Переговоры на станции Угольной завершились только 23 октября, когда командование японского экспедиционного корпуса согласилось на встречу с командованием Народно-революционной армии. На следующий день стороны подписали договор о передаче города Владивостока под полный контроль НРА.
В два часа дня 25 октября 1922 года стоявшая в бухте Золотой Рог многочисленная японская эскадра с последними экспедиционными войсками на борту и суда с отправлявшимися в эмиграцию белогвардейцами подняли якоря и стали выходить в открытое море. Японцы задержались ненадолго на острове Русском, но через несколько дней оставили и его крепостные укрепления.
В четыре часа дня того же 25 октября войска Народно-революционной армии торжественно, без единого выстрела, вступили в город Владивосток, население которого приветствовало своих освободителей от интервентов. Гражданская война на Дальнем Востоке завершилась. 14 ноября 1922 года "буферная" Дальневосточная Республика прекратила свое существование. На следующий день в Москве ВЦИК принял декрет, по которому вся территория ДВР (за исключения оккупированного японцами Северного Сахалина) вошла как составная часть в Советскую Россию, в РСФСР.
Японские войска оставались на Северном Сахалине до 1925 года, но в мае месяце им пришлось эвакуироваться и оттуда. Судьба Южного Сахалина, который старая Россия потеряла в ходе русско-японской войны, была решена в 1945 году, когда на Тихом океане закончилась Вторая мировая война.
Япония, прежде всего милитаристская часть ее военного командования, не оставили в "покое" советский Дальний Восток. В Маньчжурии укрылись остатки семеновских и каппелевских войск, которые осели в приграничных районах Маньчжурии и в зоне КВЖД. Японцы продолжали оказывать здесь немалую помощь атаману Г.М. Семенову, генералу И.Ф. Шильникову и другим белым предводителям, не желавшим складывать оружия в борьбе против Советской власти.
На Охотском побережье и на Камчатке еще продолжали удерживаться сильные отряды белогвардейцев под командованием Бочкарева, Бирича, Пепеляева, которым покровительствовала японская сторона. Они были разгромлены морскими экспедиционными войсками Красной Армии в 1922-1923 годах.
Из Маньчжурии на территорию Дальнего Востока и Забайкалья в 20-е годы многократно прорывались большие и малые белогвардейские отряды, которые в своем большинстве (прежде всего семеновцы) находились на содержании у японского командования в Маньчжурии. Дальневосточная советская граница - в Забайкалье, Приамурье и Приморье долгие годы оставалась "горячей". Сравнить маньчжурскую границу можно было только с государственной границей Советского Союза в Средней Азии, через которую до середины 30-х годов прорывались басмаческие банды.
Только на участке одного Гродековского пограничного отряда за десять лет (с 1925 по 1935 год) советскими пограничниками было задержано: нарушителей - 31 092, шпионов (японских) - 384, диверсантов - 37, бандитов - 216 и контрабандистов - 9679 человек. У лиц, стремившихся с разными целями перейти здесь советско-маньчжурскую границу, только за два года было изъято: винтовок - 3 847, револьверов-1077, пулеметов - 2, гранат - 92, патронов - 18 140 штук.
Страна Восходящего Солнца, ее правящие милитаристско настроенные круги и высшее военное командование не расстались с желанием утвердиться на материковой части Азиатского континента, в том числе и на советском Дальнем Востоке. Япония начинает собираться с силами, чтобы заявить о своих территориальных притязаниях к соседним государствам в начале Второй мировой войны. Свою "континентальную поступь" страна Восходящего Солнца начинает с Маньчжурии.
25 февраля 1926 года города на Японских островах оделись в траурный наряд. Умер божественный микадо - император Японии Есихито. Ушла в прошлое эра Тайсе - эра царствования покойного императора. На престол вступил молодой император Хирохито. Началась новая эра - эра Сева.
Весной 1927 года к власти в стране Восходящего Солнца пришло правительство премьер-министра и по совместительству министра иностранных дел Гиити Танаки - барона, отставного генерала, участника русско-японской войны, принадлежавшего к древнему самурайскому роду и хранившего приверженность к прошлому.
Становление Танаки у руля государственной власти предопределяло внешнеполитический курс Японии. Мировоззрение отставного генерала полностью соответствовало самурайским традициям, принципам "Кодо" - политике захвата чужих земель, как далеких, так и близких, и "Хакко Итио" - восемь углов под одной крышей, то есть политика мирового господства расы Ямато, которую проповедовал еще легендарный японский император Дзимму. Был Гиити Танака фанатически верен и "Бусидо" - кодексу самурайской чести.
