По щекам Райвина побежали слезы, ярко блестевшие в бледном свете Нотос.
— Милорд, ты прав, — пробормотал он. — Не знаю, что на меня нашло. Я уж… ужр… узрел в соломе кувшин, и меня словно обожгло вше… вшеп… всепоглощающее пламя. Прямо-таки опалило. Я должен был его выпить или умереть.
Даже в таком состоянии он изъяснялся в южном изысканном стиле.
— Это самый замысловатый способ признать себя никчемным пьяницей, — сказал с отвращением Джерин.
Силэтр положила руку ему на плечо. Она все еще довольно редко прибегала к этому жесту, зато он был очень действенным. То есть сразу же заставлял Джерина обернуться.
— Подожди, — сказала она. — Возможно, в его словах больше правды, чем ты расслышал. Быть может, Маврикс и впрямь разжег в нем жажду. Чтобы ему было легче проникнуть в северные края.
— Это вполне вероятно, милорд, — охотно согласился Райвин. — Хотя владыка сладкого винограда и лишил меня способности к колдовству, прочие мои достоинства остались при мне.
— Хотя ты и пытаешься утопить их в эле, а теперь вот — в вине, — огрызнулся Джерин, все еще негодуя.
— Да, но у меня ничего не выходит, — произнес со всей серьезностью пьяный Райвин. — Однако дело обстоит именно так, как предположила прекрасная дама. Маврикс решил найти доступ к твоему поместью, а я стал лишь инш… иншт… инструментом в его руках.
Он победно улыбнулся, сумев наконец выговорить трудное слово.
— Хорошо, возможно, это так, — неохотно согласился Джерин. — Что же мне теперь, благодарить тебя за это, что ли? Великий Даяус на небесах, я до сих пор пытаюсь понять, сумеем ли мы с этим справиться. Как я уже говорил, да ты и сам знаешь, этот бог меня совсем не любит. Как и тебя.
Райвин повесил голову.
— Это правда.
— У бога свои цели, а у нас — свои, — вмешалась Силэтр. — Как бы там ни было, своих он достигнет. Чего нельзя сказать о нас, к сожалению. Значит, нам нужно попытаться сообразить, где наши цели пересекаются, а потом попробовать уговорить его нам помочь.
Джерин взглянул на нее с благодарностью.
— Если вдуматься, это не так невозможно, как кажется, — произнес медленно он.
Но где-то в глубине сознания что-то говорило ему, что бог вина смеется над ним, и ох как смеется.
XII
На следующее утро за завтраком Джерин, потирая красные глаза и зевая, поведал о случившемся тем, кому повезло не ощутить ночного прихода Маврикса. Рядом с ним сидела Силэтр, тоже зевая. Он был рад, что она здесь, так как сомневался, что Араджис или Вэн, не говоря уже об остальных, поверят ему без ее подтверждений. Но, с другой стороны, он беспокоился, потому что она снова говорила как Сивилла из Айкоса, а не как женщина, и ошеломленно покачивал головой. Лишившись Элис из-за лошадиного лекаря, неужто он лишится Силэтр из-за бога?
Араджис вывел его из задумчивости. Великий князь, быть может, и не заглядывал далеко вперед, но все, что касалось настоящего, не ускользало от его пристального внимания.
— Хорошо, милорд, дух Маврикса здесь, среди нас, нравится нам это или нет, — сказал он. Что мы можем сделать? Можем ли мы использовать это с выгодой для нас?
— Я… — Джерин взглянул на Силэтр, — то есть мы думаем, что нашли такой способ.
Одна из причин красноты его глаз заключалась в том, что они с Силэтр провели остаток ночи, обсуждая навалившуюся проблему. Он вздохнул. Ему не нравилось заключение, к которому они пришли.
— Мы собираемся… вызвать этого бога в наш мир, чтобы с ним поторговаться.
— Ты обезумел, Лис? — не сдержался Вэн. — Маврикс тебя ненавидит. Если ты его… как это?.. воплотишь, он попросту тебя раздавит.
— Это как раз то, о чем ты говорил мне в походе? — уточнил Араджис. — Если хочешь знать мое мнение, это отчаянный шаг.
Однако он даже не попытался отговорить своего союзника от этого шага. Зачем? На него лично Маврикс зла не держал. А если ситонийский бог вина действительно уничтожит Лиса каким-нибудь интересным, изобретательным и мучительным способом, никто лучше не сумеет воспользоваться создавшимся положением, чем великий князь.
Джерин попытался ответить сразу обоим:
— Маврикс придет на мои земли, хотим мы этого или нет. Если мы станем противиться ему, он прогневается еще сильнее. Если же мы поможем ему явиться сюда, то угодим ему, и он, возможно, захочет помочь нам. Если нет, то все равно, быть может, нам удастся как-нибудь его сдерживать.
Он снова взглянул на Силэтр.
Она кивнула. И голосом, поначалу нерешительным, произнесла:
— Пока лорд Джерин будет вызывать Маврикса, я… я попытаюсь вызвать Байтона, моего бывшего владыку и… суженого.
Несмотря на царивший в зале полумрак, было видно, как зарумянились ее щеки. Но она храбро продолжила:
— Байтон-прозорливец — бог порядка, предусмотрительности и всего того, что находится в полной противоположности с принципами Маврикса. К тому же Байтон уже давно утвердился на северных территориях, очень давно. Его сила корнями уходит в эту землю, чего нельзя сказать о Мавриксе. Возможно, он сумеет убедить владыку сладкого винограда отказаться от тех излишеств, что сопровождают его ритуалы.
— Но, дорогуша, — сказал Вэн мягко, — после того что случилось в Айкосе, ты думаешь, бог-провидец откликнется на твой призыв?
Силэтр закусила губу. Она еще раньше задавала себе тот же вопрос. Как раз тогда, когда слабый утренний свет только-только забрезжил на восточной стороне горизонта.
— Я не знаю, — ответила она. — Единственный способ это выяснить — попытаться.
— А что, если Байтон не явится? — спросил Араджис. — Что тогда?
— Тогда мы останемся с Мавриксом… один на один, — ответил Джерин, подыскивая нужные слова. — И окажемся не в худшем положении, чем если бы вообще не стали взывать к Прозорливцу.
«Но и не в лучшем», — ехидно заметил его внутренний голос, но он предпочел не слушать свою мрачную половину.
Араджис выставил вперед подбородок.
— Я настаиваю, чтобы ты не пытался призывать в этот мир богов, пока не выполнишь свою часть соглашения. Если они тебя сокрушат, то я тоже от этого пострадаю.
— Но если мы сможем убедить их поступить так, как нам надо, то избавим наш край от чудовищ без всякой борьбы, — возразил Джерин. — Ты не подумал об этом, великий князь? Не просто загнать этих тварей обратно в лес, чтобы они поменьше тебе досаждали, а действительно избавиться от них раз и навсегда. Сами мы на это неспособны, мы всего лишь простые смертные, но богам это по силам. Если они захотят. Да, это риск. Но если все пойдет по плану…
— Кроме того, по милости Райвина, дух Маврикса все равно уже гуляет по северу, не забывайте, — сказал Вэн. — Он может подложить нам свинью в любой момент. Иногда лучший способ удержать кого-то от нападения, это напасть первым.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
