— А подарок на Новый год?
— Держи! — она достала из кармана юбки конфету и сунула Игни.
— Спасибо, а чего так бедненько?
— Деньги кончились!
— Ну, тогда прощаю! Счастливого Нового года, профессор! — улыбнулся юноша.
— Счастливого Нового года, Игни.
Она хотела спросить у него — и не спросила.
Сейчас она завидовала Игни. Счастливый, он мог видеть его пять дней в неделю! И отказываться от встречи из-за какого-то Нового года! Да окажись она на месте Игни, согласилась бы заниматься и тридцать первого, и тридцать второго и тридцать третьего!
«Перестань, — остановила себя Ниа. — Ты не на его месте и никогда не будешь. У тебя только один понедельник раз в месяц. Радуйся, что есть хотя бы это».
Пообедав и погуляв с Хаски, Ниа пошла помочь Эдите приготовить праздничный ужин. Её мужу пришлось уехать в командировку, и она решила встретить Новый год в университете. Конечно, для троих не нужно было много еды, но Эдита привезла столько продуктов, что готовили они до вечера.
В десять Эдита торжественно пригласила всех за стол. Ниа сидела на краешке стула и рассеянно слушала её бесконечные истории, поднимала бокал, когда Эдита или профессор произносили тост, делала глоток и опускала. Стрелки часов добежали до одиннадцати.
— Я… можно, я пойду? — прошептала Ниа.
— Плохо себя чувствуешь? — взволнованно спросила Эдита.
— Просто немного устала. Пожалуй, лягу пораньше спать.
— Тебе дать таблетку?
— Нет.
— Я положу тебе фруктов и конфет!
— Спасибо… Извините, профессор.
— Ничего, — тихо сказал Хидори.
Ниа взяла пакет с едой и вышла из комнаты. В коридоре её догнала Эдита.
— Слушай, я знаю, что произошло. Хотела тебе сказать… Жизнь… она не всегда такая, какой мы хотим её видеть. Я вот тоже думала, что окончу университет, буду работать преподавателем, встречу настоящую любовь. А вот как получилось… Нет, у нас с мужем замечательные отношения! Но… Постарайся попроще ко всему относиться. Ну, не вышло это — и ладно! Забудь, будет другое! Может, не такое, но… Мечты остаются мечтами, а реальность реальностью. Понимаешь?
— Понимаю. Спасибо, Эдита.
— Ну, и умница! Счастливого Нового года!
— Счастливого Нового года.
Войдя в свою комнату, Ниа зажгла свет. На столе рядом с ноутбуком стояла маленькая ёлочка, укутанная мишурой. На подушке лежал тёмно-синий шарф, рядом спал Хаски. Услышав звук шагов, он поднял голову.
— Привет, давай немножко походим, — предложила Ниа.
Она спустилась на четвёртый этаж, потом повернула направо. Его комната должна быть над этим классом. Ниа села на выступ стены у окна и обняла колени, Хаски свернулся в клубочек у её ног. Она сняла с руки часы и положила на пол рядом с собой. Уже немного осталось.
— Хаски, хочешь, я расскажу тебе сказку? Под Новый год ведь всегда рассказывают сказки… Пока осталось немного времени… В космосе была одна планета. Крошечная, намного-намного меньше луны. Она летела, летела, пока не встретила дерево. Оно было высокое и красивое, но очень несчастное, потому что потеряло свою родную планету. Тогда эта маленькая планета и дерево решили жить вместе. Дерево пустило свои корни в планету, и они прошли насквозь, потому что планета была очень-очень маленькой. Корни переплетались и путались, дереву было очень больно. Дерево поняло, что не может жить на этой планете… И однажды оно ушло. Вырвало свои корни и ушло. А маленькая планета полетела дальше. Снаружи она казалась такой, как прежде. Но внутри у неё почти ничего не осталось, потому что дерево забрало на своих корнях всю землю. Планете было очень больно. Она уже, наверное, и не была планетой. Так, скорлупка из-под орешка. И дереву тоже было больно, потому что оно так и не нашло планету, на которой могло бы жить… Грустная сказка, да, Хаски? — она с печальной улыбкой посмотрела на щенка.
Мы все стараемся, чтобы ты поскорее забыла, а ты!
Ну, не вышло это — и ладно! Забудь, будет другое!
