Хартия из шести пунктов, содержавших требование всеобщего избирательного права, все еще не была претворена в жизнь, и борьба за нее, несколько видоизменившись, продолжалась. Всеобщее избирательное право в Англии, где пролетариат составлял большинство населения, угрожало политическому господству правящих классов и встречало их бешеное сопротивление.
Маркс и Энгельс никогда не были одиноки: куда бы ни забросили их обстоятельства борьбы, всегда вокруг этих двух богатырей мысли группировались революционно настроенные поэты, ученые, рабочие — немцы и бельгийцы, французы и англичане, русские и американцы. Они умели дружить с самыми различными людьми труда, щедро делились с ними своими знаниями, открытиями, а зачастую и средствами, они обладали способностью наэлектризовывать людей могучей волей к борьбе, вот почему рядом с ними вырастали все новые и новые выдающиеся революционеры.
Таким был Эрнест Джонс, известный английский поэт, один из вожаков чартизма, член Союза коммунистов.
Эрнест родился в 1819 году в Берлине. Отец Джонса принадлежал к весьма знатному английскому роду и в 1838 году переехал из своего гольштейнского поместья в Германии, где жила до этого вся его семья, в Лондон. Вначале Эрнест мало интересовался политикой, он писал пьесы, поэмы, сочинял оперные либретто. Знакомство с чартистами, а затем с Энгельсом и Марксом привело его в ряды революционеров. Англия того времени была единственной страной, где классовая борьба разгорелась в большое пламя. Рабочий класс на острове раньше других пошел войной на буржуазию, выступив как огромная самостоятельная сила. Именно поэтому Англия дала миру чартизм, отличавшийся ярко выраженным классовым пролетарским характером движения. Маркс и Энгельс считали чартистов наиболее близкими коммунистам воителями. Энгельс говорил, что в движении за хартию против буржуазии участвует весь рабочий класс, нападая прежде всего на политическую власть угнетателей, на ту стену законов, которой они себя окружили. Маркс и Энгельс считали, что завоевание всеобщего избирательного права в тогдашних условиях означало бы, по существу, господство английского пролетариата.
Первая встреча Эрнеста Джонса с Марксом состоялась в ноябре 1847 года в Лондоне, на втором конгрессе Союза коммунистов, где обсуждалась политическая программа Союза, ставшая основой «Коммунистического манифеста». Знакомство с Энгельсом произошло несколько раньше.
В конце 1847 и в начале 1848 года по всей Англии грозой прошли забастовки и митинги. Джоне неутомимо выступал на чартистских собраниях в разных уголках Англии и требовал в своих речах, чтобы правительство приняло Народную хартию. Когда во Франции началась февральская революция, он направился в Париж делегатом от «Братских демократов» и там вторично встретился с Марксом На трибуне митинга немецких революционеров-изгнанников Джонс и Маркс находились рядом.
После поражения чартистов в апреле 1848 года неистовый Джонс бросил вызов правительству, призывая силой оружия заставить парламент провозгласить хартию законом страны.
Джонс был арестован в Манчестере по обвинению в мятеже и препровожден в лондонскую тюрьму, где просидел два года в убийственных условиях. Джонс уцелел в английском застенке только благодаря могучему здоровью
Гордый, вдохновенный Джонс с презрением отверг все предложения о сговоре, проявил огромную стойкость. Бескорыстное служение делу рабочего класса — вот что отличало всех, кто шел за Марксом и Энгельсом, кто думал о будущем человечества, не щадя себя. Он сочинял стихи и записывал их на полях тюремной библии, а когда ему не давали чернил, вскрывал себе вену и писал кровью. «Никогда я не испытывал желания отступить и сдаться, никогда не приходила мне в голову эта трусливая мысль; и до тех пор, пока в моей груди бьется сердце, гордость меня не покинет», — писал Джонс в одном из своих тюремных стихотворений
В 1850 году Джонс был освобожден из тюрьмы и сразу же встретился с Марксом и Энгельсом. Он принимал самое деятельное участие в издании революционных печатных органов- чартистской партии, первым в Англии опубликовал в чартистском еженедельнике «Ред рипабликен» английский перевод «Коммунистического манифеста», указав при этом открыто имена авторов
В газете Джонса «Письма к народу» печатались статьи Маркса, Энгельса, Эккариуса, Фрейлиграта. Когда в 1851 году И, Вейдемейер по поручению Маркса начал подготовку к изданию в Америке печатного органа немецких коммунистов-эмигрантов, Маркс писал ему: «Я буду посылать тебе отсюда «Письма к народу» нашего друга Эрнеста Джонса, наиболее влиятельного вождя английской партии. Они будут для тебя настоящим кладом»…
Джонс напечатал в чартистской газете «Прощальное слово» «Новой Рейнской газеты» на английском языке, а также статью Маркса «Июнь» — один из разделов его книги «Классовая борьба во Франции».
Необыкновенные дарования Джонса, его ум высоко оценили рабочие. Народ поверил ему и оценил его. Джонс готов был дать отпор любой атаке заступников старой Англии.
Всегда жизнерадостный, исключительно выносливый, Джонс мог говорить с трибуны много часов подряд при невероятной жаре или под рев бури. Он умел, как никто, ладить с людьми, нравиться с первого взгляда, щедро делился всем, что имел, будь то материальные или духовные ценности. В то время как Гарни приступил к изданию «Звезды свободы» О'Коннора, Эрнест Джонс, преодолев многочисленные препятствия, создал «Народную газету». Первый номер ее вышел в мае 1852 года. Маркс стал деятельным сотрудником этого органа и помогал Джонсу не только в общем редактировании, но и по отделу сообщений из-за границы. Газета полюбилась народу, число подписчиков ее возрастало.
«Дорогой Энгельс! — писал Маркс 8 сентября 1852 года. — Твое письмо попало сегодня в весьма возбужденную атмосферу.
Жена моя больна, Женнихен больна, у Ленхен нечто вроде нервной горячки. Врача не могу и не мог позвать, не имею денег на лекарства. В течение 8— 10 дней моя семья кормилась хлебом и картофелем, и сегодня еще сомнительно, смогу ли я достать и это. Разумеется, при теперешних климатических условиях эта диета не была полезна.
Статью для Дана я не написал, так как не имел ни одного пенни на чтение газет…»
Карл откинулся на спинку стула. Он испытывал гнетущую усталость. Несколько папирос, выкуренных одна за другой, успокоили его. Карл думал о неудачах, преследовавших его в последнее время. Вейдемейер не выслал ему всего гонорара. В Германии, напуганный расправами с коммунистами, издатель Брокгауз в очень вежливом письме отверг статью Маркса. Тщетно пытался он с помощью знакомого англичанина добиться учета векселей на имя нью- йоркского издателя Дана. Круг бедствий замыкался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
