Вдох. Выдох. Невесомость. Призрак. Пустота…
— Она не первая, и она не последняя девушка, попавшая под натиск моего плана. Вспомни Финну, на неё потребовалось больше времени, — Харрис смеётся. Из его грудной клетки вырывается смех. Мои эмоции на грани, я дрожу, стараюсь дышать и закрываю рот рукой от всхлипа. Я была планом, с самых первых дней. Забота, понимание, слова, проявление человечности и моменты, врывающиеся в мою грудную клетку, сражают наповал. Я была планом Харриса. Я была планом. Маленьким, надоедливым, чувственным планом в жизни охотника и жестокого доминанта. Все моменты, связанные с нами, разбиваются хрусталём об мраморный пол и разлетаются прямо в моей голове.
Я разворачиваюсь, не в силах слышать предательский голос Харриса. Слёзы в моих глазах делают пространство мутным и туманным. Я иду вперёд, стараясь держать всхлипы комом в горле. Мне больно. Мне настолько больно, что грудь разрывается прямо в области сердца. Я чувствую, как клапаны и клетки сердца погибают в грудной полости. Внутри меня крики, бьётся стекло, слёзы, а снаружи заканчивается джазовая песня Иларии. Я поднимаю глаза, чтобы пробраться сквозь хлопающих людей и лишь раз поднимаю голову на счастливую Иларию. С ней его будущее, а я лишь его план. Поломанный ребенок. Рыжая надоедливая девчонка. Беспомощная, растерянная, жалкая.
Я была несчастным планом. Я отдала слишком большую цену за его план. Я отдала ему себя, я отдала ему своё сердце, а он вырвал его из груди, сжав в своей мозолистой ладони. Моя грудь почернела от боли.
Я замираю на месте, глотая воздух… Андреас вступает на сцену по маленькой лестнице, придерживаясь за пуговицы своего пиджака. На нём идеально сложенный чёрный смокинг, его тяжёлое медвежье лицо улыбается, смотря на счастливую Иларию. Я застываю на месте, ноги приковало бетоном, и я не могу пошевелиться.
Андреас здесь. Мой самый страшный страх. Мой ужас. Тот, из-за кого моя жизнь полностью испорчена стоит на сцене и обнимает Иларию за талию, даря искренние комплименты её пению. Я сжимаюсь, ощущая покалывание в болтающихся руках. Что он тут делает? Почему я ощущаю, как опасность дышит мне в затылок? Я оборачиваюсь по сторонам, но кажется я одна стою пораженная.
— Спасибо за прекрасный тёплый приём в честь моего дня рождения. Сегодня мне не раз доставляли сюрпризы прекрасные новости, которые я принимал с радостной улыбкой, — его чёрный взгляд из-под наседавших бровей и век пробегаются по залу, и я в ужасе сглатываю.
Злобное торжество. Мстительная радость. Агония.
Мы находим друг друга. Мы смотрим друг на друга. На секунду в его глазах такая сильная ненависть, что я делаю шаг назад. Она сражает меня сильным порывом урагана. Новости? Что за новости?
— Ещё и вы, мои гости, приехали из далёких стран, несмотря на многочисленные проблемы, чтобы провести вечер со мной, — продолжает его голос. И тут я понимаю. День рождение. Сегодня день рождение Андреаса Райта и Харрис привёл меня на него. Я судорожно вздыхаю через нос. Чёрт. Это так предательски больно, что сводит челюсть. Я затравленный зверь на слишком изысканном мероприятии.
Я больше не могла его слушать. Нестерпимая мука давила на голову, разрывая её на части. Мои ноги разворачиваются, и я бегу. Выбегаю из ресторана под звук его раздражительного голоса. Я сжимаю в руках подол своего платья, чтобы на дрожащих ногах не запутаться в нём и не повалиться на землю. А мне этого очень хотелось. Упасть прямиком в грязь, ведь я заслужила. За свое доверие и веру в единственного человека, который казалось, мог бы мне помочь. Я бежала по холлу и медленно осознавала своё безнадёжное будущее. Раньше я думала, что Харрис будет рядом, что он свергнет Андреаса и я смогу остаться при своих правах на компанию. Но теперь… Я трезво оцениваю, что два сильных человека, как Андреас и Харрис, не под силу мне. Я никогда не справлюсь под их давлением, под их властью и прогнусь. Как прогнулась под Харрисом…
— Куда же ты? Неподобающе покидать праздник так рано, — слышу я и меня сковывают. Меня подхватываю за живот и сжимают рот. Я кричу в потную холодную ладонь, приглушенно. Я бьюсь ногами, руками, сцепленная в ловушку руками мужчины.
— Ты будешь прекрасным обещанным подарком на день рождение босса, малышка, — последнее, что слышу и тяжёлый удар приходится по моему затылку.
Глава 28
Три месяца спустя. Харрис.
Я вертел в руках бокал с приятным сладковатым виски. Я долго держу его во рту и потягиваю, прежде чем сделать глоток. Какой по счету бокал? Кажется, на подходе уже пол бутылки 64 Trinitas со слиянием грейпфрута, который любит Эйвон и сандала, моего запаха. Клуб заполнен подделками, дешёвыми людьми и развеянным запахом кальянов.
Я всегда считал людей слабыми и глупыми созданиями, которые легко поддаются манипуляциям. Их психика шаткая, слабая, пугливая. Я буквально вижу, как дрожат их мысли при виде меня. Я наслаждаюсь контролем над ними, играя на их чувствах и слабостях. Я осматриваю танцующих людей, отданные алкоголю и наркотикам в их крови. Они готовы продать свою душу ради малейшей выгоды и не задумываются о последствиях своих поступков. Я рано понял, как они устроены и на что следует надавить, чтобы добиться нужного результата. Я легко манипулирую ими, заставляя делать то, что им не хочется, и управляя их поведением как куклами на нитях.
Люди могут думать, что они умные и самостоятельные, но на самом деле они всего лишь марионетки в моих руках. Я наслаждаюсь своей властью над ними и не стесняюсь использовать в своих интересах.
Девушка наклоняется ко мне, подарив аромат сладких цветов. Её длинные светлые волосы затянуты в тугой конский хвост. Она что-то шепчет мне на ухо, но я не слышу. Я не слышу и музыку, и басы, и свист людей, трение одежды. Ничего. В моём поле зрения появляется Эйвон, он раскачивается из стороны в сторону, а миниатюрная девушка в откровенном платье держит его на своих плечах. Я вздыхаю и поднимаюсь с места.
Эйвон не бывает трезвым. Больше не бывает. Он напивается до потери сознания, его пульс замедляется
