Читаем без скачивания Петр Грушин - Владимир Светлов

В целях обеспечения требуемых динамических характеристик ракеты для нее была создана энергосистема с высокодинамичными гидравлическими приводами и источником электропитания с гидромотором и электрогенератором и двумя высокооборотными насосами переменной производительности, устанавливаемыми на ТНА. Для обеспечения режима запуска и проведения функционального контроля в процессе эксплуатации в составе транспортно‑пускового контейнера ракеты использовался наземный гидроагрегат. Разработка этой системы была выполнена под руководством ведущего специалиста ОКБ‑2 А. И. Сергеева.

Вместе с защитой эскизного проекта окончательно завершился и столь любимый Грушиным период первоначальной экзотики. После решений, принятых в этот день, ракету предстояло делать, а не вырисовывать для плакатов. Но вот делать ли?..

Вернувшийся через несколько дней из дома отдыха Госкомитета по радиоэлектронной технике «Покровское» начальник проектного отдела Б. Д. Пупков, рассказывая Грушину о результатах работы собравшейся там межведомственной комиссии по ПРО, был крайне озабочен…

Ракета В‑600 стала одним из тех редких исключений, когда оружие изначально создававшееся для флота, было с большим энтузиазмом встречено в Войсках ПВО. В то же время срок введения в строй использовавшего ее М‑1 оказался гораздо дольше запланированного. Ведь в случае создания корабельного оружия результат в работе мог быть достигнут только при условии доведения до работоспособного состояния всех его компонентов, размещенных на корабле.

Еще в 1958 году, на этапе прохождения предложений по унификации ракет для М‑1 и С‑125, Грушин получил в свои союзники еще одного выдающегося руководителя – Сергея Георгиевича Горшкова.

Горшков, родившийся в 1910 году, не был потомственным моряком. Решение пойти на флот он принял неожиданно, встретившись летом 1927 года с другом детства, учившимся в военно‑морском училище. Но начало его морской карьеры оказалось стремительным. К лету 1941 года Горшков уже был капитаном 1‑го ранга, командиром бригады крейсеров Черноморского флота. Его быстрому продвижению по службе способствовали поистине выдающиеся способности, аналитический ум и дар предвидения, огромное трудолюбие и чрезвычайно высокое чувство ответственности за порученное дело.

В годы войны Горшков принимал участие во многих десантных операциях на Черном море, а осенью 1942 года, в боях за Новороссийск, он командовал войсками 47‑й армии. В ноябре 1948 года Горшков был назначен начальником штаба, а в июне 1951 года утвержден в должности командующего Черноморским флотом. Спустя четыре года он был назначен первым заместителем Н. Г. Кузнецова, где был замечен министром обороны Г. К. Жуковым. Следующую ступень Горшков преодолел быстро – в конце 1955 года Жуков взял его с собой для ознакомительной поездки на Балтийский и Северный флот, и здесь же Горшков узнал о снятии с должности Кузнецова и о своем назначении на его место. Как оказалось, на тридцать лет!

С Грушиным они сблизились сразу. Каждый год Горшков приезжал в О КБ‑2 и интересовался новыми разработками. Ему как никому другому Грушин рассказывал о секретах своей «ракетной кухни», о процессах, происходящих при принятии решений, о мобилизующих и реальных сроках, которые требуются для их исполнения, о необходимости непрерывного приложения усилий, без которых любые перспективные работы будут иметь тенденцию к застою.

Результат их встреч нередко позволял ускорить даже, казалось бы, четко идущие работы. Так, уже через несколько недель после принятия решения об унификации ракет комплексов С‑125 и М‑1 совместные испытания М‑1 было решено перенести на эсминец «Бравый» проекта 56 вместо намечавшегося ранее большого противолодочного корабля «Комсомолец Украины» (пр. 61). В итоге летом 1960 года на «Бравом» установили пусковую установку М‑1, что позволило в полную силу приступить к отработке комплекса.

Тогда же Горшковым была всемерно поддержана идея об унификации для наземного и корабельного использования следующей серии грушинских ракет – В‑601 и В‑601П. С ним Грушин обсуждал и вопросы создания «главного зенитно‑ракетного калибра» для кораблей, на роль которых «шестисотой» при всех своих положительных качествах все же не годились.