Новый премьер-министр вскоре после вступления в должность, в июне 1927 года, провел за закрытыми дверями под покровом непроницаемой государственной тайны конференцию по делам Востока. После этой конференции Танака создал свой печально знаменитый меморандум от 7 июля 1927 года. Созданный им документ был персонально адресован микадо - "сыну неба". Форма обращения к нему в меморандуме была самой почтительной:
"Премьер-министр Танака Гиити от имени Ваших многочисленных подданных нижайше вручает Вашему Величеству меморандум об основах позитивной политики в Маньчжурии и Монголии".
Планы премьер-министра Танаки были грандиозны - создание огромной континентальной империи и в последующем завоевание мирового господства:
"...Для того, чтобы завоевать Китай, мы должны сначала завоевать Маньчжурию и Монголию. Для того, чтобы завоевать мир, мы должны сначала завоевать Китай".
Война с Советским Союзом в меморандуме Танаки рисовалась неизбежной:
"Продвижение нашей страны в ближайшем будущем в район Северной Маньчжурии приведет к неминуемому конфликту с красной Россией. В этом случае нам вновь придется сыграть ту же роль, какую мы играли в русско-японской войне... В программу нашего национального развития входит, по-видимому, необходимость вновь скрестить мечи с Россией на полях Южной Маньчжурии для овладения богатствами Северной Маньчжурии..."
Меморандум Гиити Танаки определит всю дальнейшую внешнеполитическую устремленность империи на Японских островах. Она будет искать в Европе союзников-единомышленников, крепить свой военно-экономический потенциал, всемерно поднимать мощь своей армии и флота. И, естественно, вновь пробовать себя на завоевательном поприще - на Азиатском континенте и островах Тихого океана.
Отношения между Советским Союзом и Японией в самом начале 30-х годов стали осложняться именно из-за Маньчжурии, как это было на заре XX столетия. В Токио с большой озабоченностью следили за любым проявлением "советского влияния" в северо-восточных провинциях Китая и не делали для Москвы секрета из этого. Так, 28 октября 1931 года японский посол Хирахита посетил заместителя народного комиссара по иностранным делам СССР Л.М. Карахана и по поручению своего правительства сделал нижеследующее заявление:
"Со времени возникновения японо-китайского инцидента (речь идет об агрессии Японии против Китая. - А.Ш.) между нами не было никаких событий, которые бы отразились на наших отношениях, что можно считать большим счастьем.
Только за последнее время в Маньчжурии идут разные слухи, которые касаются взаимоотношений различных генералов или генеральских групп. Японское Правительство, считая это полезным для наших отношений, предписало послу сообщить информацию, которую оно по этому поводу имеет
Ген(ерал) Ма (Ма Чжаншань) (цицикарский) перед выездом из Сахаляна около 12-13 октября совещался с офицером Красной Армии, который приехал из Благовещенска.
В армии ген(ерала) Ма имеются советские инструкторы.
Ген(ерал) Ма говорил, что имеется соглашение, по которому он получает из Советского Союза военные аэропланы, зенитные орудия и летчиков.
На западной линии КВЖД, около Цицикара, сосредоточиваются товарные вагоны, из коих 300 вагонов - в районе станции Маньчжурии (пограничной с СССР. - А.Ш.)
Китайские войска Хэйлунцзянской провинции, которые находятся на северном берегу р. Нонхо (Нуньцзян), получают орудия из Советского Союза.
С поездом, который шел из Цицикара к конечному пункту Таонань Цицикарской железной дороги, отправлено 12 зенитных орудий, 4 полевые пушки и другие орудия, снаряды и военные материалы, которые хэйлунцзянские войска получают из СССР.
По заявлению ген(ерала) Ма, в Советском Союзе около станции Даурия концентрируются советские войска в количестве 20-30 тыс. чел.; кроме того, там имеется 600-700 товарных вагонов. Имеется намерение послать эти войска в Маньчжурию..."
Заместитель наркома по иностранным делам Л.М. Карахан в ответном заявлении сказал: "Правительство СССР не может не выразить своего изумления по поводу сделанного 28 октября с.г. японским послом г. Хирохита от имени Японского Правительства заявления, ссылающегося на лишенные всякой почвы измышления и слухи, исходящие от безответственных лиц из японских или китайских кругов..."
