Он подхватил рюкзак, снова мазнул по мне взглядом, в котором, к моему облегчению, уже не было той испугавшей меня безысходности, и, развернувшись, побежал по лестнице вниз догонять Свята.
Твою мать!
Когда вернулся в квартиру, было ощущение, что я, как губка, вобрал в себя состояние Мозаика. Его тревогу, страх, болезненное чувство ожидания чего-то неизвестного. Неизбежного... если произошло заражение.
Этот его влажный взгляд... Че-е-ерт...
И вдруг я понял, что за все время нашего знакомства, я практически не видел ЕГО слез.
НЕ ВИДЕЛ!
Единственный раз, тогда, утром, когда я остановил его от ухода из дома, он дал скатиться по щекам нескольким слезинкам. И я знаю, чего ему тогда стоило не разреветься вместе со мной.
Он - нежный, хрупкий, выглядевший неизмеримо слабее нас с монстром - никогда не давал увидеть себя по-настоящему плачущим. Ни разу...
Всплыли слова Свята о том, как Ян ненавидит себя беспомощным. И стало ясно, насколько он прав.
Пара чашечек крепкого кофе, сигарета, пока Белка собирала свои вещи...
И я вернулся в более-менее нормальное состояние, надеясь, что Яна тоже отпустит эта нахлынувшая тревога.
***
Нервничала и Белка. Всю дорогу в машине что-то рассказывала о себе, о школе, институте, о том, как жалеет, что так получилось - и с вылетом из института, и с Яном. Благодарила за все эти дни, что отнеслись к ней по-человечески, за то, что вот так деньги нам пришлось на ее анализы зарабатывать.
Короче, понесло Белку по кочкам...
Видел, что этот словесный понос у девочки от нервов, и не перебивал, не показывал недовольства. Я же не скотина бесчувственная, в конце концов.
Что-то даже отвечал на автомате, успокаивал, уверял, что все наладится в ее жизни и будет нормально.
Ну, что поделаешь, если вот так получилось? Кто из нас не делает ошибок, правильно?
Ее единственная ошибка по отношению ко всему, что произошло, так это то, что девочка согласилась на групповуху. И все.
Началось-то все с меня... С моего идиотизма. Только я ОЧЕНЬ старался не думать о том, что, в общем-то, главная вина во всем, что произошло, лежит на мне. Как ни крути, и как бы Свят ни запрещал мне об этом думать, все было именно так.
Перед тем как подъехать к лаборатории, пришлось минут десять искать место для стоянки. Я уже психовать начал, понимая, что время припекает, и уже готов был бросить машину там, где не положено, когда увидел возле небольшого кафе несколько парковочных мест. Выдохнул облегченно, припарковался, и мы почти побежали к клинике.
Успели. Главное - заплатить, а там уже они не имели права не обслужить оплаченный талон.
На втором этаже брали кровь, а я стоял под дверью, нервничая. И понимал, какой я молодец, что сам поехал сюда. Представил просто, как бы Ян тут себя чувствовал, если даже меня колбасит.
Белка вышла с согнутой в локте рукой, растерянная, улыбнулась и протянула мне стикер с написанным номером телефона и присвоенным ей анонимным номером клиента, по которому потом скажут результат.
- Я в машине перепишу, там есть ручка. Ну, что? Пойдем отсюда?
Как бы ни было в этой клинике замечательно, чисто и уютно, все равно хотелось быть как можно дальше от этого места. Но больше всего я сейчас не хотел, чтобы пришлось вести сюда Мозаика спустя какое-то время...
Я переписал все данные со стикера себе в блокнот в машине, меньше чем через час высадил Белку и помог ей добраться до той квартиры, откуда почти неделю назад мы ее забрали.
Попрощались нормально, я еще раз сказал, что надеюсь, что результат будет отрицательным, и она меня поблагодарила. И хоть утром с моими парнями попрощалась, но попросила еще раз поблагодарить и близнецов.
Все. С этим было покончено.
Был почти обед, когда я приехал домой. На четвертой перемене в школе позвонил Святу.
- Все, Святусь... Остается теперь только ждать.
- Когда результаты?
- Сказали, позвонить в понедельник.
- Я так и думал, мать их!
Процеженные им сквозь зубы слова меня напрягли.
- Ян? Да? – спросил, не сомневаясь, что зверь меня поймет.
- Да. Он пытается держаться, я вижу... Но старается в глаза не смотреть. Черт...
- Блин. Все-таки это давит на нервы, мать их...
- Да, я о чем... И так целую неделю, Дин? Бля-я-я... Я реально боюсь за него. И там... дальше... Вообще...
- Перестань, Свят. По крайней мере, уж мы с тобой не имеем права расслабиться. У него и так пиздец на душе.
- Я знаю, котенок, знаю... Ты где сейчас?
- Дома у себя, тачку поставил, переоделся.
- Будешь у нас, когда мы приедем, или ты позже?
- Своих дождусь, отчитаюсь, что живой и здоровый, и приеду... Это... Не чувствуется напряга после пятницы? Ну... ты понимаешь?
- Да похуй мне, родной! Не до этого совсем. Честно… я даже и забыл как-то о твоей выходке.
- Ну, понимаю. Да, в общем-то, и хорошо, что ты не напрягаешься...
- Угу. Знаю.
- Свят, ты это... Скажи мелкому, что все окей, а?
- Слушай, успокойся, ладно? Знаю я тебя, блин... Только не грызи себя изнутри, не вздумай. Понял?
- Я... Да. Я понял.
- Вот и умница. Все, до вечера!
«Не грызи себя...»
Я старался. Я оченьстарался...
***
Несколько следующих дней, до самой пятницы, были пипец какими резиновыми.
Как и обещал, после школы я был с парнями. Делали уроки, пару раз даже вместе гуляли недалеко от дома в парке, потом они провожали меня на остановку.
