– Тебе не удастся убежать.
– Да я и не…
Я хотел ответить, что сбегать, по крайней мере пока, не собираюсь, гвардеец перебил меня ровным мощным выкриком:
– Жасда!
И повел посохом вокруг себя. Секунду ничего не происходило, потом сразу со всех сторон Сила как будто взбесилась. Казалось, кьегха отдал лишь малейший приказ, посох испустил всего одну капельку энергии, но пространство вокруг нас как будто сошло с ума. Получается, и такое возможно! Это ведь новый уровень! Астральники вырабатывают Силу из энергии, мастера келото получают ее из мира, открываясь ему, а кьегха, выходит, способны воздействовать на нее, даже не пропуская через энергетическое ядро? Но как именно они это делают?
Тут было о чем поразмышлять, но не в тот момент. Энергия преобразовалась в заклятие, и невероятно резко весь пятидесятиметровый провал залило ярко-красным пламенем. Почти тут же – бешено зашипело море: огонь добрался до воды. Со стороны залива к небу тянулась огромная молочно-белая простыня.
– Ты не сможешь сбежать! – перебивая треск пламени, кричит гвардеец. – Поздно!
Он направляет посох мне под ноги:
– Тарта!
Темный луч разбивает камень в метре от меня, и я лечу в огонь. Жара сразу становится нестерпимой, и почти в то же мгновение меня окутывает черное пламя.
Сразу выскочить не могу – наоборот, продолжаю проваливаться. На меня что-то сыплется – наверняка горячее, как недры вулкана, – и удерживать заклинание уже сложнее. Чтобы вырваться из плена, я несколько раз полосую черным огнем по сторонам, и только тогда получается продвинуться нанемного, но этого, к счастью, достаточно. Я делаю несколько быстрых шагов и что есть силы толкаюсь ногами. Всего через секунду чувствую, что враждебное ярко-красное пламя больше не давит.
Лечу до тех пор, пока воздух в силах держать меня, и приземляюсь на что-то твердое. Заклятие мгновенно слезает с туловища, ног, лица, оставаясь только на руках. Я разворачиваюсь навстречу огненному кругу, и в этот момент пламя раздвигается. Соскальзывая по красным языкам, словно по ледяной горке, кьегха ступает на твердую поверхность.
Создаю четверной шар, так хорошо сработавший против инара, но, едва коснувшись посоха, он перестает существовать.
– Фокусы не спасут тебя.
Кьегха делает короткий пасс – и у него из предплечья, протискиваясь сквозь рукав, вылезает с полдюжины рыжих огоньков. Спускаясь по руке, они тесно прижимаются к кулаку, и еще через секунду, зацепившись друг за друга и бешено крутясь, бросаются ко мне.
Скорость заклинания невелика: я успеваю выставить щит… и промахиваюсь. Заклятие облетает преграду снизу и вцепляется мне в горло, мгновенно превращаясь в острейший, неудержимый, сжимающий горло ошейник.
Заклинанием меня валит на землю и начинает бросать из стороны в сторону. Пытаюсь просунуть под ошейник руки, прожечь его заклятьем, даже создать под ним щит из черного огня, но никак не могу сосредоточиться на таком тонком участке, а давление тем временем только усиливется. Я уже почти ничего не вижу и не слышу, когда приходит мысль: «У меня же есть меч!» – тот, что я по ошибке подобрал на Черной Земле и уже несколько недель носил за спиной закутанным в старую тряпку.
Потянувшись, надрываю ткань, нащупываю рукоять. Едва прозрачное лезвие касается ошейника – он распадается на мелкие рыжие огоньки. Спустя секунду они пробуют атаковать снова, но уже я готов и всего на полмига раньше успеваю сотворить щит в форме шара, только теперь внутри оказываюсь заперт не я сам, а вражеское заклятие. Сделав внутреннюю стенку шара острой, я заставляю его резко сжаться – и тут же бросаю вперед. Теперь черный шар буквально разрывается от клокочущей в нем свободной Силы. Чтобы воспользоваться ею, остается лишь вовремя развеять собственное заклятие. Что я делаю, едва расстояние между гвардейцем и шаром сокращается до метра.
Я резко вскакиваю, надеясь подгадать момент, когда посох кьегха окажется занят. Потому что именно он остается неизвестной величиной. Чуть не задушившее меня заклинание, хоть и оказалось в итоге невероятно изящным и мощным, все же понятно мне. В тот раз, в отличие от тех, когда гвардеец использовал посох, Сила была взята из ядра. Выходит, только посох способен заставить наполняющую мир энергию плясать под свою дудку?
Как бы то ни было, отвлечь я пытаюсь именно его, и… ничего не выходит. Кьегха просто не обращает на атаку внимания. Черный шар высвобождает Силу всего в метре от груди смуглого, но энергия не брызжет в стороны, уничтожая все на своем пути, хоть и должна делать именно это. Вместо этого, едва освободившись, она рвется к гвардейцу и вся до последней капли исчезает в его нагрудном медальоне.
– Кетеза! – тут же кричит кьегха.
От посоха отделяется густая тень – чем-то похожая на те, что с легкостью создают накхи, но все же неуловимо отличающаяся. Очень скоро заклятие оказывается рядом со мной, я инстинктивно взмахиваю мечом. Нет уверенности, что тень сумеет разрубить тень, но все-таки это происходит. Заклинание распадается.
– Неплохая игрушка, – произносит гвардеец. Ничему не удивляющийся и ни о чем не беспокоящийся. – Пожалуй, она мне пригодится.
Он вдруг начинает озираться по сторонам.
– Кажется, я видел здесь кого-то… – замечает он непринужденно, а потом резко кричит: – Камиткхэ икиниий сахатве!
Это четвертый раз, когда я слышу эту фразу. И каждая из трех предыдущих крепко впечаталась в память – не столько словами, сколько ощущением вырвавшейся на свободу природной силы.
Новое чувство превосходит прежние многократно. Первые напоминали порывы ветра, сейчас же в мир врывается ураган. От настоящей бури его отличает лишь то, что он будоражит не воздух, а сознание.
Спустя несколько секунд со всех сторон к нам начинают выходить легионеры.
– Рабы справятся с тобой, – произносит кьегха.
Они выбираются из-за развалин, возникают из переулков, обходят стороной все еще пылающий огненный круг, появляются из пары ближайших зданий. Легионеров с хорошо знакомым решительным и непостижимо бесстрашным лицом набирается не меньше трех дюжин.
Неужто придется их всех убить? Может быть, таинственное заклятие и заставляет показывать людей абсолютно все, на что они способны, пусть даже только в теории, но в неуязвимых оно их не превращает.
Да и странное решение… Со мной легионерам не справиться, а вот гвардейцу обзор могут загородить. Удастся этим воспользоваться?
– Клигха’хртэт! – подняв посох над головой, провозглашает кьегха.
Опять до моего сознания доносится эхо непонятного заклинания. И это определенно что-то другое. На сей раз таинственная магия смуглых соединяется с невероятной природой посоха. Заклятие гвардейца накрывает разумы людей, а амулет касается каждого тоненькой нитью Силы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
