виду под реорганизацией? — спросил Стас.
— Я бы хотел со временем размыть свою долю в акциях, отдав, вернее, продав часть людям, работающим на меня. Я говорю простым языком, так что поправляйте меня по ходу, если не так выражаюсь.
Самойлов кивнул, отметив про себя: «размыть долю в акциях» подразумевало, что Виктор и есть собственник будущей компании.
— Предположительно, мы купим несколько сотен гектаров сельхозугодий, — продолжил Виктор. — Надо будет решить вопрос с возможностью разрешения на строительство там жилья. Инвестируем в бюджетные, но хорошие, добротные дома — возможно отдельные, возможно, малосемейные. Это пока под вопросом. Сделаем своеобразный колхоз, такой современный кибуц. Люди будут жить и работать на себя, получая в разы больше средней зарплаты. Установим там свои порядки, чтобы всем было комфортно. Это всё будет далеко от населённых пунктов, кругом природа, чистота, и в то же время всё удобное для жилья. От техники до дорог с асфальтовым покрытием.
— И какова моя роль в этом проекте? — спросил Станислав с лёгкой иронией в голосе.
— Все юридические вопросы. Возможно, что-то большее, я пока не знаю. Мы находимся у истоков.
— Очень грандиозный замысел, — сказал Самойлов, борясь с огромным желанием смотреть не на собеседника, а на красавицу Анастасию, которая небыстро и спокойно вела машину, изредка оглядываясь, и кивала, соглашаясь со словами Виктора. — Можно для начала предложение по моей зарплате и конкретным функциям.
— Можно, — сказал Виктор. — Вы можете назначить себе сами и сегодняшние командировочные, и устраивающую вас ежемесячную зарплату. А функции? Нужны профессиональные советы, ведение всех дел. Могу также предложить должность генерального. У меня есть сведения, что в этом вы как раз очень даже большой молодец.
Стас опять кивнул, задумавшись. Либо этот Виктор — полный кретин, играющий роль такого Остапа Бендера, либо за ним реально стоит кто-то очень весомый, раз он так уверенно рассуждает о вещах, которые требуют огромных инвестиций и немалого административного ресурса.
Виктор перебил его мысли:
— И самое главное, Станислав. Мы всё будем делать по закону. Никаких левых схем, никаких уходов от налогов, никаких взяток. Всё по-белому, хотя, возможно, исключение сделаем с заработной платой. Но и это постараемся по возможности обелить, чтобы ни при каких обстоятельствах к нам было не придраться. Я подозреваю, что у нас будет много недоброжелателей. Возможно, нам придётся защищать свою собственность, поэтому, ещё раз повторяю, всё должно быть на сто процентов законно.
— Это очень интересно, — сказал Самойлов. — Но нереально. Думаю, что нереально. Нас сожрут конкуренты, если мы не будем оптимизировать налогообложение. И нам не дадут никаких разрешений регулирующие органы, если мы не заплатим положенную им мзду. Ну, или будем ждать каждую бумажку месяцами.
— Этот вопрос я возьму на себя, — уверенно сказал Виктор, и от такой уверенности в голосе чаша весов у Станислава качнулась в сторону, чтобы согласиться.
Настя припарковалась около красиво оформленного фасада дома на Советском.
— Здесь новое кафе открылось. Говорят, очень уютное. Давайте там позавтракаем?
Когда все вышли из машины, и Виктор поднял голову на вывеску, он сначала вздрогнул, потом расплылся в улыбке. Над входом висела надпись «Три рубля». Внутри всё было точно так же, как Виктор видел в своём полусне, когда его сюда пригласил бездомный дед Михей. Сели за тот же столик, где он и сидел в прошлый раз. Когда стали заказывать, Виктор попросил принести пиццу Нуо. Девушка-официант сказала, что такого названия пиццы у них нет. Значит, во сне были свои перегибы. Посетителей не было, поэтому говорили почти свободно. Станислав больше слушал, изредка задавая прямые вопросы, на которые у Виктора не всегда были ответы. Настя тоже по полной участвовала в разговоре. Виктор с удовольствием отметил, что она тоже загорелась этим проектом, хоть многого и не понимала.
— Что с электричеством? — спросил Самойлов — Придется тянуть линии, ставить подстанцию.
— Я работаю над этим, — сказал Виктор. — Возможно, мы сможем приобрести несколько ветрогенераторов, если, конечно, получим разрешение на использование. Тогда мы будем независимы от поставщика электроэнергии.
— Насколько я знаю, это совсем нерентабельно, — заметил Станислав. — Окупаемость турбины исчисляется годами, если не десятилетиями.
— Мы посчитаем, хорошо? — улыбнулся Виктор.
— По поводу сельхозземель, — продолжил Станислав. — Нам разрешат строительство домов при межевании по одному гектару. То есть на один частный дом — гектар земли. И то при условии создания фермерских хозяйств. Или потребуется перевод в ИЖС.
— Значит, будем переводить, — согласился Виктор. — Либо будем межевать по гектару, почему бы и нет.
— Не понимаю, на чём тогда компания собирается зарабатывать? Если это коммерческий проект, должна быть прибыль, я правильно понимаю? — задал вопрос Станислав.
— Предположительно, мы выпустим миллион акций, — пояснил Виктор. — Скажем, по сто рублей за акцию. Наш капитал будет сто миллионов рублей. На эти деньги мы построим как жильё, так и много всего подсобного. Отапливаемые теплицы, коровники, курятники, производственные мощности. Мы будем практически автономны. Через несколько лет наша компания будет стоить миллиарды. Мы продадим часть своих акций, заработаем тысячи процентов, но не это главное.
И Самойлов, и Настя молча смотрели на Виктора, ожидая продолжения, но он, улыбаясь, долго держал паузу, потом сказал:
— Главное, что мы сами будем хозяевами своей жизни. А у людей будет выбор: принимать наши условия или нет. Условия будем создавать такие, чтобы людям было просто невыгодно отсюда уезжать. Лучшего места на земле будет просто не найти.
— И всё это мы построим на сто миллионов рублей? — с нескрываемой иронией спросил Самойлов.
— Да, — кивнул Виктор. — Причём с вероятностью в сто процентов.
Наступила тишина, которую прервал Самойлов, видимо, приняв решение:
— Готов поучаствовать в этом удивительном эксперименте. Двести тысяч с первого месяца — на старт, потом — повышение.
Виктор понял, о чём речь, и, не медля ни секунды, сказал:
— Согласен.
Говорили долго. Спорили, аргументировали свои мнения. Станислав постоянно что-то записывал в блокнот. Потом заказали полноценный обед. Настя сказала, что ей надо отъехать, а Виктор со Станиславом продолжали сидеть и разговаривать. Самойлов Виктору понравился безоговорочно, недаром поисковик Нуо выдал его в первой десятке по всем параметрам. У них с Виктором были почти одинаковые взгляды и на мироустройство, и на понятия «хорошо-плохо». У Станислава был практически полный конспект сегодняшнего разговора. Похоже, Самойлов ко всему подходил основательно. Оставалось принять решение по типу предприятия и придумать название.
***
Позвонил Афшин и вкратце доложил ситуацию. Сказал, что был у Тамары Львовны, заключил два договора — по миллиону каждый. Одна площадка должна быть собрана в Зашекснинском микрорайоне, вторая — на Фанере. Львовичи никак не хотели давать предоплату, и в обоих
