Осенью 1967 года Вячеслав Черновол был арестован первый раз по обвинению в «распространении лживых измышлений, которые позорят государственный и общественный строй», и был осужден на три года заключения в колонии строгого режима. После освобождения стало ясно, что о профессии официально придется забыть. Однако Вячеслав Максимович вместе с М. Косивым и Я. Кендзьором нелегально издавал журнал «Украинский вестник», который, как утверждают исследователи, стал самым заметным явлением политической борьбы в Украине тех лет. В 1971 году Черновол имел смелость обратиться в Комиссию по правам человека в ООН по поводу нависшей угрозы арестов украинской интеллигенции. Со стороны власти немедленно последовал ответ — новый арест. Теперь обвинение звучало намного серьезнее: «антисоветская пропаганда и агитация», что считалось одним из самых опасных государственных преступлений, и наказание за него было соответствующим: 6 лет лагерей и 3 года ссылки. Отбывая заключение в Мордовии, Черновол прославился как организатор акций протеста и голодовок среди политзаключенных. Почти половину срока он провел в штрафных изоляторах и карцерах. «Зэковский генерал» — так называла его лагерная охрана. Во время пребывания в ссылке в Якутии Черновол был принят в международный ПЕН-клуб, а в 1979 году стал членом Украинской Хельсинкской группы.
Только через 15 лет после осуждения Вячеславу Максимовичу удалось вернуться в Украину и понять, как трудно жилось все это время жене и сыновьям — Андрею и Тарасу, — на которых лежала тень отца-антисоветчика. Несмотря на то что уже началась перестройка, за Черноволом по-прежнему повсюду следовали люди из КГБ. Однажды его вместе с М. Горынем даже собирались выслать из Советского Союза за интервью, данное иностранной журналистке. Только в 1988 году стало возможным официальное создание первой оппозиционной организации партийного типа — Украинского Хельсинкского союза. Организация декларировала идеи возобновления украинской государственности, придания украинскому языку статуса государственного, права граждан на политические объединения и многое другое. Черновол был одним из трех рабочих секретарей, затем — членом Исполкома УХС, а позже стал одним из основателей новой общественной организации, аналогов которой в СССР на тот момент не было, — Народного Руха Украины.
За Вячеславом Максимовичем пошли люди, верившие, что национальное движение возродит Украину. Авторитет Черновол а был огромен, недаром на президентских выборах 1991 года он занял второе место. Уйдя в оппозицию, он боролся за демократические методы руководства, однако меняющиеся реалии украинской жизни заставляли подстраиваться под них и искать компромиссов даже с противниками. Для сохранения оппозиционной фракции в парламенте Черноволу приходилось договариваться с социалистами и сменявшими друг друга партиями власти. К сожалению, даже такой яркий и харизматичный лидер, как Черновол, не смог спасти Народный Рух от раскола. Попытки Вячеслава Максимовича вывести партию из кризиса вызывали в правящих кругах только раздражение. И уж очень многим — от бывших однопартийцев до власть предержащих — политик Черновол был очень неудобен…
25 марта 1999 года в половине двенадцатого ночи на трассе Борисполь — Золотоноша автомобиль «Тойота», в котором находился Вячеслав Максимович, столкнулся с разворачивающимся посреди дороги КамАЗом. Лидер Народного Руха Украины вместе со своим шофером и помощником Евгением Павловым получили смертельные травмы и скончались на месте. Пресс-секретарь Черновола Дмитрий Пономарчук в тяжелом состоянии был доставлен в больницу и прооперирован. Уже на следующий день министр внутренних дел Украины Юрий Кравченко назвал трагедию «обычным ДТП». По его словам, все выглядело совершенно обычно: КамАЗ нарушил правила дорожного движения и не уступил дорогу «тойоте», двигавшейся в том же направлении. Говорилось также, что водитель Черновола превысил скорость, создав тем самым аварийную ситуацию, и что причиной гибели Черновола и его попутчиков стали несработавшие подушки безопасности. Однако официальная версия случившегося была воспринята обществом весьма скептически. Многие считали, что грузовик на трассе появился не случайно. Так, сыновья Вячеслава Максимовича были полностью уверены в организованном убийстве. По свидетельству Тараса Черновола, противники отца неоднократно предпринимали попытки по его устранению. Одной из них был искусственно спровоцированный инфаркт. Но тогда лидера Народного Руха удалось спасти.
