-- Я? Справился?.. -- удивился парень. -- Я просто... На самом деле, я ужасно сглупил. В моем отряде было едва ли пятьдесят человек, и я не мог использовать пламя...
-- Почему? Огонь по-прежнему не дается тебе?
-- Нет... нет. Там этот человек, -- Острон бессильно поморщился. -- Который ранил меня. У него есть дар... который каким-то образом перекрывает мой. Сунгай не рассказывал тебе?.. В Тейшарке мы встретили и другое... существо. Не знаю, человек ли это был.
-- Да, он говорил мне, -- нахмурился дядя Мансур. -- Что Халик погиб от рук этого существа.
-- Все верно. И я молюсь всем богам, -- с горячностью сказал Острон, -- чтобы это существо было единственным. Иначе мы точно погибнем.
Попрощавшись с дядей, он отправился в дом, в котором, как ему сказали, сейчас должна была находиться Сафир; он действительно увидел ее, девушка стояла у окна, расчесывая свои длинные волосы, уже одетая в легкую холщовую рубашку и шаровары. Острон, войдя в холл, остановился.
-- Сафир, -- охрипшим голосом окликнул он ее. Она обернулась и посмотрела на него; ее лицо будто бы ничего не выражало. -- Я так скучал по тебе, Сафир.
-- Да? -- холодно отозвалась девушка. -- А Лейла сказала мне иначе.
-- Что же она тебе сказала? -- напрягся он.
-- Что, если не брать в расчет погоню, вы прекрасно проводили время, -- на лице Сафир наконец отразился гнев, -- особенно в храме Шарры!
Острон опешил; ему еще не приходило в голову, что Лейла запросто могла наврать.
-- Чего же прекрасного?.. -- удивился он. -- За нами гналась целая орда, только это и занимало мои мысли. И тревога за остальных. И за тебя тоже.
-- Ну-ну, -- Сафир надменно вскинула голову. Острон сделал шаг в ее сторону. -- Не подходи ко мне.
-- Почему?
-- Потому что... не подходи, и все! -- на ее лице отразилось какое-то непонятное чувство; потом она в сердцах швырнула гребень на столик и бросилась наверх по лестнице. Острон остался стоять, недоуменно глядя ей вслед. Какая-то часть его хотела побежать за девушкой, поймать ее, уговорить... а другая часть заставляла чувствовать себя уязвленным. Он еще до конца не мог понять, почему. Конечно, Сафир приревновала, решила, будто за это время они с Лейлой... к тому же, у нее были причины, и Лейла вечно так себя ведет, что...
Он мысленно перебирал события прошедших недель. Поражение в Тейшарке, ужас встречи с долгаром, отчаяние, умирающий Халик на камнях, мучительные дни погони, полуголодные, перепуганные люди бегут на север, к спасительной реке, а за ними гонится орда безумцев...
"Прекрасно проводили время".
-- Очень прекрасно, -- разъяренно повторил он вслух и пнул ногой стоявший рядом пуфик.
В казарме, в которой он очнулся, обнаружились знакомые люди; пока Острон отсутствовал, в холл на первом этаже пришли Басир с Анваром, а следом за ними тащился Ханса. Оба китаба выглядели так, будто и не было за плечами трех почти бессонных ночей, трудного пути и всего прочего. Марбуд обессиленно шлепнулся в подушки у низкого столика и закрыл глаза. Острон, все еще чувствуя злость, сел рядом с ним. Анвар и Басир оживленно обсуждали что-то; молодой китаб заглянул в чайник и, помахав рукой, отлучился с ним на кухню.
Тем временем со второго этажа как раз спустился Абу Кабил; увидев Анвара, он улыбнулся.
-- Мир тебе, -- радостно сообщил он. -- Ты и есть тот самый ученый китаб, который десять лет жил в храме Шарры?
-- И тебе привет, -- отозвался Анвар, опускаясь на пуфик. -- Все верно. Анвар мне имя.
-- Абу Кабил, -- представился кузнец. -- Каково же было десять лет жить в одиночестве в развалинах, а?
-- Интересно, -- был сдержанный ответ. -- Впрочем, я полагаю, теперь все станет куда интереснее. Еще ни разу за всю мою жизнь меня не преследовало столько людей, хотя, когда я двадцать лет назад отгадал загадку мудреца Эль Каруди, толпа за мной гналась преизрядная... ведь старик завещал все свое состояние тому, кто скажет, как звучит хлопок одной ладонью.
-- Ха, да это все знают, -- заявил Абу Кабил, сел на пуфик напротив. -- Этой загадке уже тысяча лет.
-- Ну и что бы ты ответил на это? -- Анвар улыбнулся в бороду.
-- Как что! Треснул бы старика по лбу!
-- Абу, но это не ответ на загадку, -- не понял Острон, переводивший взгляд с одного на другого.
-- Как раз ответ!
-- Да, но только надо было бы ударить открытой ладонью, чтобы получился звук, -- с благожелательностью сказал Анвар. Дверь на кухню открылась, и в холл вернулся Басир с подносом, на котором стояли чашки с кофе; оглянувшись, он вздохнул и ушел обратно -- еще за одной.
-- Не проблема, -- обрадовался Абу. Острон сдавленно откашлялся.
-- Только ты, Абу, -- заметил он, -- отправил бы беднягу на тот свет своим ответом. Рука у тебя тяжелая, я-то знаю.
-- А вот это уже проблема, -- не меняя тона, отозвался кузнец. Снова вернулся Басир, составил чашечки на стол. Ханса, не открывая глаз, поднял голову и взял одну.
-- Я тут подумал, господин Анвар, -- сказал молодой китаб, опускаясь прямо на пол, покрытый старым ковром, -- ведь ты так много знаешь. Ты расшифровал даже древний язык людей, живших в храме Шарры. Быть может, тебя заинтересуют книги, которые мне удалось вынести из библиотеки Тейшарка?
-- Что за книги? -- благодушно спросил тот.
-- Я сумел спасти очень мало их, -- вздохнул Басир. -- Только те, которые переписывал. Две переписанные, остальные -- старые, вот-вот развалятся... Некоторые из них написаны на странном языке, которого я не понимаю.
-- Но ты их переписывал? -- удивился толстяк. Однорукий кивнул.
-- Ну да. Я просто перерисовал значки, -- улыбнулся он. -- Но ты, наверное, сумеешь прочесть их. Если хочешь, я принесу их тебе: они хранятся дома у Ниаматуллы.
-- Конечно, принеси, -- согласился Анвар. -- А эти книги действительно очень старые?
-- Невероятно, -- ответил молодой китаб, -- господин Фавваз, библиотекарь, сказал мне, что и те, что у него хранились, много раз переписывали. Так что им, наверное, целая тысяча лет.
-- Это очень интересно. Меня интересуют всякие... древности, ты знаешь, -- Анвар улыбнулся. Абу Кабил смотрел на него вроде бы с любопытством; Острону зачем-то подумалось, что хотя эти два человека на вид такие разные, что-то есть в них... общего. Вроде бы первый -- ученый китаб, родом с гор Халла, интересуется больше всего на свете старыми вещами и историей, а второй -- кузнец, и сколь первый выглядит степенным и почтенным, столь же второй бесшабашно весел и смешлив, но...
Точно! До него дошло. Одна вещь делала Абу Кабила и Анвара похожими друг на друга: оба этих человека были очень образованными. Хотя каждый, возможно, в своей области знаний, но... да, и ведь Абу тоже интересовался древними временами. Должно быть, этим двоим есть о чем поговорить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
