к наступлению. Он намеревался, сблизившись на дистанцию выстрела, скомандовать лучникам вступить в дело, загнав таким образом неприятеля в капкан между стеной огня и стеной стрел. А воздушные суда тем временем нанесут удар по кораблям дикарей. Всей армии вторжения льуку предстояло погибнуть сегодня на берегу Дасу.
Корабли приближались к лагерю подобно соколам-мингенам, устремляющимся к новым рыболовным угодьям. Города-корабли представляли собой беспомощно бьющуюся на мели жирную, сочную рыбу, в которую остается только вонзить когти.
Фаланги Дара мерно маршировали. С каждым их шагом смерть надвигалась на чужаков.
– Пли! – вскричал Ра Олу.
Тысячи стрел взвились в воздух и в считаные секунды покрыли расстояние между имперскими фалангами и линией дикарей.
Но воины льуку заняли оборонительные позиции таким образом, что тенты из странной материи, все в пятнах от остатков горящей смолы, были растянуты перед фронтом подобно экранам. Варвары в передних рядах подошли к краю шкур и наклонились вперед, держа перед собой палицы, а задние шеренги растягивали верхнюю кромку полотнища, так что все оказались как бы в защитном кармане.
Стрелы со стуком ударялись о шкуры и, не причинив вреда, падали на землю, хотя некоторые из воинов, державших переднюю кромку экрана, стонали от боли, когда сила инерции от удара стрелы оставляла ушибы на теле, иногда даже ломая дикарям ребра и руки.
«Что это за удивительный материал? – задавался вопросом Ра Олу. – Сроду не слышал о подобных шкурах. С какого, интересно, зверя их сняли?»
Но на долгие раздумья времени не было. Солдаты и зеваки вдруг разразились тревожными и удивленными возгласами. Ра Олу поднял взгляд, и сигнальный рупор выпал у него из рук.
Вдалеке с огромных городов-кораблей поднимались в воздух какие-то исполинские, кошмарного вида животные.
Никогда ранее не доводилось Ра Олу видеть столь удивительные существа, представлявшие собой невообразимую смесь самых разных зверей и птиц: бочкообразное туловище размером с трех или четырех слонов (это если судить о масштабе по размерам реющих на такой же высоте воздушных кораблей); похожий на змеиный хвост, струящийся позади; две когтистые, как у сокола, лапы, торчащие из-под брюха; пара больших кожистых крыльев размахом футов в сто двадцать, а то и шире; и, наконец, длинная тонкая шея, увенчанная рогатой, как у оленя, головой.
Еще десять, двадцать, тридцать таких животных одно за другим поднимались в воздух. Учитывая огромный размах крыльев и длинную шею, каждое из них было в длину примерно в две трети имперского воздушного корабля, хотя диаметр туловища был намного меньше. Звери заложили круг и с казавшейся невообразимой для таких туш скоростью полетели к воздушным кораблям дара.
Ошеломленный капитан первого из них не успел даже отдать приказ о маневре, прежде чем два монстра врезались в корпус судна. Они рвали его когтями и хватали челюстями, яростно мотая шеями. Шелковая обшивка трещала, бамбуковые жерди каркаса ломались, как зубочистки, под их мощными зубами и когтями, а газовые мешки внутри сдулись в считаные мгновения. Члены экипажа с криками выпрыгивали из гондолы, чтобы отправиться в полет на несколько сот футов, навстречу собственной гибели.
Опомнившись от первоначального потрясения, капитаны остальных кораблей отдали лучникам приказ пускать огненные стрелы, а гребцам работать во всю мочь, после чего развернули суда к отступлению. Но стрелы беспомощно отскакивали от крыльев и туш зверей, как если бы комары пытались ужалить слона. Некоторые из них попадали в другие воздушные корабли, устраивая пожары.
Теперь Ра Олу понял, из чьих шкур сделаны защитные тенты варваров.
Крылатые монстры зашли с высоты на имперскую эскадру воздушных кораблей, которые еще совсем недавно казались такими изящными и маневренными, но теперь выглядели неуклюжими и тихоходными в сравнении со стремительным полетом враждебных созданий. Ни один из кораблей не выстоял больше минуты, подвергшись атаке двух или трех тварей.
Пылающие обломки падали с неба, сносимые ветром, напоминая облака на закате. Умирающие члены команды прыгали с объятых огнем останков судов, с криком устремляясь навстречу смерти. Многие в толпе зевак с Дасу в ужасе отворачивались. Некоторые начали укладывать вещи в повозки, готовясь к бегству.
Вскоре небо очистилось от воздушных кораблей, а ужасные существа выстроились в неровную линию и направились к имперским фалангам.
Только сейчас Ра Олу сообразил, что первоначальная атака льуку являлась всего лишь военной хитростью. Она призвана была прощупать силы императорской армии, спровоцировать ее на нападение и обозначить свою тактику, тогда как варварам предстояло сдерживать врага до подхода летающих зверей.
Ра Олу понимал, что сейчас нужна решимость и что у него есть только один шанс.
– В атаку! – отдал он приказ.
Обескураженным имперским войскам еще хватило дисциплины, чтобы подчиниться. Лучники выступили вперед, дали нестройный залп, а потом побросали луки и выхватили короткие мечи, которые использовались для оборонительного боя. Они раздались в стороны, пропуская вперед пехотинцев, и упорядоченный строй копий, нацеленных на варварскую орду, двинулся на врага.
Чужеземцы бросили сделанный из шкур барьер, издали оглушительный боевой клич и ринулись навстречу атакующей армии дара, размахивая палицами.
Два потока схлестнулись с силой прибоя, обрушивающегося на скалистый берег. Костяные дубинки стучали по щитам, мечи и копья вонзались в плоть. Мужчины и женщины выли и орали, истекали кровью и умирали.
А летучие звери тем временем проплыли в небе над водоворотом сошедшихся в бою воинов и устремились к зрителям, толпившимся за спиной у императорских солдат.
Безоружные обитатели Дасу, пришедшие поглазеть на историческое зрелище первой встречи с чужеземцами, испуганно заголосили и бросились врассыпную. Кареты сталкивались, кони топтали людей, богачи орали, требуя помощи от своих слуг, но более или менее смышленые слуги уже сами обратились в бегство. Все вокруг погрузилось в хаос.
Звери вошли в пике и выровнялись, только когда до земли оставалось уже футов тридцать или сорок. Пролетая над самой поверхностью, они яростно махали крыльями, и мощные потоки воздуха заставляли всех внизу пригибаться.
Самые смелые из мужчин и женщин подняли головы, и сердца их похолодели: туловище каждого монстра покрывала тонкая сеть из некоей прочной материи и сухожилий, и в получившейся таким образом корзине сидело с каждого бока по дюжине варварских воинов, похожих на моряков большого корабля, держащихся за реи. В руках у них были костяные копья и пращи. А в основании шеи каждого зверя, прочно привязанный к седлу для безопасности, восседал наездник-варвар в шлеме из черепа животного.
Глаза мужчин и женщин, летевших на звере, были такими же темными и безжалостными, как и у жутких рептилий, служивших им скакунами.
Твари подались назад, время от времени разевая и закрывая ужасные пасти, утыканные длинными
