и собственница.
Странно другое, мне всегда казалось, что такое девушки как Светка, не потерпят одноразовых отношений. Да весь ее вид так и говорит, что это она Королева, что она ведущая фигура, а остальные лишь пешки на ее шахматной доске. Неужели у них с Даней и правда, был всего лишь секс. Никогда не думала, что однажды меня будут волновать подобного рода вопросы.
Самохина сегодня, к слову, блистала как обычно: короткая кожаная юбка, туфли на толстом каблуке (сменная обувь), блузка кремовая с переливами и легким вырезом. А волосы так уложены, словно из рекламы шампуня вышла. Смотря на нее, чувствую себя Золушкой. Фея-волшебница, ты где? Может, и меня преобразишь?!
Светка кидает недовольные взгляды в мою сторону на протяжении всех уроков. И это тот случай, когда нужно включать бдительность и задуматься, что послужило причиной. Доходит даже до того, что мы сталкиваемся в столовой, и одноклассница больно ударяет меня плечом (хотя с виду кажется, будто все происходит случайно). Она не извиняется и не откидывает лестных фраз в мою сторону, однако этот ее колючий взгляд уже многого стоит. Даже Разин замечает и интересуется, в чем дело. Но я списываю все на плохое настроение Самохиной, и на то, что всегда была грушей для битья.
Когда уроки кончаются, иду домой без особого настроения. Телефон в кармане начинает вибрировать, и когда я вытаскиваю его, улыбка расплывается на лице. Засовываю наушники в уши и провожу клавишу «принять видеовызов».
- Привет, отличница, - задорный голос Матвеева разлетается на другом конце провода.
- Привет, боец, - на ходу придумываю кличку. Забавно выходит. Оглядываю Даньку, его улыбчивое выражение лица и понимаю, что уже успела соскучиться.
- А мне больше нравится, когда ты меня по имени зовешь, - отшучивается он. Мы говорим недолго, потому что времени у Матвеева оказывается ограниченное количество. Впереди тренировки и командная посиделка. Да и мне уроков делать прилично.
- У тебя все хорошо? Как день прошел? – Заботливо интересуется мой парень. Как же это приятно осознавать, что есть человек, которому ты не безразличен.
- Как обычно, ничего интересного, - вру. Потому что не хочу говорить про Левакова, про Светку, боюсь, как бы такой разговор в итоге не перерос в скандал. Ведь стоит только подумать, как Матвеев обнимал Самохину, сразу вязкость во рту появляется. Так бы и сплюнула, если бы от этого полегчало.
Разговор заканчиваем, в итоге, на доброй ноте. Даня обещает, что вечером напишет, а я киваю и дарю ему свою улыбку. Мы прощаемся, и серость местных улиц вновь захлестывает с головой. Хочется, чтобы поскорей пришла весна, чтобы грязь превратилась в желтый песок, а на земле вылезли цветы. В этом году зима даже снегом особо не радует, только морозец бьет и заставляет кутаться в капюшон и теплый шарф.
Когда прихожу домой, отмечаю как непривычно тихо. Отвыкла от такого безмолвного спокойствия. Крадусь на носочках к себе в коморку и замечаю краем глаза, спящего отца на диване. В руках у него газета, а глаза прикрыты. Видимо как читал, так и ушел в царство морфея.
Закрываю за собой в комнату дверь и стараюсь не шуметь. Папа явно устал за этот месяц, дорога его изматывает. Кажется, будто из каждой поездки он возвращается на десять лет старше. Все новые морщинки под глазами, все новые седые волосы на висках. Иногда я думаю, что однажды его жизнь пройдет мимо, словно и нет между нами родных ниточек.
На следующий день утром мачеха устраивает пир. По крайне мере, именно так тетя Люба считает, когда мы едим на завтрак булочки из пекарни возле ближайшего супермаркета. Когда она успеха сходить туда, не знаю, но вкушать теплый вишневый штрудель под горячий чай очень вкусно. Неплохое начало дня, так скажем откровенно. А такое бывает крайне редко, практически раз или два в год.
По пути в школу меня догоняет Разин. Его худощавые руки в длинном пальто смотрятся очень влиятельно, да и вообще не могу не отметить, что другу идет деловой стиль. Маманя его в нем души не чает, следит внимательно за одеждой, готовит сына к высшему обществу.
- Давай, - тянется к моему рюкзаку Игорь. Не успеваю и слова вымолвить, как он его снимает с моих плеч.
- Ты чего? Отдай! – Возмущаюсь я. Совсем не похоже это на Разина. После нового года сам не свой стал. Ведет себя иначе, как будто нахватался советов из книг по пикапу.
