полярной экспедиции на борту «Фрама». Март 1912
Собаки не особенно страдали от морской болезни, но требовали непрерывных забот. Каждую группу из десяти собак опекал один человек, к которому они должны были привыкнуть. Ему надлежало изучать характер каждой собаки, поскольку, несмотря на схожий нрав, реакции и темперамент псов резко отличались. Сам Амундсен был «хозяином» четырнадцати собак. Вначале все собаки сидели на привязи; затем, когда они привыкли к хозяину и движению судна, им разрешили свободно разгуливать по палубе. Поддерживать чистоту на корабле, перегруженном пассажирами, очень трудно. Прибавьте сотню собак, и вы поймете, во что выливалась уборка судна.
9 августа 1910 года «Фрам» вышел из Кристиансунна, а 6 сентября отдал якорь на рейде Фуншал острова Мадейра. На следующий день вся местная пресса сообщила о прибытии экспедиции господина Руаля Амундсена, «плывшего к Южному полюсу». Утечка информации или ошибка – так и осталось неизвестным. Но Амундсен счел, что теперь не имеет права скрывать от команды истинную цель путешествия:
– Мы действительно направляемся в Антарктику, и я надеюсь покорить Южный полюс. Я не сказал об этом никому, поскольку мы вступаем в соревнование с англичанами, и сделаю все возможное, чтобы не уронить чести Норвегии. Но если среди вас есть люди, которые не желают следовать за мной, пусть они прямо скажут об этом. Я их отправлю в Норвегию за мой счет.
Таких не оказалось.
Кэмпбел вернулся на «Терра нова» к мысу Эванс и сообщил своим товарищам, что Амундсен уже зимует прямо на ледяном барьере – в бухте Баллени. Новость была ошеломительной: еще на старте норвежцы выигрывали у англичан 60 миль – больше 100 километров.
Собаки Амундсена на палубе «Фрама». 1910
Скотт объявил, что программа его экспедиции будет осуществляться по намеченному плану. Как бы то ни было, соперники провели зиму на разных оконечностях шельфового ледника Росса, в 600 километрах один от другого.
Вам знакома тактика Пири во время покорения Северного полюса – несколько групп, отправляющихся одна за другой. Первые группы готовят дорогу остальным и возвращаются; последняя группа использует склады провизии на пути туда и обратно. Амундсен и Скотт решили использовать тот же метод, но Амундсен внес серьезные улучшения.
– Первое дело, – заявил он, – тренировка собак.
В упряжку запрягли восемь псов. Амундсен щелкнул бичом. Собаки уселись на снег. После шести месяцев беззаботной жизни они забыли о том, что такое работа. Но Амундсен щелкал бичом не только над их головами и быстро освежил память этих славных животных, прошедших выучку в Гренландии.
Еще до начала зимы (южной), в феврале, Амундсен совершил первый поход к югу и устроил первый склад провизии и оборудования на 80° южной широты. Караван состоял из четырех человек и трех упряжек. Каждая упряжка несла 250 килограммов груза, и ее тянула шестерка собак. Поход прошел без происшествий, а собаки показали, что находятся в превосходной форме, легко делая по 28 километров в сутки. Группа захватила бамбуковые древки с черными флажками для обозначения трассы, чтобы не блуждать на обратном пути, но их не хватило; поэтому каждые 500 метров в снег вместо флажка втыкалась сушеная рыбина. 4 марта был установлен второй склад – на 81°; 8 марта – третий – на 82° южной широты. В начале апреля на первый склад было доставлено 1200 килограммов тюленьего мяса (на тюленей охотились оставшиеся в лагере).
Затем началась зимовка. Разборный дом был небольшим: 7,80 х 3,40 м. Но имелось пятнадцать палаток для собак, оборудования и провизии, а зимой норвежцы выкопали целый подснежный городок У них была небольшая библиотека, не забыли и о музыке: Амундсен захватил фонограф с валиками и музыкальные инструменты. Моральный дух полярников был на высоте всю зимовку.
Норвежцы не знали, что делает Скотт, но Амундсен в нетерпении сделал попытку выйти 8 сентября (было слишком холодно – минус 56 °C, и пришлось вернуться), окончательно пустился в путь 20 октября.
Если вы посмотрите на карту, дорога Амундсена на полюс и обратно выглядит легкой. Выход из бухты Баллени 20 октября 1911 года. В путь ушли пять человек (Амундсен, Хансен, Бьоланд, Хассель и Вистинг) на четырех упряжках с пятьюдесятью двумя собаками – по тринадцать на нарту. Направление – прямо на полюс. В аптечке лишь два врачебных инструмента – щипцы для удаления зубов и машинка для стрижки бороды. Когда волосы чересчур отрастают, на них образуются сосульки, вызывая неприятные ощущения. 12 ноября экспедиция достигла горной цепи с ледниками, и пришлось искать проход между вершинами высотой от 4000 до 4600 метров; затем небольшой спуск и новая горная цепь, а за ней плато на высоте 3200 метров над уровнем моря. 7 декабря (почти середина южного лета) – широта 88°. На следующий день побит рекорд Шеклтона – 88°25´ южной широты.
И вот 15 декабря полюс покорен на высоте 3070 метров. Предоставим слово Амундсену.
«Как только сани остановились, мы собрались все вместе и поздравили друг друга… Затем мы перешли к следующему акту, самому важному и торжественному за всю нашу экспедицию: водружению флага. 〈…〉 Пять мозолистых, обветренных рук взялись за шест, подняли развевающийся флаг и первыми водрузили его на географическом Южном полюсе. Водружаем тебя, наш дорогой флаг, на Южном полюсе и даем равнине, на которой он находится, имя: равнина Короля Хокона VII».
А где же Скотт, пустившийся в путь 1 ноября? Он в горах, на леднике Бирдмора, к западу от трассы Амундсена, в 600 километрах от полюса.
Норвежцы установили на полюсе палатку темного цвета, которую видно издалека. В ней Амундсен оставил искусственный горизонт, секстант, часть одежды, письмо королю Норвегии и письмо Скотту, в котором просил соперника переслать письмо королю в случае гибели норвежской экспедиции.
Оскар Вистинг и собаки его упряжки на Южном полюсе. 15 декабря 1911
18 декабря он отдает приказ об уходе. Путь на север прошел без каких-либо происшествий. Немного потеплело. 26 января норвежцы вернулись на побережье, где их ждал «Фрам». Поход на полюс и обратно занял девяносто восемь суток. «Мы совершили, – писал Амундсен, – чудесную прогулку». Конечно, не все прошло столь гладко. Но отступлений от плана не было.
Если бы о путешествии рассказали ездовые собаки, повествование выглядело бы гораздо драматичнее.
Во время подготовительных походов для организации складов и разметки дороги погибло восемь собак – часть упала в трещины, часть издохла от измождения. «Однажды утром Тор не смог встать на ноги. Чтобы прекратить мучения собаки, ее пришлось пристрелить».
