Читаем без скачивания Память льда. Том 2 - Стивен Эриксон

А мы пойдём? Я настолько далеко не планировала.

Хватка кивнула.

– Позволите к вам присоединиться?

Нижние боги! Хватка глубоко вздохнула, затем ответила:

– Мы сейчас не самая весёлая компания, Владыка.

– Верно. Но вы – достойная компания.

Она удивлённо посмотрела ему в глаза. Аномандр Рейк поморщился и добавил:

– Я сожалею, что прибыл так поздно. И я не знал, что в цитадели были малазанские солдаты.

– Это без разницы, Владыка, – пробормотала Хватка и даже смогла пожать плечами. – Говорят, роты Дуджека тоже покромсали, хоть они и не были в цитадели.

Аномандр Рейк на миг отвёл глаза, взгляд его стал напряжённым.

– Печальное завершение союза.

Оставшиеся в живых «мостожоги» подошли ближе и молча слушали. Хватка вдруг осознала, что они здесь, что они слышали сказанное, догадались о несказанном.

– Что касается нас, – сказала она, – это был верный союз.

Нас. Тех, кто стоит сейчас перед тобой.

Наверное, он понял.

– Тогда я бы хотел ещё один раз пройти вместе со своими союзниками.

– Это честь для нас, сэр.

– К ставке командования к северу от города.

– Так точно.

Повелитель тисте анди вздохнул.

– Там лежит павший солдат, которому я хочу… отдать последнюю дань уважения…

Да. Самая печальная новость за этот треклятый день.

– Как и все мы, Владыка.

Аномандр Рейк зашагал рядом с Хваткой, а пятеро последних «мостожогов» последовали за ними.

Она подошла к нему, тоже посмотрела на фигуры, которые собирались на вершине холма вокруг.

– Знаешь, чего бы я хотела?

Остряк покачал головой.

– Нет, Скалла. Чего бы ты хотела?

– Чтобы Драсти был здесь.

– Да.

– Пусть хотя бы его тело. Ему место здесь, среди других павших. А не под неприметной горсткой камней Худ знает где.

Что же, Драсти, выходит, ты стал первой жертвой на этой войне? Наш лихой отряд стал первым в этом военном союзе?

– Помнишь мост? – спросила Скалла. – Разваленный, где Драсти ещё рыбачил с опоры. А мы видели Семя Луны, помнишь? На горизонте, на юге. Плыло себе на восток. А теперь – вот они мы, стоим в тени этой треклятой громадины.

Каладан Бруд и Дуджек подошли к Корлат, которая продолжала неподвижно стоять над тремя укрытыми телами. На два шага от них отстал Тайшренн, чародейская патина молодости полностью сошла с него.

В тёмном воздухе повисла такая неестественная тишина, что любой голос разносился очень далеко.

Дуджек прошёл мимо Корлат, опустился на колени перед тремя павшими малазанцами.

– Кто был здесь? – прохрипел он, потирая рукой лицо. – Кто видел, что произошло?

– Я, – ровным голосом ответила Корлат. – И Тайшренн. Когда появилась Серебряная Лиса, Каллор ударил сперва нас двоих, чтобы мы не смогли вовремя ответить. Думаю, он не ждал, что Скворец и два морпеха встанут у него на пути. Они его задержали настолько, что Тайшренн успел оправиться. Каллору пришлось бежать к своему новому господину – Увечному богу.

– Скворец скрестил мечи с Каллором? – Дуджек убрал плащ с тела Скворца, молча всмотрелся в лицо друга. – Сломанная нога – это из-за неё?..

Остряк увидел, как Корлат, стоявшая позади Дуджека, замялась, затем сказала:

– Нет, Первый Кулак. Она сломалась уже после смертельного удара.

Долгое время спустя Дуджек покачал головой.

– Мы ему говорили, что нужно исцелить её как следует. «Потом» говорил он. Всегда «потом». Ты уверена, Корлат? Что нога сломалась после?

– Да, Первый Кулак.

Дуджек нахмурился, не сводя глаз с мёртвых солдат.

– Скворец был великолепным фехтовальщиком… тренировался с Дассемом Ультором, и даже самому Дассему приходилось долго стараться, чтобы пробиться через его защиту. – Малазанец вновь покосился через плечо на Корлат, затем на Тайшренна. – И если с флангов его прикрывали два морпеха… как долго ты приходил в себя, Высший маг?

Тайшренн поморщился, бросил взгляд на Корлат, затем сказал:

– Лишь несколько мгновений, Дуджек. На несколько мгновений… опоздал.

– Первый Кулак, – сказала Корлат, – Каллор владеет мечом… он – могучий воин.

Остряк заметил, как Дуджек нахмурился ещё сильнее.

Скалла прошептала себе под нос:

– Не вяжется это всё. По всему выходит, что сперва нога сломалась.

Остряк схватил её за руку, затем покачал головой.

Нет, у Корлат наверняка есть причины для такого… обмана.

