– Да я слышал эту историю. Какие ты можешь сделать выводы?
– Монсеньер, я затрудняюсь ответить. Леди Смерть, если это живой человек, идет по лезвию бритвы. Ее сила в том, что она неизвестна. Это тайный противник, наносящий удары из-за угла. Но войну так выиграть невозможно. Едва граф нащупает подходы к этой организации, а рано или поздно это произойдет, он обрушится на нее со всей доступной мощью и раздавит. У нее только один выход – убить графа. Правда, я сомневаюсь, что это реально, его охрана поставлена гораздо лучше, чем у кого бы-то ни было. Да и даже если это ей удастся, что она выиграет, преемник графа будет преследовать ее также. Чтобы выиграть в этой игре она должна будет перебить все руководство провинции, а это не реально. Сместить же их со своих постов она не сможет. Террором можно расшатать власть, но взять нет. Едва леди Смерть выйдет из тени, как ее раздавят. Ее сила в ее эфемерности, но в этом же и ее слабость.
– Но если я тебя правильно понял, она фактически действует на нашей стороне, в интересах народа и государства.
– Получается, что так. Но методы! Она заставляет выполнять закон сугубо незаконными методами.
– Ты прав почти во всем, Ральф. Но как граф закрывал глаза на то, что было незаконно, но делалось в его пользу, так и мы закроем глаза на методы этой дамы. Мы поддержим леди Смерть. Тогда она сможет свалить графа, и мы снова обретем контроль над провинцией. Надо договориться с этой дамой или тем лицом, которое скрывается за этой маской. Конечно, все должно быть тайно и неофициально, но союзник, у которого в отличие от нас, развязаны руки, в борьбе с Берндотом, нам просто необходим. Ты должен выйти на нее и провести предварительные переговоры. – Лорд Раис криво усмехнулся. – Извини, Ральф, но я первый раз посылаю агента договариваться с потусторонними силами и просто не знаю, какими способностями он должен обладать. Не обижайся, я не сомневаюсь в твоих способностях, но на карту поставлено слишком многое. Мы должны привлечь эту леди Смерть на свою сторону! Твой доклад подтвердил, фактически мы стоим на пороге гражданской войны и развала королевства. Берндота надо убирать и как можно быстрее.
– Не беспокойтесь монсеньер, я найду ее.
– У тебя есть реальные зацепки?
– Думаю, да. У меня есть одно очень сильное подозрение. Мне кажется, что я даже знаю, кто она такая.
– И с ней можно будет договориться?
– Возможно даже легче, чем мы думаем.
– Но-но, мой мальчик, не задавайся. На карту поставлено слишком многое и у нас нет права на ошибку.
2 Успехи Шарлоты
Шарлота переживала дни сказочного блаженства. Жизнь улыбалась ей, и удача сопутствовала во всем. Она переселилась жить в губернаторский дворец, причем в лучшую его часть. Слуги, почувствовав железную хватку новой хозяйки, боготворили ее и выполняли приказы, чуть ли не быстрее, чем приказы самого графа. Купцы и чиновники искали ее милости. Она разобралась со всеми проблемами своего семейства. Развела отца и отправила мать доживать свой век в монастырь. Решила все территориальные споры своей родни, естественно в пользу увеличения собственного имения, и даже успела выдать Сорелу замуж. У Беты, тоже отбою не было от предложений руки и сердца. Вот что значит хорошее приданое и статус сестры первой дамы Байска.
Офицеры гарнизона пожирали ее влюбленными глазами, а придворные дамы льстиво улыбались при встречах и злобно шипели вслед. И то и другое только радовало Шарлоту. Она наслаждалась жизнь вовсю.
С Берндотом у нее все сложилось непростые, но в некотором смысле просто потрясающе отношения. Их фундамент был заложен на первом же их свидании после бала.
Едва в назначенное время Шарлота появилась в условленном месте, как закутанный в плащ неприметный человек попросил ее следовать за ним. Через боковую калитку они проникли во дворец. Какими-то, явно не парадными коридорами, провожатый быстро довел ее до комнаты, где ее ждал граф, и исчез.
Несколько мгновений они рассматривали друг друга, словно убеждаясь, что перед ним именно тот человек, которого он хочет видеть.
– Сеньора, я очень занятой человек и у меня нет времени на ерунду называемую ухаживанием. Вы мне понравились как женщина, и я предлагаю вам стать моей любовницей. При этом сразу предупреждаю, это ни к чему не обязывает. – Он смотрел ей прямо в глаза. – Если вас что-то не устраивает, уходите прямо сейчас.
Поняв его на строй, Шарлота не потупила глаза, как собиралась вначале, а смотрела так же нагло. Если он хотел ее смутить, то нарвался явно не на ту. Она принимает вызов. Это даже интересно.
– Меня все устраивает.
Она сказала это нарочито спокойно, хотя адреналин уже бурлил в крови, как перед схваткой.
Берндот, едва услышав о ее согласии, моментально отбросил даже видимость каких-то приличий. Звук ее голоса еще не стих, а он, подскочив к ней, одним мощным рывком разорвал ее платье от воротника до пояса. Он вел себя как хищник, которому нужна самка. Лота даже слегка опешила от такого натиска. Берндот буквально вытряхнул ее из тех лохмотьев, в которые превратил ее одежду и голую швырнул на пол. Дойти до кровати или дивана он посчитал излишним. Скинув халат, в котором встречал даму, он навалился на нее как на добычу. Никаких ласк, он не занимался любовью, он насиловал пришедшую к нему молодую женщину.
Возможно, с другой так оно и было бы, но здесь он нарвался на такую же хищницу. Шарлота растерялась лишь на миг. Ни каких слюнявых нежностей? Пожалуйста. Грубое необузданное соитие, напоминающее схватку? Да сколько угодно, мы сами давно хотим такого попробовать. Очень скоро уже было непонятно, кто кого насилует. Они, рыча, катались по полу, круша попадающуюся мебель, и не замечали этого. Радостное пьянящее чувство полной раскрепощённости захлестнуло Лоту. Достигнув кульминации, она визжала от восторга так, что странно, что у них не полопались перепонки в ушах. Наконец и Берндот, излив свое семя, в изнеможении откинулся в сторону.
Потные, поцарапанные, в синяках, как после хорошей драки, они обессилено лежали на полу и с немым изумлением взирали друг на друга.
– Однако.
Берндот встал, нашел глазам свой халат и надел его. Затем опустился в кресло и посмотрел на седевшую на полу Лоту.
– Да, сеньора, вынужден признать, вы меня удивили.
– А вы меня порадовали.
– Вот как, очень хорошо. А сейчас извините, у меня дела.
– Вы намекаете, что мне пора удалиться? – Она встала и осматривала комнату, где они находились.
– Я не намекаю. Прошу. Но просьбы мои, расценивайте как приказ.
