В тот вечер, в отеле, Габриэль встретил того, кто был на него похож. Убийца, линчеватель, мясник… Что было бы, реши Габриэль напасть, вместо переговоров? Мужчина понимал ответ, хотя он и казался ему безумным. Все те запугивания и колкие перебранки. Они оба понимали, что стоит кому-то перейти грань и начнётся натуральная резня. Райана не смущало то, что могли погибнуть люди. Его не страшила угроза со стороны Годартов за разрушение отеля. Он не боялся… И поэтому Габриэль его уважал. Не только за силу, но и за дух.
Практически добравшись до квартала, мужчина услышал множество сирен и мигалок. Спецслужбы столицы вот-вот должны быть на месте самой натуральной бойни. И пусть дело происходило в клановом квартале, законы империи позволяли вторгаться в него, если того требовала ситуация.
Занимательно то, что Габриэль видел, как в квартал Гонтов вторглись отряды других родов и кланов. Коршуны, которые решили ухватиться за ситуацию и свергнуть один из сильнейших кланов империи. Один такой был на пути Габриэля, а потому он не церемонился и вырезал каждого, показав, почему его называют Зверем Жеводана!
Весь запад столицы оживился. Всё больше полицейских, гвардии императора и военных стекались к кварталу кланов Гонт, Ричард, Гамельтейн и Хорестер. Началась натуральная резня, в которой основным противников стали вырвавшиеся из под контроля оборотни.
Пробившись сквозь развернувшийся ад, устроенный одним человеком, Габриэль ворвался на территорию поместья. Ну или того, что от него осталось. Половина верхнего этажа здания отсутствовала напрочь. Земля перепахана, деревья вырваны. И трупы… Огромное количество трупов. Сваленные повсюду, они представляли собой последствия ужасающей бойни и резни. И в центре неё стоял полностью окровавленный с ног до головы Райан.
— Значит, успел всё-таки, — холодным голосом произнёс парень, не поворачивая головы к Габриэлю.
— Кха… У-убей его! У-у-убей!!! — с трудом хрипел окровавленный Кристофер, которого Купер держал за горло.
От былого Альфы стаи не осталось ничего прежнего. Обе ноги оторваны по колени, левая рука висела изорванной плетью, а правая отсутствовала по плечо. Множественные колотые и резаные раны с ушибами. У Кристофера даже скальп был снят, словно Купер лично занялся его скальпированием, что недалеко от правды.
— И это Альфа? Чудовище, которое люди боятся? Монстр ночи, приходящих с полной луной? — в полном презрении скривился Райан. — Я ожидал большего, а ты оказался ничтожеством.
Габриэль только и успел моргнуть, как услышал хруст и сиплый вскрик. К ногам Купера упало безжизненное тело главы клана, а в руке он держал ещё бьющееся сердце, которое поднял вверх и подставил рот. Лёгкое сжатие и сердце лопнуло, а алые потоки устремились к губам парня. Он с блаженством и упоением выпивал их, и Габриэль слышал отчётливые звуки глотков.
Отбросив кусок плоти, Райан вытер тыльной стороной ладони губы. Вот только крови на нём было столь много, что результата это не принесло.
— Я чувствую в этом доме биение жизни оставшихся Ликанов, — словно насмехаясь, с улыбкой произнёс парень.
Он сделал шаг, затем второй, после чего остановился и его улыбка стала шире. Вместе с порывом холодного ветра, его путь преградил полностью собранный и готовый биться Габриэль.
— Ты убил Альфу, — начал было мужчина. — И тех, кто его поддерживал. В поместье остались только старики, дети и женщины. Уходи, Райан, и я не стану тебя преследовать.
— Ошибаешься, Габриэль, — глаза Беррады вспыхнули голодом и безумием. — В поместье остались ЛИКАНЫ! Те, кто натравил псов на мой дом! Те, кто виновен в мучениях моей семьи! — парень сделал шаг, а его жажда убийства вырвалась и тела, ударив по мужчине. — НИКТО ИЗ НИХ НЕ УЙДЕТ ЖИВЫМ!
Сорвавшись с места, Беррада за долю мгновения оказался перед Габриэлем. Удар его сжатого кулака был молниеносен, но мужчина успел среагировать и уклониться. Огонь полыхающего поместья, которое с трудом тушил идущих дождь, покачнулся от волны ветра.
