накрепко пригвоздившие не только тушу, но и её многочисленные отростки к асфальту.
- А теперь бежим! – завопил я не своим голосом и первым подал пример.
Десять метров. Много это или мало?
В нашем случае – целая жизнь.
В три гигантских прыжка я преодолел разделяющее нас расстояние и влетел в освещенную зону, едва не налетев на собственное копье.
Вскочил и хотел уже было издать радостный вопль, как вдруг откуда-то справа послышался истошный вопль Сюин:
- Нет! Нет! Не-е-ет!!!
Я обернулся и с трудом сдержал грубую площадную брань.
Мой спелл все же рутанул монстра не целиком. Пара тентаклей, до поры до времени скрывавшихся в стороне, вылетели и, точно два лассо, оплели Иоганна.
Как ни странно, его хваленая защита не помогла вообще.
Тварь точно и не заметила кокона, о который бесславно разбивались мои атаки, стекая бесформенными сгустками магической энергии.
Более того. Сам охотник не подавал признаков жизни.
Уж не знаю, что монстр сотворил с ним, но тот явно оказался к этому не готов.
Наверное, стоило обрадоваться. Наверное, нужно было просто отвернуться и продолжить путь. Судьба предоставила мне отличнейший шанс избавиться от опаснейшего противника.
Да, стоило так поступить.
Об этом я думал, летя под баффом в сторону тентаклевой твари, а рядом со мной мчалась Сюин.
Мы ударили, не сговариваясь.
Я рубанул хлыстом, до предела напитав его силой, и срубил щупальце, держащее обмякшего Иоганна.
Глаза азиатки полыхнули алым, и с кончика её меча сорвался луч, в магическом спектре поражающий своей мощью. Эта атака прошила тварь насквозь и срубила сразу две конечности, которые та тут же принялась восстанавливать, но главное было сделано.
Охотник устремился вниз, и, пока Сюин дралась со щупальцами, одно за другими освобождавшимися от костлявых рук мертвых, я, подпрыгнув, схватил его и, приземлившись, метнулся к остальным.
Сюин, спустя долю секунды, была рядом.
Тварь взревела, устремив в наш адрес все свои щупальца, но те, едва попав под неяркий свет фонарей, рассыпались жирным пеплом.
Монстр заорал ещё громче, отрастил себе новые ложноножки и принялся крушить ими окрестные дома. Наблюдать за бессильной яростью твари было, чего уж там, приятно. Впрочем, нас сейчас больше занимал охотник.
Тот побледнел и не подавал признаков жизни.
- Яд, - сообщила подскочившая к нам Ананда. – Отошли все!
Она вытряхнула на землю содержимое сумки и принялась лихорадочно перебирать пузырьки и колбочки. Наконец, остановилась на одной – пробирке, запечатанной воском, внутри которой плескалось нечто мутно-зелёное.
Хапнув многоразовый шприц, алхимик зубами сорвала колпачок и засадила иглу в пробирку, сразу набрав три куба, которые с филигранной точностью закатила в вену Иоганна.
Я отвернулся, чтобы посмотреть на беснующееся чудовище, а потому пропустил момент, когда Иоганн открыл глаза.
Он захрипел, изо рта артефактора полилась мерзко выглядящая пузыристая жижа, затем его вырвало. Маг откатился от дурно пахнущей жижи, кое-как уселся, отёр рот тыльной стороной ладони, после чего полез под рубашку и достал простой серебряный амулет на серебряной же цепочке.
После этого грязно выругался.
- Моя вина, не проверил заряд, - сокрушенно покачал он головой. – Подумать только, впервые за добрых полвека такая идиотская ошибка.
Он вздохнул и посмотрел на Ананду.
- Спасибо, Шутница.
- Благодари нашего экзекутора, ага, - кивнула та в мою сторону. – Он среагировал даже быстрее Сюин. Не успей Аластар зарядить по той твари несколько магических стрел, быть бы тебе переваренным вместе со всеми, значит, артефактами, ага.
Охотник перевел взгляд на меня - и во взоре его читалось непонимание вперемешку с удивлением.
Ну да, говоря начистоту, я повёл себя как последний дебил. Это ж надо было, засрать такую отличную возможность! Увы, некоторые не учатся на своих ошибках.
А он, полагаю, через пару часиков наградит меня за доброе дело. Ведь, как известно, ни одно из них не должно остаться безнаказанным, верно?
И, тем не менее, я не жалел о содеянном.
Да, спас врага, который не убил меня только потому, что дал слово нефигически сильному колдуну. Да, раскрыл свой единственный козырь, что может привести к печальным последствиям. Но… Но я просто не мог поступить иначе!
Все эти долгие дни вдали от семьи я день за днем чувствовал, как внутри умирает человек. Как ему на смену приходит чудовище, способное отнять чужую жизнь за пару монет или косой взгляд, а то и без причины.
И мне очень не нравился монстр, стучащийся в стенки сознания из глубин ада.
А насчёт смерти, ну, мы ещё поглядим, кто кого.
- Спасибо.
Иоганн решил разбавить затянувшуюся паузу.
- Не за что, обращайтесь.
- Надеюсь, больше не понадобится.
Он поднялся и отряхнулся, после чего взглянул на нечтошоггота.
- Ганья, ты встречала раньше таких чудовищ?
Ответом нам послужило молчание.
- Ганья? – с озабоченностью в голосе произнесла Ананда и повернулась. – Вашу мать!
Она сорвалась с места и понеслась к ржавой двери ангара, возле которого пристроилась наша спутница. Мы – повторили действие южанки.
К счастью, с бесовкой всё было в порядке. По крайней мере – физически. Ментально же она, кажется, получила серьезную травму.
Ганья сжалась в комочек и рыдала, обхватив колени ладонями. Она ни на секунду не прекращала плакать, повторяя одну и ту же фразу:
- Пусть он замолкнет. Пусть он замолкнет. Пусть он замолкнет. Пусть…
Неожиданно бесовка замерла и, распахнув глаза, устремила взор за ворота, туда, где продолжал бесноваться монстр. Хотя нет, тварь, поняв, что добыча ускользнула, развернулась и поползла прочь, не забывая лупить по стенам домов в бессильной ярости.
- Уходит… - прошептала она и зарыдала ещё громче и отчаяннее.
Мы стояли, не в силах понять, что происходит и как быть. Девушки же обступили Ганью и пытались привести ту в чувство.
Спустя пару минут их уговоры подействовали: бесовка кое-как вытерла глаза и виновато посмотрела на нас снизу вверх.
- Простите, - прошептала она. – Я не хотела… Но… Но…
Мы молчали.
- Он звал меня, - произнесла та, наконец. – Звал. И в голосе не было ничего, кроме непередаваемой муки.
Не нужно было обладать выдающимися способностями, чтобы понять о ком шла речь.
- Стало быть, он жив? – спросил я.
Ганья резко покачала головой.
- Не жив… Но и не мёртв…
Мы переглянулись, а я поставил мысленную зарубочку: ни при каких обстоятельствах не лезть в траву. Хрен знает что именно там сидит, но знакомиться с этим я