Скалла насупилась, но промолчала.

С тяжёлым вздохом Дуджек поднялся.

– Я потерял друга, – сказал он.

По какой-то причине неприкрытая простота этих слов поразила Остряка в самое сердце. Он ощутил ответный укол боли и горя.

Драсти… мой друг.

Итковиан…

Остряк отвернулся и быстро заморгал.

Прибыл Аномандр Рейк, ворониха Карга, громко хлопая крыльями, убралась у него с дороги. Рядом с Сыном Тьмы была Хватка. Остряк увидел позади неё других «мостожогов»: Дымку, Молотка, Мураша, Штыря, Перла. Доспехи разорваны в клочья, покрыты запекшейся кровью, в глазах не осталось ничего живого.

На склонах холма собрались выжившие солдаты Войска Однорукого. Остряк прикинул, что их меньше тысячи. За малазанцами – баргасты и рхиви, тисте анди и остальные солдаты армии Бруда. Стояли молча, отдавая почести павшим.

Целитель, Молоток, сразу направился туда, где лежало тело Скворца.

Остряк видел, как малазанец осматривает раны, видел, как в глазах целителя рождается понимание. Коренастый солдат пошатнулся, отступил на шаг, обхватил себя руками, будто рассыпался на части где-то внутри. Дуджек оказался рядом как раз вовремя, чтобы подхватить его, усадить на землю.

Есть раны, которые никогда не исцелятся, и этот человек только что получил именно такую рану. Если бы только Дуджек оставил тело Скворца под плащом…

Аномандр Рейк стоял рядом с Корлат. Долгое время он молчал, затем отвернулся.

– Корлат, как ты ответишь на это?

Тисте анди ответила ровным тоном:

– Орфантал готовится, Владыка. Мы с братом отыщем Каллора.

Рейк кивнул.

– Когда найдёте, не убивайте его. Он заслужил Драгнипур.

– Будет исполнено, Владыка.

Затем Сын Тьмы обратился к остальным.

– Первый Кулак Дуджек. Высший маг Тайшренн. Лунное Семя умирает, посему мой народ покидает его. Семя будет отправлено на восток – в океан, сила внутри Луны слабеет, и скоро она опустится под воду. Я прошу, чтобы этих трёх павших малазанцев – убитых предателем, которого привели сюда мы с Каладаном Брудом – этих трёх малазанцев похоронили в Лунном Семени. Полагаю, это будет достойный саркофаг.

Все молчали. Рейк взглянул на Хватку.

– И я прошу, чтобы все мёртвые «мостожоги» также были похоронены там.

– А там хватит места всем павшим? – спросила Хватка.

– Увы, нет. Большинство чертогов внутри затоплены.

Хватка глубоко вздохнула, затем взглянула на Дуджека.

Первый Кулак, казалось, не мог решиться.

– Кто-нибудь видел капитана Парана?

Никто не ответил.

– Ладно. Что касается захоронения павших «мостожогов», решение принимать тебе, лейтенант Хватка.

– Им всегда было любопытно, что там внутри Лунного Семени, – сказала та, криво ухмыльнувшись. – Думаю, им бы это понравилось.

К обозу, беспорядочно раскинувшемуся в парковом лесу к северу от поля боя, медленно стягивались семьсот двадцать два Моттских ополченца, каждый тащил джутовый мешок, набитый добычей из города.

К стволу дерева прислонилась массивная столешница, так, что виден был рисунок на днище. Ножки давно отломились, но так её было легче перевозить.

Прежде, чем кто-либо заметил, изображение какое-то время уже светилось – а вот теперь внушительная толпа собралась рядом и пялилась на чудо. Наконец Путь внутри рисунка открылся, наружу ступил Паран, а за ним – Быстрый Бен и невысокая, мускулистая женщина с чёрными волосами.

Все трое были покрыты изморозью, которая начала таять, как только портал закрылся у них за спинами.

Один из Моттских ополченцев выступил вперёд.

– Здрасте. Я – главмаршал Джиб Валун, и кой-чего не могу уразуметь.

Паран, который всё ещё дрожал от беспощадного холода Омтоз Феллака, некоторое время смотрел на ополченца, затем пожал плечами.

– И чего же, главмаршал?

Джиб Валун почесал в затылке.

– Ну, это ведь стол, а не дверь…

Чуть позже, когда Паран и Быстрый Бен шагали в сумерках к полю боя, чародей тихо рассмеялся. Капитан покосился на него.

– Что?

– Лесной юморок, Паран. Случается, когда говоришь с самыми страшными магами, каких мы только встречали.

– Магами?

– Ну, может, это и не лучшее слово. Скорее, с колдунами. Болотными колдунами. Такими, с древесной корой в волосах. Если уйдут в лес, ты их ни за что не найдёшь, разве только сами решат показаться. Эти братья Валуны – худшие из всей этой компании, хотя говорят, у них есть единственная сестра, с которой мы тоже совсем не хотим встречаться – никогда.