Рыкнув и поняв, что разговоры бесполезны, мужчина вступил в схватку. Его морозная аура, вырвавшаяся из тела, замораживала всё вокруг себя. Тела покрывались коркой льда, кровь превращалась в хрустящее стекло, а языки пламени застывали. Словно две противоборствующие стихии, они теснили друг друга. Никто из них не уступал противнику в скорости, силе, реакции и ловкости. От каждого соприкосновения их ударов дрожала земля, воздух вибрировал, а капли дождя разлетались.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Пролетающие над кварталом вертолёты вели репортаж и в реальной времени показывали картины настоящей бойни, в центре которой сражались две тени. Светло-синяя, больше похожая на лёд, и кроваво-красная, как тягучая кровь.
— С места событий!..
— Квартал клана Гонт подвергся нападению!..
— Вы это видите⁈ Видите⁈ Вот это да… Стоп, это что⁈
Оператор камеры и репортёр с широкими от удивления глазами смотрели на то, как вокруг сражающихся поднимались куски льда, тел и земли. Они медленно закручивались в водовороте, и вскоре один из сражающихся остановился. Он резко выкинул в сторону своего врага руку и вся эта масса устремилась к нему. Тот в свою очередь резко замер, ударил кулаком в землю и вокруг него образовался купол непробиваемого льда, остановившего атаку.
Полный разочарования и ярости рык достиг тех, кто вёл репортаж, и атаковавший сорвался алым рывком к сфере, начав её избивать. Его кулаки размазывались и словно двоились, но лёд держался… Пока не вспух острейшими иглами льда. Со скоростью пули они вонзились в окровавленного парня, откидывая его на добрый десяток метров.
Сфера льда испарилась снежинками, вмиг заморозившими ближайшие капли дождя. И только снег исчез, как все свидетели битвы увидели вышедшего из него монстра. Выше трёх метров в высоту, густая шерсть цвета вороного крыла, мощные мышцы, как перетянутые канаты. Это было чудовище из мифов и легенд, которыми родители пугали своих детей. Его когти отдавали блеском металла в свете горящего поместья, алые глаза выражали лишь свирепость и звериную мощь, а волчью пасть усеивали острые клыки.
Зверь Жеводана… Чистокровный Ликан… Опаснейший из Ликанов. Габриэль обратился и сейчас сдерживал свою животную натуру, смотря на поднимающегося мальчишку. Тот, словно зомби, покачивался и еле стоял на ногах. Он устал, ослаб из-за боя, и потерял множество сил.
— Довольно, Райан! — рыкнул Габриэль, едва сдерживаясь. Как бы не казалась эта ситуация со стороны, но Ликан понимал ярость и желание мести парня, ведь он сам был таким.
— Довольно? — слабо улыбнулся юнец, вытащив из себя последнюю ледяную иглу. — Кто ты такой, чтобы приказывать мне? Никто, ни в этом мире, ни в прошлом, — удивил он Габриэля. — НЕ СМЕЕТ МНЕ ПРИКАЗЫВАТЬ!
С трудом и болью, парень поднял правую руку ко рту. Его глаза горели ещё большим безумием и яростью, которая полыхала в нём, подобно жерлу вулкана.
* * *
— Беррада, сегодня у тебя будет очень важный урок. Сконцентрируйся, соберись и слушай внимательно, — стоя посреди боевой площадки, граф Бертольд держал руки за спиной и смотрел на меня.
— Опять лекции? — заканючил я. — Не хочу… Не хочу!
— Это будет не лекция, — покачал головой граф и улыбнулся. — Ну, не совсем она. Сегодня, ты узнаешь один из секретов нашего рода.
Я воодушевился! Секрет⁈ Какой ещё секрет⁈
— Я весь в внимании, учитель!
— Начать стоит с основ, — заговорил граф и, видя моё скукожившееся лицо, вздохнул. — Ладно, ограничимся простыми словами. Наша кровь, Беррада. Она не только даёт нам силу и позволяет даровать бессмертие. Она же — наш сдерживающий фактор.
— М-м? — почесал я затылок. — Какой ещё фактор?
— Сдерживающий, — спокойно пояснил учитель. — В минуту опасности и угрозе жизни, Первородный может снять этот стопор. Такое доступно только первым из нас. Дар и секрет, содержавшийся в нашей крови. Твои предки владели им, как владеешь и ты. Эта сила спит внутри тебя, Беррада. Опасная, сжигающая всё на своём пути мощь Первородного Вампира. Но её цена, Беррада… Слишком высока.
