Эриенн наблюдала за тем, как лорд Тэлбот борется, чтобы совладать с напрягшимися мышцами лица. Он явно был вне себя, однако хозяин не оставил ему выбора. С поджатыми губами он нехотя протянул книгу.
— Я приму во внимание, что были израсходованы средства на охрану моих земель, — заявил лорд Сэкстон, положив книгу на край стола. — И если у меня появятся какие-то вопросы, то в первую очередь я обращусь к вам. А пока что я пошлю своего человека забрать документы…
— Я… они потерялись. — Лицо лорда Тэлбота покраснело, пока он подыскивал объяснение. — Прошло столько времени, и я вряд ли могу припомнить, где они.
— Я терпелив, — заверил его лорд Сэкстон почти любезно, несмотря на резкость своего голоса. — Вам достаточно на поиски двух недель?
Тэлбот замешкался с ответом:
— Я… не уверен.
— Значит, месяц? Пусть будет месяц, а там посмотрим. Я пришлю управляющего через месяц. Этого времени более чем достаточно.
Лорд Сэкстон чуть ли не фамильярно пожал руку огненно-красного гостя своею рукой в перчатке, провожая его до дверей.
— На просмотр счетов потребуется какое-то время, но хочу заверить вас, что наш дом открыт всегда, если вы или ваша очаровательная дочь пожелаете совершить прогулку. Вы любезно откликнулись на мое приглашение и можете рассчитывать на то, что я буду очень скрупулезен при проверке ваших оценок этих земель. Я в вашем распоряжении, когда бы вы ни пожелали… кроме, конечно, этой пятницы. Я отправляюсь в Карлайл по делам.
Фамильярность этого человека привела лорда Тэлбота в такое негодование, что он не мог открыть рта. В вестибюле он взял свою верхнюю одежду и коротко кивнул на прощание. Улыбаясь под маскою, лорд Сэкстон стоял возле окна и следил за тем, как отъезжает карета. Он почти сочувствовал тем, кто жил под крышей дома лорда Тэлбота, потому что предстоящие дни не обещали им ничего хорошего.
— Стюарт?
Услышав вопросительные нотки в голосе жены и приближающийся ритмичный стук ее каблучков, лорд Сэкстон повернулся:
— Да, любовь моя?
Выражение ее лица было озабоченным.
— Почему вы не сказали, что у вас есть младший брат?
Он взял ее руку:
— Вас бы напугали все секреты Сэкстонов. Чем меньше вы знаете, тем лучше.
— Значит, вы что-то от меня скрываете, — настаивала Эриенн.
— В свое время вы узнаете все, что можно, обо мне и моей семье. А до тех пор прошу вас, доверьтесь мне.
— Вы затеяли опасную игру с лордом Тэлботом, — предостерегла Эриенн. — Вы заставили меня испугаться, когда сознательно издевались над ним.
Из-под маски донесся скрипучий смех:
— Я лишь дал ему пищу для размышлений. Только таким путем, на мой взгляд, и можно определить, действительно ли он ягненок или же волк под этой маскарадной шкурой.
Эриенн печально улыбнулась:
— У него и правда несколько расфуфыренный вид.
Лорд Сэкстон оперся обеими руками на свою трость и произнес свистящим шепотом:
— Да, мадам, и хотя это будет не столь приятно, как раздевать вас, я намерен оставить его голым.
Глава семнадцатая
Именно в следующую пятницу личное ландо лорда Сэкстона подкатило к довольно неприметному дому в Карлайле. Из него вышел человек в темной одежде и, слегка повернувшись, обратился к Банди, который продолжал сидеть на месте кучера.
— Я проведу здесь несколько часов. Вернешься за мною с наступлением сумерек. — Человек засунул палец в карман жилетки и подбросил вверх золотые монеты. — Вот, пропусти пару кружек эля и отдохни, однако смотри не задерживайся долго в одном и том же месте.
Банди усмехнулся в ответ:
— Принести вам счет, милорд?
Его светлость ответил с негромким веселым смешком:
— Потрать деньги с пользой, Банди.
— Понял, милорд, слушаюсь.
Повернувшись, лорд Сэкстон направился к городскому дому и решительно постучал в двери, а Банди щелкнул поводьями и пустил четверку по узким улицам, правя так, чтобы шаг у лошадей был величавым, и заставляя зевак поворачиваться и смотреть на экипаж. Он точно знал, куда ему надо, и заставлял всех любоваться восхитительными животными до тех пор, пока не добрался до первой из прибрежных таверн. К тому времени, когда Банди слез с облучка, он уже собрал внушительную толпу. Щит с гербом на двери кареты привлекал не меньшее внимание, чем сам выезд, и, когда чья-то щедрая рука передала Банди кружку доброго холодного эля из таверны, он подробно разъяснил, что и выезд, и карета принадлежат лорду Сэкстон-холла, который в настоящее время занят по важному делу в нескольких кварталах отсюда. О его светлости было сказано мало, лишь то, что он будет возвращаться в усадьбу вечером. Банди позволил желающим повосхищаться лошадьми, прежде чем уехал с двумя золотыми, надежно спрятанными в его кошельке.
Хорошо помня наказ хозяина, Банди переезжал от гостиницы к гостинице, от паба к пабу, от таверны к таверне, и везде с удручающим однообразием карета и выезд неизменно привлекали внимание, а Банди старательно разъяснял, кто они и откуда. В каждом месте ему предлагали выпить пару кружек эля, и с живостью, выдававшей его жажду, Банди выказывал благодарность за подношения и готовность похвастать великолепными лошадьми хозяина.
Банди чуть ли не с облегчением вздохнул, когда пришел назначенный час и послеобеденные возлияния прервались. Он вернулся к городскому дому и с удовольствием рассматривал золотые монеты, когда дверь неожиданно открылась и появился калека.
— На этот раз вам это не стоило и гроша, милорд, — сказал Банди, посмеиваясь. Он показал сверкающие монеты, как бы собираясь бросить их вниз, однако рука в перчатке, поднявшись, остановила его:
— В следующий раз плачу я.
Банди улыбнулся и засунул деньги в карман:
— Премного благодарен, милорд.
Уже приготовившись сесть в карету, лорд Сэкстон оглянулся на дом. Занавес на верхнем этаже был отодвинут в сторону, и можно было видеть, как какая-то женщина машет ему на прощание изящным платочком. Лорд Сэкстон махнул рукою, затем забрался в карету и захлопнул за собою дверь. Через мгновение раздался резкий стук его трости в крышу кареты, и Банди, прикрикнув на лошадей, погнал их быстрым шагом.
Выехав из Карлайла, они через несколько миль оказались на дороге, идущей через маленькую деревеньку под названием Рей. Оказавшись вне города, Банди погнал упряжку быстрее, но к тому времени, когда опустилась ночь, до дому еще оставалось несколько миль.
Дорога петляла между разрушенными предгорьями и по узким прибрежным равнинам, которые тянулись до Сэкстон-холла. По обеим сторонам древней дороги с величавым изяществом высились темные очертания огромных дубов. Скалы стеною окружали маленькие фермерские хозяйства, в которых домик можно было распознать лишь по тусклому отблеску свечи или фонаря; время от времени карета с грохотом проносилась по обтесанным вручную плитам, уложенным еще римскими легионерами.
