В полосе 5-й гвардейской армии успех наметился уже в первые часы наступления. 32-й гвардейский стрелковый корпус и 6-я гвардейская воздушно-десантная дивизия 33-го гвардейского стрелкового корпуса, быстро преодолев первую позицию, углубились в расположение врага на 3 км. Когда они подошли ко второй позиции, их атаковали до двухсот вражеских самолетов. Бомбежка немного задержала наступление, но не остановила его.
Во второй половине дня 66-я гвардейская дивизия 32-го корпуса после выполнения своей боевой задачи сосредоточилась в районе Драгунского и роще северо-восточнее его, составляя второй эшелон корпуса. 97-я гвардейская стрелковая дивизия на подступах к Пушкарному встретила сильное огневое сопротивление противника. Для захвата этого опорного пункта командир дивизии ввел в бой свой второй эшелон – 289-й гвардейский стрелковый полк, поддержав его действия мощным огневым налетом дивизионной артиллерии. В результате ожесточенного боя дивизия овладела юго-восточной окраиной Пушкарного.
Успешно продвигалась вперед 13-я гвардейская стрелковая дивизия генерал-майора Г.В. Бакланова. На пути ее наступления находилось несколько господствующих высот, превращенных противником в узлы сопротивления. На высоту 222,3 наступал 1-й батальон 39-го гвардейского стрелкового полка капитана И.И. Исакова. Попав под перекрестный огонь немецких пулеметов, роты залегли. Сопровождавшие их танки вынуждены были отойти: с высоты прямой наводкой вели огонь противотанковые пушки. В этот момент приданные батальону артиллерийские батареи меняли огневые позиции. Они могли развернуться на новом месте и открыть огонь не раньше чем через 20–30 минут. В такой обстановке комбат приказал командирам рот выдвинуть вперед штурмовые группы и подготовиться к атаке. Но в это время пехота противника при поддержке танков перешла в контратаку. Штурмовые группы вступили в бой. Им удалось поджечь два немецких танка, но остальные продолжали продвигаться вперед. Тем временем за боевыми порядками батальона развернулись артиллерийские батареи. В первые минуты боя артиллеристы подбили несколько танков. Контратака врага была отражена. Для захвата второй полосы обороны противника командир дивизии ввел в бой свой второй эшелон – 42-й гвардейский стрелковый полк. Развивая успех, части дивизии в течение дня глубоко вклинились в нее.
Уже в первый день наступления командующий войсками Воронежского фронта генерал армии Н.Ф. Ватутин ввел в сражение на направлении главного удара 1-ю и 5-ю гвардейскую танковые армии. Вначале в бой вступили передовые отряды корпусов первого эшелона армий. Передовые бригады 1-й танковой армии, начавшие выдвижение к переднему краю с началом атаки, в 12.00–13.00 совместно со стрелковыми дивизиями завершили прорыв главной полосы обороны противника. Представилась возможность для быстрого наступления ко второй полосе и прорыва ее с ходу. Но 200-я танковая бригада, действовавшая в полосе 66-й и 97-й гвардейских стрелковых дивизий, которые не имели танков непосредственной поддержки пехоты (НПП), не смогла оторваться от пехоты, поскольку ей приходилось наступать в направлении, где населенные пункты тянулись сплошной полосой.
49-я танковая бригада совместно с 93-й отдельной танковой бригадой действовала в полосе 13-й гвардейской стрелковой дивизии. После завершения прорыва главной полосы обороны она могла устремиться сразу ко второй полосе, пока слабо занятой подходящими немецкими резервами. Однако незнание обстановки не позволило командиру бригады пойти на такой шаг. Таким образом, создавшийся благоприятный момент для прорыва с ходу второй полосы вражеской обороны, пока не занятой резервами, на направлении 1-й танковой армии не был использован передовыми танковыми бригадами, а подход на рубеж ввода главных сил корпусов первого эшелона задерживался[383].
На направлении действий 5-й гвардейской танковой армии передовые танковые бригады ее корпусов, вступив в бой в 13.00, обогнали стрелковые части и быстро преодолели главную полосу обороны.
Четыре танковые бригады, имевшие в общей сложности около 200 танков, оказали существенную помощь стрелковым дивизиям в завершении прорыва главной полосы обороны немецких войск. Искусно маневрируя на поле боя, не давая противнику закрепиться на промежуточных рубежах, стрелковые взводы и роты, действуя как танковые десанты, выбивали немецких солдат из окопов, траншей, дзотов. Они просачивались через оборону врага, заходили в тыл, наносили неожиданные удары, атаковали огневые позиции артиллерийских и минометных батарей. К середине дня немецкое командование начало выдвигать на вторую полосу обороны три танковые дивизии. Для ее прорыва в сражение были введены главные силы корпусов первого эшелона танковых армий.
Выдвижение корпусов 1-й танковой армии осуществлялось в полосе шириной 3–4 км, что позволило иметь только по одному маршруту на корпус. При подходе к переднему краю они должны были преодолеть узкую (5–7 м), но с заболоченной поймой р. Ворсклу, на которой было построено пять мостов. Но поскольку подходы к мостам не были оборудованы, после прохода головных подразделений они оказались столь разбитыми, что темп выдвижения корпусов снизился с 15 до 2 км. Танковые бригады первого эшелона вместо 15.00 вышли на линию наступавших войск только в конце дня. Потеря 5 часов времени позволила противнику занять вторую полосу обороны силами 6-й и 11-й танковых дивизий, что в конечном итоге привело к неполному выполнению задач первого дня наступления. В 5-й гвардейской танковой армии ее танковые корпуса с ходу прорвали вторую полосу обороны и к 18.00 вышли на глубину 20–26 км[384].
Соединения 6-й гвардейской армии в этот день, ворвавшись в главную полосу обороны врага и используя успех соседа слева – 5-й гвардейской армии и танковых армий, – продолжала развивать наступление на своем левом фланге и в первой половине дня овладела важными узлами сопротивления в системе немецкой обороны – Драгунским и Казацким.
Таким образом, ход боевых действий в полосе Воронежского фронта показал, что стрелковые соединения, несмотря на значительное усиление их артиллерией, оказались не в состоянии самостоятельно прорвать оборону противника. Танковые (механизированные) корпуса и танковые армии были вынуждены совместно со стрелковыми соединениями завершать прорыв обороны врага, создавая при этом общую плотность танков и САУ 60–70 единиц на 1 км участка прорыва.
В более сложной обстановке наступали войска Степного фронта севернее Белгорода. Этот фронт не имел таких мощных средств прорыва, как Воронежский, и его наступление развивалось медленнее. До 15 часов здесь шли ожесточенные бои в траншеях главной полосы вражеской обороны. Наступавшая на правом фланге 53-й армии 252-я стрелковая дивизия в ходе наступления была контратакована противником из рощи между населенными пунктами Журавлиный и Раково. Здесь враг применил огнеметные танки. По ним сосредоточила огонь артиллерия дивизии, а затем нанесла удар штурмовая авиация авиационного корпуса генерала Рязанова. Над полем боя действовало пять девяток штурмовиков. Контратака была отбита, и дивизия, хотя и понесла ощутимые потери, продолжала наступать, стремясь выйти на линию других соединений, продвинувшихся значительно дальше.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
