мне спиной. Но ничего сказать старику не успел, вмешался третий:
— Всё улыбаешься Тизиору, всё думаешь, что ваши секты союзники? После того как он нагло уничтожил Жуков?
Мой старик вскинул руки:
— Да что ты, дарс тебя побери, несёшь? Десятки уважаемых людей свидетели того, что покойный глава Жуков не только не согласился платить за нападение на мою внучку, но и сам напал на меня. Первый!
Я хмыкнул про себя. Даже так? Ловко всё это старик провернул. Я даже представляю как.
Тем временем третий собеседник, с рыжей бородой хмыкнул:
— Половина из этих уважаемых ест с твоих рук.
Старик Тизиор ядовито ухмыльнулся:
— А вторая?
Рыжий старейшина поджал губы, но всё равно упрямо буркнул:
— Всё равно я считаю, что это твоих рук дело, — ткнул в мою сторону пальцем. — Вот разве он бы не выполнил всё, что ты ему скажешь? Как неожиданно вовремя умер мастер Указов Жуков, не находишь?
Старик Тизиор отрезал:
— Глупости. Я могу поклясться, что ни один из моих людей непричастен к его смерти.
Старик молодец. Конечно, он может поклясться в этом. Ведь я — не Атрий. Я — не его человек.
— Не смеши меня, Тизиор. Мы все отлично знаем, что в деле обмана ты лучший. Уверен...
Старик снова оборвал его:
— Следи за словами. На твоём поясе есть жетон вызова надзирающего от Пауков. Вызови, предъяви мне обвинения и пусть он проверяет меня. Скажи ему, что для проверки этого никчёмного калеки нужен Властелин Духа и тогда... — старик Тизиор многозначительно замолчал, а затем припечатал. — Властелин Духа лишь подтвердит мои слова. Как бы я, по-твоему, убил мастера Указов? Все, кто обследовал то поместье, единогласно утверждают, что там была схватка мастеров Указов. Откуда у меня в секте мастер Указов, да ещё и такого Возвышения? Мастер Указов этапа Предводителя Воинов? Разве хоть один ваш шпион донёс о таком приобретении моей секты?
Рыжий старейшина процедил:
— Но мы же отлично знаем, где ты мог получить такую помощь?
— О! — раздался женский голос. — Кажется, речь зашла обо мне, верно? Кажется, кто-то подозревает меня в том, что я одолжила Тизиору Морта?
Признаюсь, на эту женщину я буквально уставился. Дарсов старик Тизиор сказал, что на острове живут старейшины сект, которые слишком стары для того, чтобы управлять сектами и слишком ценят жизнь, чтобы год за годом угасать в родных городах, где для них слишком мало силы Неба. Сам старик Тизиор теперь, с моей помощью, надолго обеспечен духовными камнями Древних. Да и ту комнату, в которой жил предок Жуков, он тоже прибрал к рукам. Там, конечно, духовные камни очень низкого качества, но они сплавлены в плиты толщиной в локоть и, собранные вместе, позволяют почти не замечать скудности энергии в этих землях.
Но эта женщина поразила меня тем, что она выглядела как мать Фатии. Какая к дарсу старейшина и старуха, которой годы уже не позволяют бороться со старостью?
Желая меня добить, рыжий старейшина чуть склонил голову и процедил сквозь зубы:
— Старейшина Ульмания, не ожидал вас здесь увидеть.
— Это почему же? Разве не ты только что сказал, что Сапфировые Тритоны в хороших отношениях с моей сектой Ледяных Воробьёв? Разве тебе не доносили, что я знакома с внучкой Тизиора и считаю её своей названной ученицей?
Старик Тизиор фыркнул:
— И учишь её всевозможной ерунде!
Ульмания отмахнулась:
— Ай, что бы вы мужчины в этом понимали. Её же мать ни слова мне не сказала, верно?
Рыжий старейшина возмутился:
— Может, вы выберете другое место и время, чтобы обмениваться подколками?
Ульмания обернулась и вскинула тонкие брови:
— Но ты же выбрал это место для того, чтобы распускать слухи, будто это Морт был в городе Жуков? Может, мне стоит потребовать у тебя доказательств?
— Доказательств у меня нет, — процедил сквозь зубы рыжий старейшина. — Но и мастеров Указов подобной силы у нас не так много, а если бы во дворце Жуков уцелели нефриты души, то мы бы и не мучились в догадках. Но они, вот ведь трагедия, разрушились. Случайно, да Тизиор?
Старик Тизиор отмахнулся:
— Ты ищешь подвох не там, где следует. Жуки запутались в интригах и поплатились за это.
— Жуки? Не ты?
— Мне лень с тобой спорить и призывать к ответу за твои слова. Лучше вспомни, о какой ещё странности доносили тебе твои шпионы среди Жуков? Чтобы ты не напрягался, я подскажу. Метка Вора Трав.
— Ты хочешь сказать...
Старик Тизиор перебил рыжего:
— Я хочу сказать, что Жуки открыли рот на кусок, которым подавились.
Рыжий с сомнением возразил:
— Да нет, не могли они быть так глупы, что попытались навесить Указ на ученика старшей секты.
Старик Тизиор отмахнулся:
— Можешь думать что угодно. Хочешь вызвать надзирающего и выдвинуть против меня какие-то обвинения?
— Я не глупец. Если уж он не наказал тебя над телом главы Жуков, то накажет ли сейчас? Второй раз твои связи с надзираю...
— Молчи! — старик Тизиор жестом заткнул рыжего. — Я позволял тебе оскорблять подозрениями себя, но оскорблять секту наших благодетелей? Не позволю. И чтобы ты больше не открывал своего рта по этому поводу, напомню, что надзирающий уже пять лет как сменился.
Ульмания надула губы словно девчонка:
— А меня ты ему позволил оскорблять. Ты совсем меня не ценишь?
Старик Тизиор вспыхнул:
— Ульмания! Довольно!
И они замолчали. Лишь жесты, да меняющиеся выражения лиц подсказывали мне, что разговор продолжается, только теперь он беззвучен — они перешли на мыслеречь.
Я всё так же стоял на месте, в десяти шагах от старика Тизиора. Другие старейшины не спешили подходить ко мне или задавать вопросы. Предполагаю, что они так же обсуждали меня, но снова делали это так, что их разговор был мне недоступен.
К лучшему.
Так проще выполнять просьбу старика Тизиора общаться с ними вежливо, но немного хамски. Не хватало ещё случайно пересечь черту «немного». А то ещё какой-нибудь обиженный старикашка взбрыкнёт и начнёт чинить препятствия за шаг до моего возвращения домой.
Поэтому я чуть повернулся, так чтобы держать старика Тизиора и его собеседников в поле зрения, но большую часть своего внимания отдал центру здания. Если я всё верно понимаю, то именно так должно было выглядеть место на Хребте Трав, где я оказался несколько месяцев назад.
Только там четыре
