Читаем без скачивания Тайна Овального кабинета - Николай Чергинец

— Мне что-то не верится, — с сожалением покачала головой Барбара, — какой-то владелец ресторана и первая леди государства. Что-то не так.

— Джо Сольдо входил в предвыборный штаб Сары Макоули. Он организовывал ей предвыборные собрания, шоу, банкеты с приглашениями тысяч гостей. А теперь не менее важное сообщение: повторяю, как только газеты опубликовали фоторобот убийцы, через полутора суток Джо Сольдо при весьма загадочных обстоятельствах погиб в автомобильной катастрофе. Причем огромный грузовик, ехавший навстречу, вдруг пересек разделительную полосу движения и врезался в «форд» Сольдо, который вместе с водителем был буквально раздавлен. И еще одно обстоятельство. Накануне столкновения грузовик был угнан со стоянки недалеко от Нью-Йорка. Он два часа находился на трассе, и полиция почему-то не обращала на него внимания.

— И что, водитель грузовика после столкновения уцелел и сбежал?

— Именно так. Никто даже примет его не знает. Так могли сработать только спецслужбы. Тебе не страшно, что ты посвящена в эту тайну?

— Если ты не шутишь, то это действительно детективная история. Томас, а как же таксист? Ему ничего не угрожает?

— По-моему, нет. Сольдо — единственный, кто видел Дональда Кинга.

— Кинг — это таксист?

— О черт, я проговорился! — вскрикнул Гордон и приложил палец к губам. — Ты это должна хранить в тайне, еще лучше — забудь его фамилию.

— Да брось! Нужен мне он. Я переживаю за тебя. Ты обладаешь очень важной информацией…

— Ты думаешь, что и на меня могут поднять руку?

— Томас, я просто боюсь за тебя.

— Ну, тогда добавь мне сил и храбрости! — воскликнул Гордон и опрокинул Барбару на спину.

Глава 57

Война с Югославией длилась уже десять дней. Надежды Макоули, что Милошевич и его вооруженные силы капитулируют после первых же трех−пяти дней атак, не оправдались. Югославам каким-то чудом удавалось беречь свою технику и личный состав. И когда в завязавшемся ночном бою американским и английским пилотам удалось сбить по одному югославскому самолету, пропаганда НАТО подала это как чуть ли не выигрыш сражения стратегического масштаба. Аналитики и военные эксперты не скрывали своего разочарования. Особенно шумную критику Объединенных сил НАТО вызвало сообщение, что за первые десять дней югославская противовоздушная оборона сбила четыре натовских самолета, десять беспилотных самолетов и около ста крылатых ракет.

Президент Макоули вызвал министра обороны для доклада.

Кевин прибыл в «кризисный» кабинет далеко не в лучшем состоянии. Достаточно было одного взгляда на его усталое лицо, мешки под глазами и мрачные глаза, чтобы понять, что далеко не все идет гладко. Да и Кевин не скрывал от своего главнокомандующего ничего. Он, сидя рядом с Президентом и просматривая изображения на мониторе, чуть охрипшим голосом докладывал:

— Мы уже не сомневаемся, что в штабе НАТО или министерствах обороны стран союзников имеются югославские информаторы. Стоит нам спланировать удары по конкретным точкам ПВО, местам расположения боевой техники, как буквально за несколько часов до ударов средства ПВО меняют дислокацию, а другая техника убирается в новые места. Согласно вашему приказу, мы спланировали удары по всем мостам Белграда. И что вы думаете? Уже с вечера все мосты были забиты людьми. Сотни тысяч белградцев вышли на эти мосты и стояли до утра. Нам пришлось давать отбой самолетам, идущим на цель, и направлять их удары по другим объектам, что вызвало незапланированные жертвы среди мирного населения. Где-то в наших штабах сидит надежно законспирированный «крот» и предупреждает югославов о планах командования силами НАТО.

— Скажи мне, Альберт, честно, — глядя в глаза министру, произнес Президент, — что удалось уничтожить в Югославии?

Кевин некоторое время молча обдумывал ответ, а затем сказал:

— Джон, я тебе никогда не врал.

Макоули положил руку на его плечо.

— Извини, Альберт, но я ни в чем тебя не подозреваю. Просто я хочу знать все, что происходит на самом деле. Ты сам понимаешь, насколько это для меня важно. Суд продолжается, почти каждый день я или мои адвокаты вынуждены отбиваться от яростных наскоков прокурора Гордона и судей-республиканцев. Одна моя ошибка в Югославии может стать для меня роковой.

