баталии и том, что там могло твориться.
Я думаю, вы, как и Нивервир, кое-что заметили здесь. То, что ускользнуло от всех прочих родичей. Решимость Трефалкира сотворить такое, подпитаная желанием принести Азайлас завтрашний день, будущее…и без него самого лишь бы оно было, говорит сама за себя. Опять же в тему того, что эта линия чувств в прошлом не столь очевидна, но она одним своим наличием даёт понять насколько она сильна. Это будет очень тяжёлое решение, но дракон уже принял его, понимая ещё и тот факт, что кроме него никто с этим не справится.
Девятеро ждущих, спасибо!) Медленно восстанавливаем вашу популяцию XD Вас сразу предупреждаю, что флешбек займёт несколько глав и мы закончим эту часть истории. Она уступит настоящему. Запасайтесь чайком, ногтями, хотя я не уверенна, что то повествование выйдет слишком уж нервным и потрясающим струны душиXD
50. Свет в темноте
Несмотря на некоторые последовавшие споры, тот план действий был всё же принят. По сути, первая стратегия применимая драконами в штурме, если не учитывать простое прямое нападение и исходящие из него действия. Крылатые ящеры делились на группы и вынуждены были действовать одновременно, как одно целое, и одновременно, как самостоятельные единицы. Был отряд драконов являющийся запасным, а так же закрывающим тыл на случай обхода людей. По бокам от угольно-чёрных в сумерках стен замка притаились несколько малых разведывательных групп. Всё это было сделано с тем расчётом, чтобы давать основной, массивной части, возглавляемой Зотарес, пространство для маневрирования. Самка смешанной крови несколько уняла свой пыл после разговоров с королём и опытными родичами, напоминавших ей о том, что крайне важно действовать так, как действовал бы Гсоректир. И казалось, что эти наставления в купе с тем, что одно крыло драконицы было пробито, уняли яростный нрав. И все разные стаи зависели от действий Трефалкира. Нивервир справедливо сомневался, что всё будет идти чётко по плану и что все драконы будут действовать так, как надо. Однако также король рассчитывал на то, что друг не подведёт: сумеет подточить мощь магического щита, коим люди окружили свой оплот, и не дать им всем вновь сбежать, как и планировалось. А там уж остальные довершат дело и так или иначе доберутся до магов. Именно закончат всё это сами, потому что даже сейчас пернатый дракон, рассматривая тускло мерцающий барьер, сотканный из волшебства, подозревал, что земляной самец не переживёт такое. Ему придётся ценой своей жизненной энергии блокировать чужое чародейство на огромной площади. Один против сотен. Не нужно было разбираться в магии, дабы понимать это, хоть Трефалкир и говорил на эту тему туманно и уклончиво. Вдобавок, наверняка маги попытаются нейтрализовать препятствие, тут Нивервир сумеет помочь чернокнижнику. Они должны будут продержаться, пока остальные родичи расправляются с двуногими врагами. Это единственный шанс покончить со всем этим. И раз уж ставка в этом сражении столь высока, то король не позволил себе отговаривать своего единственного друга. Все прекрасно знали, что от исхода будет зависеть будущее драконов как вида и прочих животных. Никто особо не удивился, обнаружив, что почти все звери ушли из этих окрестностей. Напуганные деяниями людей и их омерзительными творениями. Обширные леса были пусты, и это вызывало очень странные эмоции. Ни птиц, ни даже мышей и полёвок. В тени густых крон прятались только драконы, да изредка меж вековых, крепких стволов, поросших мхом, проходили сами люди. Эти патрули не замечали таящихся ящеров, выжидающих нужного момента. А он близился: король и чернокнижник уже отделились от родичей и крались большим кругом к выбранной точке. Подальше от основного наступления, чтобы запутать людей. Земляной дракон осторожно переступал узловатые корни, минуя пятна лунного света, ложащихся на землю сквозь прорези листвы. Небесное серебряное светило лишь набирало рост — на чёрно-фиолетовом небе рядом с искрящимися разными цветами звёздами сиял полумесяц. Дул прохладный ветерок, гоня обрывки низких, клубистых облаков и иногда перекрывая ими свет. Тогда все деревья из мира серебряно-серых тонов погружались в темень. Нивервир предпочёл бы перелетать с ветви на ветвь, но опасался, что такое перемещение будет более заметным со стен или башен. Там порой виднелись движущиеся фонари или факела, которые обозначали собой человеческих дозорных. Поэтому он, пригибаясь на четыре лапы, просто следовал за тёмно-зелёным драконом. Окрас друга позволял тому практически полностью сливаться с окружением, и если бы тот лёг, вытянулся бы и замер, то без всяких сомнений сошёл бы за мшистое, поваленное бревно.
Они молчали, лишь порой останавливались, чтобы принюхаться и прислушаться получше. Но вокруг никого не было, поэтому двое бесшумными тенями без особых препятствий добрались до нужной стороны леса. Трефлакир остановился и сел, оглядывая место на предмет удачности позиции. По земле, сливаясь в узоры, стелились островки белого света. Высокие деревья с тяжёлыми от листьев ветками, нескончаемые ряды стволов, мешающих обзору, но ему это было не страшно. На метров семьсот они может отошли от той расчищенной людьми границы. Отходить глубже было бы слишком опрометчиво — со сферой большего диаметра он рисковал не совладать. Главное, здесь не было никаких открытых подступов.
— Остальные как раз примерно напротив нас, мы с другого края, — нарушил молчаливые размышления король. — Лучше не придумать. Если что-то случится — мой клёкот услышат, а я сам в считанные секунды облечу замок. Независимо от причин. Что скажешь?
— Подходит, это место подходит, — голос друга был несколько отстранённым, мысли были где-то далеко от реальности. — Останемся тут.
Нивервир не стал говорить дальше, пока тёмно-зелёный дракон водил головой из стороны в сторону, подставлял раскрытые кожаные мембраны у челюстей и затылка ветру. Трефалкир явно думал о чём-то, а может и собирался с духом на то, что предстоит ему сделать. И пернатый самец, смиренно сидящий сбоку от него, обхвативший себя объёмными крыльями, не стал отнимать у того эти минуты до начала необратимого. Нет никакого пути назад, потому что это то, что должно быть сделано. И молодой король, почти что подросток по меркам старших, был рад, что будет делить эти мгновения с другом. Хоть какое-то облегчение и утешение. Наконец чернокнижник выдохнул, широко раздув округлые ноздри, и поднял густо-оранжевые глаза на спутника, напоминавшего сейчас громадных размеров сову.
— Слушай меня внимательно, Нивервир. Чтобы сладить с таким, мне потребуется подпитка, я буду одновременно блокировать магию там и поглощать силу из земли, а так же из людей, что подойдут близко ко мне. И ты, — он особо подчеркнул эти слова серьёзным, строгим тоном, — не должен