Не обращая внимания на отдельные выступления, официальная власть в течение долгого времени продолжала настаивать на том, что произошел несчастный случай. По словам Дмитрия Пономарчука, все экспертизы подгонялись под официальную версию. Новый виток этой запутанной истории начался после разразившегося осенью 2000 года «кассетного скандала». Тогда народные депутаты неформального парламентского объединения «Антимафия» Григорий Омельченко и Анатолий Ермак и мэр города Черкассы Владимир Олейник сообщили, что Евгений Марчук, который в то время занимал должность секретаря Совета национальной безопасности и обороны (в октябре 1999 года Марчук был кандидатом в президенты), показал им кассету со свидетельствами некоего полковника милиции в маске. Правоохранитель рассказывал о том, что тайное спецподразделение МВД — «отряд смерти» — исполнило заказ на убийство Черновола. В защиту версии о насильственной смерти Черновола выступила и журналистка Татьяна Коробова. По ее мнению, гибель Вячеслава Максимовича и журналиста Георгия Гонгадзе — дело рук одних и тех же людей. К тому же в пользу умышленного убийства свидетельствовало то обстоятельство, что водитель КамАЗа через некоторое время после аварии скончался весьма странным образом: у вполне здорового мужчины появилась «сердечная недостаточность», которая и стала причиной смерти.
Подобные заявления вызвали бурную полемику в обществе. Многие специалисты считали, что подстроить ДТП чрезвычайно сложно и существует масса других способов профессионально и без лишнего шума устранить человека. Другие заявляли, что именно на подобные мнения и сделали ставку организаторы аварии, ведь политика действительно легче застрелить в подъезде, чем скрупулезно рассчитывать скорость движения его автомобиля и организовывать «встречу с грузовиком». В пользу несчастного случая некоторые приводили и тот факт, что водитель грузовика был не каким-нибудь спецназовцем, а простым сельским парнем. Впрочем, те, кто считал гибель Черновола преднамеренным убийством, называли среди возможных организаторов убийства Павла Лазаренко, оперируя тем, что водитель злосчастного КамАЗа когда-то работал вместе с братом бывшего премьер-министра.
Сотрудник секретариата Вячеслава Максимовича господин Ницой сделал сенсационное заявление о том, что незадолго до аварии, приведшей к гибели Черновола, ехавший с ним Геннадий Удовенко пересел в другой автомобиль буквально за несколько километров до столкновения. В политическом контексте это практически совпало с решением, узаконившим удовенковский Рух. Но Дмитрий Пономарчук об этом не говорил, а ведь он был в той же машине.
Однопартийцы Вячеслава Максимовича провели собственное расследование аварии и сделали официальное заявление о причастности к его гибели народного депутата Украины и члена Народного Руха Олега Ищенко, деятельность которого связывали со структурами «Олгаз» и «Олбанк». В заявлении подчеркивался тот факт, что между Черновол ом и Ищенко существовал давний конфликт: Вячеслав Максимович поддерживал Игоря Бакая и контролируемую им компанию «Нефтегаз Украины», что очень не нравилось Ищенко. В свою очередь, Черновол обвинял однопартийца в финансовой поддержке «раскольников» из НРУ. Кроме того, руховцы заявляли, что смерть Черновола была выгодна одному из кандидатов в президенты на выборах 1999 года.
Вот как об этом рассказывал Тарас Черновол: «Мы в Рухе создали собственную следственную комиссию, куда вошли и „сыскари“-профессионалы. Их вывод — это, безусловно, убийство, а не простая автокатастрофа. Использовалась схема, аналогичная схеме устранения в 1980 году руководителя Беларуси П. Машерова. Гибель Черновола была выгодна силовым структурам, президенту и некоторым российским кругам. Черновол заблокировал в парламенте проект приватизации российскими фирмами транзитных газоэнергетических путей. Но этот план начал реализовываться после смерти отца».
Евгений Марчук — обладатель сенсационной видеозаписи, поведавшей об убийстве Черновола, — утверждал, что кассета исчезла. Теперь он выдал новую версию того, почему не обнародовал видеозапись. Мол, за три недели до президентских выборов, в которых он участвовал как кандидат, его могли привлечь к суду за клевету и снять с предвыборного марафона. Тогда Тарас Черновол потребовал от Генпрокуратуры, чтобы та возбудила против Марчука уголовное дело. Как считал сын погибшего депутата, это была единственная возможность заставить тогдашнего секретаря СНБО отдать видеокассету со свидетельствами подполковника МВД. Тарас Черновол не верил в то, что такой человек, как генерал СБУ Евгений Марчук, мог просто потерять кассету.