— Я понимаю, Джон. Лично я верю в то, что силы НАТО сбили четыре-пять самолетов противника, уничтожили четыре ракетно-зенитные установки и два танка. Потери в живой силе югославов — не более шестидесяти — семидесяти человек.

— И все?

— Командование объединенными силами, конечно, называет другие, более внушительные цифры, но я верю в те, которые назвал. Мы истратили уже несколько миллиардов долларов, потеряли семь человек убитыми, три наших пилота попали в плен.

— Как ты думаешь, почему об этом молчит Милошевич?

— Трудно сказать… Разве можно предугадать ход его мыслей?.. Он хитрый и тонкий политик. Возможно, он рассматривает это как предмет торга…

— Россия помогает Милошевичу?

— Думаю, что нет. Мы перекрыли все подступы к Югославии. Венгрия, Болгария, Румыния не пропускают через свои территории никаких грузов. Морские пути держат под полным контролем объединенные военно-морские силы. Правда, меня насторожила сегодняшняя разведывательная информация, основанная на сведениях со спутников и от нашей агентуры. Из района Баренцева и Черного морей вышли две группы надводных кораблей, в том числе атомный крейсер «Петр Великий» и авианесущий крейсер «Адмирал Кузнецов». Вышли со своих баз четырнадцать подводных лодок, в том числе девять новейших атомных подводных крейсеров. Русские изменили орбиты своих разведывательных спутников с целью получения максимума информации с района боевых действий и путей доступа к ним. Мы организовали контроль за передвижением надводных сил, что же касается подводных, то, сам знаешь, с ними всегда намного хуже. Не знаю, верить или нет информации, которая поступила перед моим отъездом к тебе. Наш командующий военно-морскими силами доложил мне, что в Адриатическое море вошла российская атомная субмарина «Курск».

— Что она собой представляет?

— Это настоящий подводный крейсер-монстр. Его длина 154 метра, водоизмещение 24 тысячи тонн. Вооружен 24 крылатыми ракетами подводного старта, экипаж до 116 человек, в основном офицеров. Скорость под водой можно сравнить со скоростью железнодорожного поезда. Лодка имеет новейшее вооружение и торпеды с жидкостно-реактивными двигателями. Эти торпеды-ракеты передвигаются под водой в десять — пятнадцать раз быстрее наших. Мы уже давно гоняемся за их секретом. Наконец, наша разведка смогла внедрить в научно-проектное объединение в Санкт-Петербурге, которое проектирует такие подлодки, своего человека.

— И что, эта лодка может ударить по нашим кораблям?

— Не думаю. Русские понимают, что даже если «Курск» уничтожит в Адриатике все военно-морские силы альянса, то это не спасет Россию от уничтожения.

— А где другие русские подлодки?

— Мы делаем все, чтобы выяснить это. Конечно же, некоторые из них приблизятся или уже приблизились к району боевых действий, а остальные наверняка занимают позиции в мировом океане на случай глобальной войны.

— У тебя нет фотографии «Курска» или хотя бы рисунка?

— Конечно, есть. Если позволишь, через двое-трое суток я представлю тебе полную информацию о российском подводном флоте?

— Хорошо. Мне надо владеть полной информацией.

— Что еще может предпринять Россия?

— Мы утром обсуждали эту проблему с Уолшем и Мискури и пришли к выводу, что российское правительство совместно с Белоруссией могут послать на Балканы советников по противовоздушной обороне и военных специалистов ВМС. Естественно, что российская внешняя разведка и главное разведуправление генштаба активизируют свою деятельность в Югославии и вокруг нее.

— Как они могут попасть в Югославию?

— По-моему, русские и ломают головы над этим вопросом.

— Свяжись с Уолшем, объедините усилия для выяснения планов России.

— Хорошо, Джон. Мы уже договорились о полной координации своих действий. Еще вчера миссис Ева Мискури предложила нам это сделать.

— И правильно. Она же наряду с решением оперативных вопросов, связанных с Ираком и Югославией, отвечает и за российское направление. Кстати, она готова доложить тебе какой-то секретный аналитический материал, который наша разведка смогла добыть в России.

Макоули нажал кнопку переговорного устройства и, услышав голос Мискури, пригласил ее.

Альберт Кевин отключил монитор и налил себе минеральной воды.

В кабинет вошла Мискури, и Макоули жестом указал на свободное кресло:

— Присаживайтесь. Мы оба хотели, чтобы вы поделились той информацией, которую получили для анализа из ЦРУ.