«Но я не хочу забывать…»
Пойми, ты сама не отпускаешь боль!
«И не хочу отпускать боль. Боль — это единственное, что у нас осталось общего…»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Минутная стрелка дрогнула. Ниа посмотрела наверх и прошептала:
— С Новым годом…
Глава 39. Слишком много
В праздники Ниа вставала поздно. Пила чай, гуляла с Хаски, а потом садилась вязать свитер. И так каждый день. Обычная жизнь.
Если бы не свитер, она сошла бы с ума. Без занятий с Рои, без Рейчел… И всё же, когда они уехали, ей стало в чём-то проще. Не нужно было притворяться. Изображать радость, заинтересованность, удивление, желание есть, пить.
А с профессором последнее время она, наоборот, стала чувствовать себя легче. Сначала Хидори, как и все, пытался заставить пережить горе, а потом будто смирился и теперь просто молча наблюдал за ней, не давая никаких советов. Порой Ниа казалось, он понимает её лучше, чем она сама.
Заходил Вэле, приглашал погулять, но Ниа отказалась. Она была уверена, история с браслетом — глупая выдумка Игни, но даже в чьих-то мыслях не хотела быть связанной ни с кем, кроме него.
В пятницу у неё вдруг началась истерика. Грудь разрывало от такой боли, что она чуть не бросилась к нему. Но смогла остановиться. Не доставлять ему неудобств стало главным законом её жизни.
В воскресенье вернулись Рейчел с Рои. Подруга с порога начала рассказывать, как Мэт её чуть не убил, узнав, что она не привезла с собой Ниа. А потом вывалила на кровать кучу подарков.
Рои смотрела на Ниа с беспокойством, сквозь которое невольно проглядывала светлая радость.
— Странно, — прошептала Рейчел, — она не может говорить, а выглядит самой счастливой из нас.
— Она знает секрет, — тихо сказала Ниа.
— Какой?
— Я его не знаю.
Вечером они пили вдвоём чай, и Рейчел рассказывала о Мэте.
— Представляешь, он снял квартиру! Небольшую, конечно, но всё-таки. Недалеко от школы, где учится Байри. Работает на трёх работах! — взахлёб говорила подруга.
— На трёх?
— Да! Днём готовит пиццу в соседней забегаловке! Просто пальчики оближешь!
— Пицца — это хорошо… — протянула Ниа, обняв колени. Сразу захотелось домой. Может, зря она не поехала в Лабрию?
— По вечерам занимается с детишками в спортивном клубе, а в выходные преподаёт албалийский, — продолжила Рейчел, заметив, что тема пиццы почему-то расстроила Ниа. — Бабушка Тутелла ведёт домашние дела.
— Как всё… складно…
— Да, у него теперь чистота и порядок, — вздохнула Рейчел. — Кто бы мог подумать… Он казался таким идиотом.
— Рейчел…
— Наверное, я просто завидую. Нет, правда. У него теперь почти что семья. У тебя — твоя несчастная любовь. А у меня — у меня ничего.
Ниа пододвинулась к подруге и обняла её.
— Я что-то делаю неправильно, да? — по щеке вдруг потекла слезинка, смешанная с тушью.
— Рейчел…
— Прости, просто накатило, — она шумно высморкалась. — Давай лучше поговорим о тебе. Чем занималась в праздники?
— Ничем особенным… Представляешь, я получила открытку от Анемоса и Антоса!
— Да ну?
— Да, она пришла уже после Нового года. Элафос и Тэрос поехали в Лабрию. Элафос собирается изучать дальше лабрийский, а Тэрос хочет поступить в медицинский институт! Надеюсь, предположения Тихэ всё-таки оказались ошибкой… Я думала, писать или не писать им об этом. Теперь у меня есть адрес. Но решила не писать. Анемос и Антос остались в Матаре, незачем, наверное, их волновать.
— Чем они занимаются?
— Руководят стройкой в Садалмелике. Это столица Матара.
— Господи, какие все способные, — вздохнула Рейчел. — А что насчёт второго твоего ученика?
— Какого второго? Вэле?
— Да, Вэле. Слышала, он подарил тебе на Новый год браслет!
— Опять, — нахмурилась Ниа. — Об этом что, уже весь университет знает?
— Учитывая, что мне об этом рассказала Майя, — весь, ну, может, кроме нескольких преподавателей, которые уже ничего не слышат.
