Можно было бы податься к кахэ. Ларо Риэнхарн прикрыл бы меня. Но, прощаясь, я сняла свою метку с него, значит, найти его не удастся, а на границе Южной степи не станут разбираться, кто из «человеков» посмел сунуться на их территорию. Кахэ убивают людей без предупреждения.
Я встала и принялась мерить шагами кабинет, начерно простраивая план побега. Обугленные доски жалобно стонали под моим весом, и снизу тут же поднялся запах гари.
Еще можно в соседний Иншаар, там весьма ценят перебежчиков из Эрола, особенно работавших раньше в страже или служивших в армии. Говорят, там и платят гораздо больше. Каждый раз, когда дознавателям по той или иной причине урезали жалованье, в управе активно обсуждались способы сбежать в близлежащее королевство, а если учесть, что санкции к нам применялись возмутительно часто, то способы добраться до злосчастного Иншаара я знала едва ли не лучше, чем «Уложение о наказаниях».
Орков можно отмести сразу. Там можно нормально жить, только если ты мужского пола и превосходно владеешь оружием. Нет — черная работа или пятнадцатой женой к кому-то из местных. Такие перспективы меня не устраивают.
Итак, эльфы или Иншаар. В Иншааре все-таки живут люди, но до эльфов добраться можно быстрее, а использовать магию для перемещения в моем случае равносильно самоубийству. Сразу в пункт назначения перенестись не получится, моих сил не хватит. А вычислить траекторию длительной телепортации и поймать на том конце — проще простого… И все-таки какой вариант предпочтительнее?
Махнув рукой на логику, я вытащила из кошелька, висящего на поясе, монетку и подбросила вверх. Грифон — эльфы. Решка — люди. Серебряный кругляш полетел вверх, тускло поблескивая в солнечных лучах затертыми сотнями рук сторонами, на которых была написана моя судьба.
Поймать я его не успела: в дверь постучали, и я отвлеклась на звук. Монета упала на пол с тихим жалобным звоном.
Из груди вырвался горестный вздох. Ну что за бестактность — отрывать меня во время принятия судьбоносного решения? Стук ларо Стаута сложно спутать с чьим-то другим.
— Что вам нужно, ларо Даэн? — спросила я, открывая дверь.
Этот мой коллега меня не любил всей душой, хоть и неумело пытался скрыть от меня свое отношение.
— Нужно кое-что обсудить по поводу той информации, которую вы у меня не так давно запрашивали, ларэ Тьен, — откликнулся дознаватель немного хрипловатым голосом.
И где только простудиться успел при такой теплой погоде?..
Открыв дверь, я на секунду оторопела, взирая на своих посетителей. Голос ларо Стаута охрип не из-за болезни, а из-за волнения. Трудно оставаться спокойным, когда рядом с тобой находятся семеро представителей тайной канцелярии, не так ли?
Служащих этого «милого» заведения невозможно с кем-то перепутать: и не только по грязно-серым колетам, которые те, казалось, даже в собственной спальне не снимали, но и по неестественно идентичным выражениям глаз. На фоне тусклой одежды и зализанных волос казалось, что лиц у служащих канцелярии нет вообще, просто мутные пятна.
— Чем обязана, ларо? — спросила я, придерживая дверь. Ларо Раэн говорил, что за мной придут в ближайшее время, но чтобы настолько быстро…
— Хотели бы поговорить с вами, ларэ Тьен, — тоном, не предвещающим ничего хорошего, сообщил причину своего появления один из пришедших, мужчина лет сорока.
— Что ж, проходите, ларо, — решила тянуть до последнего я, не трогаясь с места. Сейчас главное — получить возможность закрыть дверь. Возможно, мне повезет, и среди них не окажется сильных магов.
Стаут излучал злорадство.
И куда меня хотят отправить? В какую-нибудь тюрьму на границе без права переписки, или сразу на дно реки, чтобы уж точно безо всяких осложнений?
— Думаю, удобнее будет побеседовать у нас, — последовал ответ.
Надеюсь, я не побледнела. Хотя есть отчего. Из резиденции тайной канцелярии его величества выходят редко, настолько редко, что счастливчиков, переживших подобные «беседы», можно по пальцам двух рук пересчитать. И половина из них не в своем уме.
— Меня в чем-то обвиняют? Будьте добры озвучить причины, почему я должна подчиняться вашим требованиям? — решительно спросила я, готовя заклятие телепортации. Куда угодно, только бы подальше.
— Вам не удастся использовать магию, ларэ Тьен, — сообщил мне старший из явившихся. — Так что лучше пойти с нами добровольно и не ухудшать своего положения.
Так бездарно дважды попасться на одну и ту же уловку. Все верно, слабые должны умереть, а я, как оказалось, слабая…
Закрыть дверь я уже не могла: один «серый» предусмотрительно выставил ногу. Я, несмотря на предупреждение, попыталась колдовать, но сила не ответила мне. Какую же дрянь они принесли с собой, если я отрезана от магии?
Но сдаваться просто так я не собиралась. Кинжал, жалкая игрушка, которую я носила на поясе только потому, что этого требовал устав, казалось, сам прыгнул мне в руку, и я со всей силы ударила им в плечо того, кто мешал закрыть дверь. Мужчина заорал от боли. На сером колете начала проступать темно-бордовым пятном кровь. Я толкнула дверь вперед. Чтобы через секунду оказаться на полу. Меня снесло назад силовой волной. Значит, они использовать заклинания могут?
От удара о доски вышибло воздух из легких, в голове зазвенело. Я попыталась подняться, но противники оказались быстрее и сильнее… А еще их было гораздо больше.
Не прошло и минуты, как мои руки были накрепко связаны, а сама я оказалась еще и замотана в чей-то темный плащ. Наверное, чтобы было непонятно, кого уводят. Или чтобы не дать мне позвать на помощь, хотя кто рискнет ради меня?
Да. Вот так все обычно и заканчивается…
— Ваше величество! Ваше приказание исполнено. Больше эта особа не доставит никаких проблем, — низко поклонившись, сообщил начальник канцелярии.
— Мы рады.
Примечания
1
Железная дева — орудие смертной казни в эпоху инквизиции, представляло собой шкаф в виде женщины. — Примеч. ред.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
