Глядя в возбужденные глаза мальчика, Эрик задумчиво кивнул. Он еще слишком мал для юнги. На вид этому высокому мальчику с умными глазами можно было дать четырнадцать лет. Эрик знал, что ему только десять. Когда однажды поздно вечером мальчуган пробрался к нему в каюту, умоляя дать хоть какую-нибудь работу на корабле, капитан не смог отказать ему. Впрочем, он еще ни разу не пожалел об этом. Стараясь оправдать доверие обожаемого капитана, мальчик усердно трудился с рассвета до заката, а потом засыпал спокойным, безмятежным сном невинного ребенка.
Ласково глядя в светло-карие глаза мальчика, Эрик широко улыбнулся и похлопал его по плечу:
— Что ж, все это очень похвально, но, думаю, пора найти тебе занятие получше, чем просто смотреть в море. Ну-ка, отправляйся на мостик к мистеру Шеду и смени его у штурвала.
Глаза мальчика потемнели от восторга.
— Есть, сэр! — Он чуть не подпрыгнул от радости, но, спохватившись, принял серьезный вид. — Отправлюсь туда немедленно, сэр!
— Да-да И не спускай глаз с горизонта. Шторм порой приближается неожиданно. И все мы зависим от того, удержишь ли ты правильный курс.
— О да, сэр, постараюсь! Я знаю, на что мне следует ориентироваться, вы ведь меня научили.
— Что ж, тогда вперед! — Эрик снова улыбнулся, глядя, как счастливый мальчуган бросился к трапу, ведущему на мостик. — Да, кстати… — услышав Эрика, мальчик обернулся. — Ты, случайно, не знаешь, где мама?
Майлз Кросс указал на высокую мачту.
— Мама сегодня тоже работает! — Рассмеявшись, он взбежал на мостик.
Щурясь от яркого света, Эрик посмотрел наверх и на мачте увидел Кэтлин. Ветер разметал ее длинные волосы; косичка расплелась, и локоны ярким каштановым водопадом упали на плечи. Она вела наблюдение с мачты и, чтобы приспособиться к качке, широко расставила ноги. Эрик покачал головой. Находиться так высоко небезопасно, однако он знал, что запретить ей этого не может. Вздохнув, он с восхищением смотрел на стройный силуэт Кэтлин, озаренный лучами солнца. Она пристально вглядывалась в горизонт, но, почувствовав на себе взгляд Эрика, обвела глазами палубу. Даже с этой головокружительной высоты она отличала капитана от других членов команды. Кэтлин махнула ему рукой, делая вид, будто не понимает, что он жестами просит ее спуститься.
Потом Кэтлин увидела Майлза. Гордо подняв голову, он стоял у штурвала. Они были очень похожи друг на друга — отец и сын. Сердце Кэтлин забилось от радости. Снова взглянув на мужа, она увидела, что он машет ей рукой, указывая на сверток, прижатый к груди. И Кэтлин поняла, что придется спуститься. С привычной легкостью ухватившись за поручни, она повисла на руках и сунула ноги в узкое отверстие. Высокая мачта качалась, но Кэтлин через минуту уже спрыгнула на палубу прямо перед мужем.
— Капитан, вы хотели со мной поговорить? — улыбнулась она.
— О да, дорогая моя, хотел. Сказать по правде, хотя у вас прелестный вид, сегодня вы нужны мне как мама, а не как член команды.
Усмехнувшись, Кэтлин взяла у Эрика драгоценную ношу. Отдавая дочурку, Эрик нежно поцеловал жену. Он улыбнулся, когда маленькая девочка обвила руками шею матери.
— Итак, сэр, что сделал этот маленький ангел, если вы не можете с ним справиться?
— По милости вашей дочери, мэм, мой кок вынужден печь домашние булочки. Бейли, видимо, совсем забыл об обеде, и боюсь, что еще до ночи мои матросы поднимут мятеж.
