стал значительно гуще, чтобы согреть их.
«Мутации появились слишком быстро… прошло ведь всего несколько лет. Причина в воздействии законов мира? Всебог не желает видеть, как погибает Главный Материальный Уровень…» — Лейлин вздохнул.
Обычно эволюция занимала десятки или даже сотни тысяч лет, и зависела от среды обитания живых созданий. Однако, несмотря на то, что Воля Мира спала, она смогла вызвать такие изменения гораздо быстрее, дав своим жителям возможность адаптироваться к внешним условиям. Когда крысы начали убегать, изменения стали ещё очевиднее.
«Таким образом, животные приспособились к окружающей среде на генетическом уровне… Но с людьми, похоже, дела обстоят немного медленнее… — Остров Фаулен уже сказал Лейлину достаточно, чтобы он мог сделать выводы о текущей ситуации в мире. — Боги уделяют им много внимания… похоже, они по-прежнему хотят переселить своих верующих….»
Лейлин пожрал солнце не просто для того, чтобы уничтожить Главный Материальный Уровень. Мир Богов имел уникальную систему законов, в которой солнце играло чрезвычайно важную роль. Его потеря была равносильна потере фундамента для здания, и вызвала множество таинственных изменений, таких как сдвиг пространственно-временных координат.
Это коснулось и божественных царств. Боги всеми силами пытались найти новые координаты своих божественных царств, и просто не могли следить за изменениями на Главном Материальном Уровне. Им требовались годы на восстановление равновесия и стабилизацию своих лагерей на Главном Материальном Уровне, прежде чем они смогут начать контратаку.
В это время клон Лейлина спокойно прибыл на Главный Материальный Уровень и исследовал изменения, вызванные Тёмной Эпохой и влиянием богов на землю.
«Безжизненно… очень безжизненно…»
Клон убрал сияние своей ауры, став похожим на обычного волшебника, и направился к континенту.
Даже в глубинах океана осталось крайне мало живых существ. Лейлин, который был виновником этой безлюдности, глубоко вздохнул, увидев все последствия. Конечно, его сочувствию был предел; если бы он мог всё переиграть, он поступил бы точно так же. Единственные добрые к Магам боги уже пали, поэтому сейчас они бросили все свои силы на то, чтобы ослабить противника.
* * *
Неорганизованные выжившие на материке не знали о событиях в южных морях. Да даже если бы они знали, им было бы всё равно. Им уже давно стало на всё плевать.
Выживание и борьба стали их единственной заботой, когда дикость пришла на смену цивилизации. Вся слава Главного Материального Уровня рухнула всего за несколько лет, оставив после себя лишь зомби.
— Я ухожу! — Дорон схватил куртку и кожаные доспехи. Его грязная кожа, покрытая следами крови, источала гнилостную вонь. Однако, несмотря на множество повязок и ран, он закутался в свою куртку, чтобы хоть немного согреться в этот жуткий холод.
— Хорошей тебе дороги! — раздался голос из маленькой комнатушки позади него; из дверного проёма за ним наблюдала пара прекрасных глаз. Эти глаза вдохнули в него энергию и силу, заставив его мигом забыть обо всех сожалениях и решительно покинуть хижину.
На улице выл ледяной ветер; стены города были покрыты толстым слоём льда. Это зрелище заставило Дорона заскучать по своей тёплой хижине. Однако чувство голода напомнило ему ещё кое о чём: не только он сам, но и дама, ожидающая его дома, умрёт от голода, если он ничего не раздобудет.
— Чёрт побери! — выругался Дорон, сжав в руке единственный ценный предмет, который у него был — сверкающий меч — и решительно двинувшись вперёд.
Он жил такой жизнью со времен начала Тёмной Эпохи, и его много раз посещала мысль, что всё это — всего лишь страшный сон. Однако этот кошмар был таким длинным, что ему хотелось разрыдаться.
Он обнаружил секрет этих жутких жуков только благодаря счастливой случайности, и благодаря ей же сумел сбежать, потому что находился на самом краю толпы. Тогда он и взял себе меч мёртвого паладина — тот самый меч, который был теперь его сокровищем.
Тем не менее вся его удача, видимо, израсходовалась на этот побег. Еды ещё было много. Даже если урожай больше нельзя было выращивать, у них уже были обильные запасы. Он бродил по опустевшей деревне и использовал найденные ресурсы, сумев прокормить себя так больше месяца.
Однако эти сытые дни продлились недолго. Запасы закончились, чума ударила с новой силой, а жуки унесли жизни многих людей. Он несколько раз пытался присоединиться к отрядам наемников, но всё это длилось не дольше месяца. Каждый раз их забирали чума или голод, снова оставляя его одного. Жуки тоже стали умнее, и теперь нападали на людей стаями.
Что пугало его больше всего, так это то, что эти зелёные жуки-убийцы были низшей формой жизни среди животных. С годами их сила только росла, и Дорону уже довелось встретить жука размером с двухэтажное здание. Этот гигантский красный жук разорвал паладина из их отряда надвое. После смерти остальных его товарищей Дорон обосновался в этом месте.
Он ещё раз с осторожностью огляделся. Это место было обычным местом сбора, похожим на гигантский лагерь беженцев, но были в нём и свои особенности. Стены были очень толстыми, а окна — маленькими, или вообще отсутствовали. По периметру лагеря были расставлены копья, из-за чего он походил на небольшую крепость.
После того как выжившие спаслись от первого нападения жуков, они полностью зависели от этой защиты. На крышах некоторых хижин даже виднелись огромные пятна крови насекомых.
В этот момент вдалеке раздался звук боевого рога, и воины вышли из своих хижин и собрались в большое войско. Атмосфера стала удушливой; не было слышно ничего, кроме женских криков.
Глава 1185. Спасение
Дорон осмотрелся.
Кругом было много закалённых солдат, на чьих лицах читалась решимость. Эти солдаты в доспехах объединились в одно большое войско, шагая по улицам и образуя мощный черный поток.
Эти солдаты были самых разных возрастов: от подростков до седовласых стариков. В их рядах можно было заметить даже мускулистых женщин. Хотя из-за этого они и выглядели крайне неорганизованно, всё это подавлялось их уникальными аурами. Тёмная Эпоха пробудила в них холодный нрав, который помог им пережить бесчисленные смертельно-опасные ситуации.
Они делили территорию с жуками и зверями, и боролись везде,
