Первый куплет прозвучал еле слышно, голос у Ларена оказался нежным и мелодичным, будто окутанным чем-то вроде призрачной дымки. Девушка слушала песню очень внимательно, пытаясь запомнить, но слова задевали ее, касались и проплывали мимо, снова превращаясь в туман. Как только Ларен замолчал, она все забыла — и слова и музыку, печальную, таинственную, полную неясных обещаний, тысяч нерассказанных легенд.
Ярче разгорелись свечи, мерцающие сферы поплыли по комнате, воздух искрился множеством цветов. Слова, музыка, свет — Ларен Дорр соткал из них видение и предстал перед Шаррой таким, каким видел себя в своих снах: высоким, сильным, гордым королем, с темными волосами и сверкающими глазами. Он был одет в мерцающие белые одеяния, его великолепный плащ развевался на ветру, словно снежный полог. Сияющая серебряная корона украшала его чело, на бедре висел меч. Мир вращался вокруг него, друзья и любовницы, и одна особенная женщина, которую Ларен привлекал к себе словами и сполохами цветного огня. А впереди его ждали бесконечные дни, наполненные радостью, смехом и счастьем. Потом — темнота, мрак… он оказался здесь.
Музыка застонала; свет померк; Шарра с трудом различала слова его баллады. Вот Дарр бродит по анфиладам комнат, а потом выходит на балкон — и его глазам открывается совершенно чужой мир. Девушка наблюдала, как он покидает замок, направляясь в сторону скрытого туманом далекого горизонта. Однако там его ждет пустота, заполнившая обретенный им мир. Наконец он вернулся в замок, свой новый и единственный дом.
Его белоснежные одежды стали серыми и тусклыми, однако песнь не смолкла. Проходили дни, годы, столетия, Ларен уставал, сходил с ума… и не старел. Солнце сияло зеленым и фиолетовым, жестокими бело-голубыми лучами заливало землю, и постепенно в его мире становилось все меньше и меньше красок.
Так пел Ларен о пустых днях и ночах, когда лишь музыка и воспоминания помогали ему сохранить рассудок. Когда же видение померкло, музыка умерла, а нежный голос смолк, мужчина с улыбкой посмотрел на свою гостью. Шарра вдруг обнаружила, что дрожит.
— Благодарю тебя, — тихо проговорил он и направился к двери.
Девушка осталась одна.
Рассвет следующего дня выдался холодным и облачным, но Ларен повел Шарру в лес на охоту. Они преследовали стройное белое животное — то ли большую кошку, то ли газель, которая двигалась слишком быстро и они не могли ее догнать. Девушку это вполне устраивало: погоня нравилась ей гораздо больше, чем убийство. В стремительном беге по темному лесу с луком в руках и колчаном черных деревянных стрел, которыми ей так и не пришлось воспользоваться, было что-то неизъяснимо привлекательное. Оба надели теплые меховые плащи, и Ларен часто улыбался Шарре из-под капюшона, украшенного волчьей головой. Прозрачные и хрупкие, как стекло, листья звонко крошились у них под ногами.
Потом, раскрасневшиеся и уставшие, они вернулись в замок, и Ларен устроил в главной столовой замка грандиозное пиршество. Они улыбались друг другу, сидя на противоположных концах огромного стола, и Шарра время от времени бросала взгляд на бегущие за окном облака — до тех пор, пока стекло не превратилось в камень.
— Почему ты никогда не выходишь по ночам из замка? — спросила девушка.
— Ну, у меня хватает на то причин, — пожав плечами, ответил он. — По ночам там нет ничего хорошего. — Ларен взял изысканный, инкрустированный самоцветами кубок и сделал несколько глотков горячего вина с пряностями. — Скажи, Шарра, в том мире, где ты родилась, есть звезды?
— Да. Впрочем, с тех пор случилось столько всего… Но я помню. Очень темные ночи, а звезды на небе кажутся блестящими булавочными головками, холодными и далекими. Иногда удавалось разглядеть какой-нибудь рисунок. Когда мой мир был еще совсем юным, люди давали имена таким созвездиям и рассказывали о них прекрасные легенды.
— Мне кажется, я бы полюбил твой мир, — кивнув, сказал он. — Мой, прежний, немного на него похож. Однако наши звезды раскрашены в тысячи цветов и двигаются в ночи, словно призрачные фонарики. Временами звезды опускают вуаль, чтобы скрыть свое сияние, и ночи становятся таинственными, будто пронизанными магическим сиянием. Именно в такие ночи я выходил в море под парусом вместе со своей любимой. Прекрасное время для песен. — Его голос снова стал печальным.
Темнота проникла в комнату, темнота и молчание, еда остыла, и Шарра едва различала лицо мужчины. Поэтому она поднялась, подошла к нему и присела на край стола рядом с его стулом. Ларен кивнул и улыбнулся. В тот же миг послышалось шипение, и на стенах зажглись факелы.
Он предложил девушке еще вина, и ее пальцы слегка задержались на его руке, когда она брала бокал.
— Совсем как у нас, — призналась Шарра. — Когда дули теплые ветры, а вокруг никого не было, мы любили лежать рядом под открытым небом. — Кайдар и я. — Она замолчала, бросив на собеседника быстрый взгляд.
— Кайдар? — Ларен вопросительно посмотрел на девушку.
— Он бы тебе понравился. И ты бы ему пришелся по душе, так мне кажется. Он был высоким и рыжеволосым, а в его глазах горел огонь. Кайдар, как и я, обладал могуществом, а еще — несгибаемой волей, он всегда был сильнее меня. Однажды ночью Семеро схватили его, но не убили, а лишь перенесли из нашего мира в другой. И теперь я пытаюсь его найти. Благодаря моей короне им будет не просто меня остановить.
Ларен пил вино, наблюдая за игрой мерцающего света на металле кубка.
— Существует бесконечное множество миров, Шарра.
— У меня есть время… я, как и ты, Ларен, не старею. Я его найду.
— Ты так сильно его любишь?
Девушке не удалось скрыть промелькнувшую на лице счастливую улыбку.
— Да, — промолвила она, но теперь ее голос казался немного потерянным. — Да. Он подарил мне счастье. Мы пробыли вместе совсем недолго, но он действительно сделал меня счастливой. И Семеро здесь бессильны. Я радовалась, когда просто смотрела на него или когда он меня обнимал… а еще я так любила его улыбку!
— Понятно. — Уголки губ Ларена Дорра дрогнули.
Наступила неловкая тишина, которую наконец прервала Шарра.
— Однако мы отвлеклись. Ты так и не рассказал мне, почему твои окна исчезают на ночь.
— Ты прошла долгий путь, Шарра. Ты странствуешь между мирами. Ты когда-нибудь встречала миры без звезд?
— Да, множество раз. Я видела вселенную, где янтарное солнце сияет для единственного мира, а огромные небеса остаются пустыми всю ночь. Мне довелось побывать там, где вообще нет неба, а шипящие солнца горят под поверхностью океана. Я бродила по болотам Каррадайна и наблюдала за тем, как темные маги зажигают радугу, чтобы осветить лишенную солнца землю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
