лестнице, я поняла, что проголодалась: с кухни доносились приятные запахи. Дойдя до кухни, я заметила, что стол для завтрака слишком велик для двух человек.
– Вам нужна помощь?
– Нет, милая, ты садись и начинай. Я сейчас приду.
Было очевидно, что дома никого нет. Я придвинула стул и села, положила в рот маленькую зеленую оливку.
– Выпей это. Я приготовила это для тебя.
Когда тетя Эсма поставила передо мной большой стакан молока, я подняла брови и посмотрела на нее. Я никогда не любила молоко, особенно за завтраком. Даже в детдомовские времена я отдавала свой стакан Сенем. Мне даже запах не нравился.
Я умоляюще посмотрела на тетю Эсму, она сказала:
– Не смотри так. Пей залпом. Кроме того, смотри, я сделала его с медом. Это очень полезно для горла.
Она так заботилась обо мне, что я не могла отказаться.
– Спасибо, – сказала я и сделала глоток. Вкус был неплохой.
Когда тетя Эсма снова подбодрила меня словами «Это пройдет», я улыбнулась и залпом допила оставшееся в стакане молоко.
Тетя Эсма улыбнулась, довольная тем, что я сразу все выпила.
– Доченька моя, умница.
Доченька моя… Услышав это из ее уст, я почувствовала нечто, что мне сложно было осознать, в то время как она продолжила есть свой завтрак как ни в чем не бывало. Доченька моя… Эти слова были настолько священными для меня, что я почувствовала себя странно, когда тетя Эсма произнесла их. Как будто та пропавшая, забытая часть меня вновь заболела, как будто рана глубоко внутри вновь напомнила о себе.
– Раз уж мы сегодня дома, давай сделаем что-нибудь вместе. Внизу есть мастерская, мы можем навести там порядок.
Пока тетя Эсма возбужденно говорила, я пыталась прогнать свои мысли. Сейчас не имело смысла грустить. Я только что узнала, что в доме есть мастерская. Никогда раньше не замечала нижнего этажа.
– Или нет. Ты болеешь. Это просто смешно. Я не хочу, чтобы ты разболелась еще больше. Мы вместе включим хороший фильм и посмотрим его.
Тетя Эсма говорила так быстро, так возбужденно, что мне очень не хотелось ее обидеть, но я забыла, что на сегодня у меня запланированы и другие дела. Например, школа танцев после обеда, а после нее – встреча с Бахар.
– Вообще-то, я думала пойти на уроки танцев, – нерешительно прошептала я, и тетя Эсма подняла брови и посмотрела мне в глаза.
– В таком состоянии? Ни за что.
– Я чувствую себя лучше, – возразила я, пытаясь убедить ее. Я знала, что если стану вот так бездельничать дома, то буду дольше оставаться больной. Даже в детском доме, когда я болела, то вставала и выходила в сад, чтобы бы не оставаться в комнате.
– Нет, ты болеешь.
Я не могла найти в себе силы справиться с упрямством тети Эсмы. Ее невозможно было переубедить, если она что-то решила. Поэтому мне пришлось забыть об уроках танцев. Оставалось только встретиться с Бахар. Я надеялась, что тут она не станет возражать.
– А могу я встретиться с подругой?
Подумав, что она снова возразит, я понизила голос. Оставив вилку на тарелке, она посмотрела на меня взглядом, который я пока не могла понять, то ли жестким, то ли сердитым.
– Мы так не договаривались, Ниса.
Я почувствовала себя очень неловко, когда она так сказала. Вот что бывает, когда ты не ходишь в школу.
– Мне не помешает немного погулять. Пожалуйста! – Когда я попыталась использовать свой последний шанс и настоять на своем, она глубоко вздохнула и кивнула. Слава богу!
– С кем ты встречаешься?
– С Бахар. Не знаю, знакомы ли вы с ней, Бахар Карадаг?
Пока я объясняла, о ком речь, по лицу тети Эсмы прокатилась волна грусти. Я сказала что-то не то?
– Я знаю Бахар. Она подруга Демира?
Когда я быстро кивнула, улыбка на ее лице почти угасла.
– Она очень милая девушка. Гюлькан давала ей уроки математики.
Молодец Ниса, большая молодец! Оказалось, что ты опять задела ее за живое. Желая спрятаться в кресло, в котором сидела, я опустила голову и начала ковырять вилкой еду в тарелке. Но тут тетя Эсма снова заговорила:
– Хорошо, ты можешь пойти. Я позвоню в танцевальный класс и скажу, что ты заболела.
Когда я подняла голову и посмотрела на ее лицо, то увидела, что тетя Эсма искренне улыбается мне, и я ответила ей тем же.
– Спасибо.
После завтрака мы вместе смотрели телевизор. Точнее, пока она давала комментарии по поводу людей в передачах, я просматривала ежедневные газеты и журналы, которые приносили домой. После этого я хотела помочь ей навести порядок в доме, но тетя Эсма упорно отказывала мне. Она не позволила мне убраться во всем доме, но я была рада, что хотя бы кухню она мне уступила.
Закончив работу на кухне, я отправилась в свою комнату. Когда я поднялась на этаж, взгляд остановился на комнате в другом конце коридора. Комната Гюлькан… Оказавшись в этом доме впервые, я обнаружила ее. Это было больно. Мне было грустно напоминать тете Эсме и дяде Девриму об их умершей дочери. Возможно, причина заключалась в том, что мы были так похожи с девушкой, которую я не знала, но втайне очень хотела встретить.
Отведя взгляд от комнаты Гюлькан, я пошла в свою. Когда я сняла резинку, которой перевязала волосы, и положила ее на прикроватную тумбочку, огонек телефона все еще мигал. Стоило посмотреть, что там. Открыла сообщения в Whatsapp трясущимися от волнения руками. Когда я увидела, от кого сообщение, то выдохнула. Сообщение прислала Гекче. Хотя сердце подскочило в груди, я не понимала, почему так расстроилась… Что это? Почему я надеялась, что сообщение от Демира? Чтобы отвлечься от мыслей о нем, я встряхнулась на месте и начала читать сообщение.
Гекче: Ниса, я схожу с ума! Ниса, я действительно схожу с ума! Эта твоя белокурая сестра сведет меня с ума! Я изо всех сил стараюсь не ударить ее!
Аллах, Аллах! Что происходит? Почему Гекче так сердится? Если бы я не подумала, что это сообщение от Демира, я бы так и не узнала, что возникли какие-то проблемы.
Ниса: Что происходит?
Я быстро водила пальцами по клавишам: печатала ответ Гекче и думала о том, что могла натворить Сенем. Мне было очень интересно, что происходит? Ответ Гекче не заставил себя ждать. Не успела положить телефон на тумбочку, как он снова завибрировал.
Гекче: У нас обеденный перерыв. Давай я позвоню