— Вашей дочери, капитан, едва исполнилось восемнадцать месяцев, и ее словарный запас слишком скуден, чтобы она могла в чем-то убедить кока, — рассмеялась Кэтлин.
Юная леди со светло-рыжими волосами и изумрудными глазами матери явно наслаждалась болтовней родителей. Она радостно рассмеялась, когда Эрик сильной рукой обнял ее и Кэтлин.
— Ты недооцениваешь малютку Глинис, дорогая. Стоило ей взглянуть на кока своими зелеными глазами да произнести свое буль-буль-ка — и мой сердитый повар растаял. Он что-то насвистывает себе под нос, готовя угощение для юной леди.
Кэтлин заглянула в теплые карие глаза Эрика:
— Ну что мне сказать в ее оправдание? Она ведь унаследовала обаяние своего отца…
— И талант матери командовать другими…
— По-моему, сэр, вы меня просто дразните.
— Это мое любимое занятие в свободное время: ведь твои глаза при этом загораются и сияют восхитительным огнем. К такому волшебному зрелищу я до сих пор неравнодушен… — Он поцеловал жену.
— Осторожно, капитан! — Кэтлин задохнулась, когда к ней прикоснулись его губы. — Вы меня искушаете — хотите, чтобы я отвлекла вас от ваших обязанностей и заставила выполнить то, что обещали мне сейчас ваши губы?
— Что ж, по-моему, это неплохая мысль. Мистер Майлз сейчас у штурвала, под бдительным оком Шеда. На палубе, кажется, все в порядке. — Эрик огляделся. — Поэтому мне удастся незаметно исчезнуть. Но что же делать с леди Глинис?
Нежно поцеловав в щеку дочурку, Кэтлин улыбнулась:
— Думаю, надо попросить няню уложить малютку.
— Тогда придется найти миссис Вилмот.
Как по мановению волшебной палочки к ним тут же подошла женщина с ангельски-добрым лицом.
— Так вот ты где, моя маленькая леди. Простите меня, мадам, но крошке Глинис пора немного поспать.
Эрик рассмеялся:
— Вы как раз вовремя, миссис Вилмот…
Забирая рыжеволосую малышку у Кэтлин, Эрик с отцовской гордостью посмотрел на дочь. Он несколько мгновений держал ее на весу, наслаждаясь естественной радостью и гордостью отца за этого ребенка. Как и Майлз, покладистая Глинис была настоящей отрадой для родителей, ждавших ее появления на свет целых восемь лет. Кэтлин никак не удавалось забеременеть третий раз, хотя они мечтали о дочке. И когда малышка наконец родилась, в «Белых дубах» был настоящий праздник. Глинис баловали и ласкали все, включая и юного Майлза, который, как и другие обитатели поместья, обожал свою младшую сестренку.
Эрик поцеловал дочурку, и лицо маленькой Глинис озарила лучезарная улыбка. Она радостно воскликнула:
— Папа, папа!
Однако капитан уже передал ее няне, и та понесла девочку в каюту, расположенную рядом с капитанской.
И снова Эрик заключил Кэтлин в объятия и крепко прижал к себе. Счастливая, она обхватила его за шею. В глазах Эрика заиграла улыбка.
— И что же мне с тобой делать, Кэтлин?
— По-моему, мы уже договорились обо всем, сэр… Смеясь, Эрик поцеловал жену.
— Да я не об этом, любовь моя. Я говорил о том, что ты ведешь себя как самый простой матрос. Ну сама посуди, что подумают в Лондоне, когда мы прибудем в порт, а невестка герцога сойдет с корабля, одетая как африканский пират?
— Обещаю, ваша светлость, — усмехнулась Кэтлин, — что ни вам, ни герцогу стыдиться за меня не придется. Когда мы высадимся в Лондоне, я сделаю все, чтобы выглядеть так, как подобает жене законного наследника герцога. Мы ведь уже гостили у твоих родителей, и ты, надеюсь, помнишь, что я не подвела тебя.