Первая попытка развертывания подобной работы была предпринята сразу же после вступления Горшкова на пост главкома. Но рассматривавшаяся тогда система М‑3 с ракетой В‑800 так и не вышла из проектной стадии. Сопровождавшуюся всем необходимым набором постановлений и приказов работу Грушин сразу же отнес к категории «малоперспективных», из‑за чрезвычайно жестких требований, предъявленных к В‑800, неопределенности судьбы самого корабля. Проект 81 планировалось создать в виде специализированного корабля ПВО, призванного обеспечивать защиту от воздушного нападения караванов, портов и военно‑морских баз. Для решения столь масштабных задач В‑800 должна была уничтожать ракеты и реактивные бомбардировщики, летящие со скоростями до двух скоростей звука, находящиеся на дальностях до 55 км, на высотах от 2 до 25 км. При этом, исходя из условий эксплуатации ракет на корабле, длина В‑800 не должна была превышать 10 м, а наибольший поперечный размер – 2 м.

Ознакомившись с подобными требованиями, Грушин поставил перед своими подчиненными соответствующую задачу, не ожидая каких‑либо положительных результатов. По его мнению, подобные требования опережали свое время лет на 10–15. И дело было не только в возможном отсутствии у него смелости мысли – об этом можно было не беспокоиться, но в возможностях промышленности, для которой вырисовывалось нечто запредельное.

И все‑таки на бумаге удалось все. Грушин смело дал «добро» на вариант ракеты с активной ГСН, поскольку при заданной максимальной дальности полета ракеты радиокомандная система не могла обеспечить необходимой точности наведения. Для В‑800 была также принята схема с маршевым ЖРД и боковыми твердотопливными ускорителями, которые в отличие от имевшихся в те годы аналогов были расположены в передней части ракеты. Как было отмечено в эскизном проекте, подобная компоновка позволяла обеспечить требуемую аэродинамическую устойчивость ракеты на стартовом участке полета без применения каких‑либо дополнительных стабилизаторов. В свою очередь, в хвостовой части было предложено установить основную часть аппаратуры ракеты, что объяснялось облегчением ее герметизации и улучшением условий контроля в корабельных условиях.

Подобные проектные изыскания были завершены к апрелю 1957 года, с выпуском эскизного проекта. Но о дальнейшей судьбе проекта В‑800 Грушин уже не беспокоился – в стране начиналась глобальная переориентация флотских программ в пользу строительства атомных ракетных подводных лодок. Мощный надводный флот, даже защищаемый кораблями ПВО, в решениях о перспективных оборонных программах не просматривался.

Тем не менее отказываться от корабельных ЗРК средней и большой дальности в ВМФ не собирались. К концу 1950‑х годов в судостроительных организациях начали прорисовываться проекты кораблей, которые должны были вписываться в новые реалии военно‑политических доктрин, в том числе и кораблей совершенно нового для нашей страны класса, таких как противолодочный крейсер проекта 1123. Отношение к подобным кораблям у моряков было особым.

Главнокомандующий Военно‑морским флотом, адмирал флота Владимир Николаевич Чернавин вспоминал:

«Еще до войны, в конце 1930‑х годов, идея строительства авианосцев в нашей стране нашла свое отражение в последней предвоенной программе. Мы должны были построить в середине 1940‑х два авианосца. Один – для Северного флота, другой для Тихоокеанского. Но разразившаяся война помешала реализовать этот проект. После войны – разруха в судостроительной промышленности, в кораблестроении. Авианосец – самый дорогой корабль из всех, которые сегодня есть на земном шаре. И средства не позволяли нам его построить. Не было у нас опыта и возможностей, не было квалифицированных строителей, военных специалистов, которые могли бы его эксплуатировать. После войны ставилась задача быстрее восстановить существующий флот с меньшими затратами. С 1952‑53 годов начались целенаправленные научно‑исследовательские, опытно‑конструкторские работы по созданию авианесущих кораблей. Решено было идти от простого к сложному. И таким первым шагом стала разработка проектных материалов по первым авианесущим кораблям с вертолетами на борту. Это проще и дешевле…»

Конечно, по своим возможностям подобные корабли не могли сравниваться с американскими авианосцами. Основным предназначением противолодочных крейсеров была борьба с атомными подводными лодками в тысячах миль от своих берегов. Защиту же новых кораблей на океанских просторах от ударов с воздуха должен был обеспечить корабельный ЗРК средней дальности М‑11 с ракетами В‑611.