Корбейль последовал за ней, используя веревку, которая связывала ей руки, как повод, чтобы тащить ее все время вперед.
Она больно упала, заставила себя подняться и снова упала. На этот раз с ней было покончено. Она никак не могла встать.
Корбейль дернул за веревку. Он выругался и пнул ее ногой, но она осталась неподвижной. Он тащил ее на животе, как тушу животного, по грязи. Она почувствовала во рту вкус земли.
Констанция была стройной и легкой. Корбейль обладал силой дьявола. Но даже он не мог утащить ее далеко. - “Мы должны оставить ее, - сказал он.
Бишот тяжело дышал. - “Ты обещал мне, что она будет моим призом.”
- “Она не принесет тебе никакой пользы, если ты умрешь. Когда мы доберемся до Квебека, я дам тебе достаточно золота, чтобы купить столько женщин, что твой член отвалится, - пообещал Корбейль.
- “Но никто из них не будет похож на нее.”
Корбейль закатил глаза. - “Если ты хочешь остаться и трахаться с ней, пока индейцы не снимут с тебя скальп, это твое дело. В противном случае, прикончи ее.”
Бишот неохотно вытащил свой скальпельный нож. Он схватил Констанцию за волосы, обернул их вокруг своей руки и рывком поставил ее на колени. Он откинул ее голову назад, обнажив бледное горло. Казалось, она потеряла сознание.
- “Мне бы так хотелось проводить с тобой больше времени, - прошептал он ей на ухо. - Но c'est la guerre.”
Он провел костяшками пальцев по ее лицу, а затем с криком отстранился. Нож упал на землю. Из его руки хлынула кровь.
Констанция выплюнула толстый кусок мяса, который она откусила. Кровь стекала по ее подбородку.
- Ах ты, сука! - крикнул Бишот. - “Ты пожалеешь об этом, потому что я причиню тебе медленную боль, прежде чем ты умрешь. Ты действительно будешь страдать.- Он так сильно ударил ее по лицу, что она упала на землю. Все еще посасывая свою рану, он задрал ее юбки, чтобы обнажить сливочные бедра. Он разрезал путы вокруг ее запястий, чтобы раздвинуть ее тело, и поднял ее руки над головой. Бишот расстегнул пояс и стянул бриджи, обнажив густую копну темных волос.
- Убери свой член. У нас нет времени, - сердито сказал Корбейль. - Враг будет идти по нашему следу.”
- Англичане никогда не смогут последовать за нами, а индейцы будут слишком заняты, снимая скальпы с убитых.”
Острие сабли Корбейля укололо его в затылок. - “Если ты потратишь на нее еще одну секунду, я проткну тебя насквозь.”
Бишот подобрал с земли нож и повернулся к нему лицом. - “Не угрожайте мне, сударь. Без меня вы никогда не найдете дорогу с этой горы.”
- “Если ты планируешь задержаться, пока англичане не захватят нас, никто из нас не выйдет живым. Веди себя прилично и позволь нам уйти.”
Бишот застегнул бриджи. Он отрезал полоску от платья Констанс и перевязал свою кровоточащую руку.
- Смерть слишком добра к тебе, - прошипел он, снова поднимая нож.
•••
На этой высоте деревья были гораздо тоньше. Тео увидел свою добычу с расстояния в сотню ярдов, мелькнувшее белое платье Констанс среди коричневого леса.
Он все еще бежал, доводя себя до физических крайностей, о существовании которых даже не подозревал. Судорога терзала его бок, как открытая рана. Каждый шаг был мучителен. И все же он продолжал идти вперед. Моисей явно отставал. То ли он заблудился, то ли просто устал, Тео не знал. У него не было времени выяснить это. Он знал, что если остановится хотя бы на мгновение, то у него уже никогда не хватит сил подняться.
У него не было никакого плана. Лесное ремесло, которому он научился у абенаков, было бесполезно в его нынешнем состоянии. Ему казалось, что он бредет по лесу так же бесшумно, как буйвол. Его враги, несомненно, слышала, как он приближается.
Вот только ... по какой-то причине они этого не сделали. Возможно, инстинкты абенаки сделали его более спокойным, чем он думал. Он ясно видел их на поляне, где росли деревья. Там был генерал Корбейль, а также человек, которого Тео никогда больше не ожидал увидеть. Человек, которого, как ему казалось, он отправил на дно замерзшего озера. Бишот.
Казалось, все его враги были вызваны из ночных кошмаров, но у Тео не было времени удивляться, как Бишот выжил. Траппер и Корбейль стояли друг против друга с обнаженными клинками. Констанция неподвижно лежала на земле рядом с ними.
Неужели она умерла?
У Тео за поясом все еще висел пистолет, заряженный единственной пулей. В остальном он был безоружен. Он не остановился, чтобы подумать об этом. Он ворвался на поляну так внезапно, что на мгновение Корбейль и Бишот лишь в ужасе уставились на него.
И тут Бишот среагировал. Он прыгнул на Тео, подняв нож. Тео рывком поднял пистолет, который держал в руке, хотя пороха для него не было. Клинок Бишота ударил по стволу с сердитым металлическим звоном, от которого ударные волны прокатились до самой рукояти.
Поскольку его забинтованная рука все еще кровоточила, удар выбил нож из рук Бишота. Он упал на землю. Тео приблизился и ударил его пистолетом в лицо. Изо рта охотника брызнула кровь.
Но Бишот всю свою жизнь только и делал, что дрался. Он ударил Тео кулаком в живот, а затем пнул его по голени. Тео отступил назад. Краем глаза он видел, как Корбейль поднял саблю для удара. Против двух противников у Тео не было ни единого шанса.
Но удар так и не последовал. Тео поднял пистолет, чтобы снова ударить Бишота, но был медлителен, а француз оказался проворнее. Бишот схватил Тео за руку и привычным движением сломал ему запястье.
Тео стиснул зубы от боли. Он поднял колено, целясь Бишоту в пах, но француз уклонился от удара. Пока Тео терял равновесие, Бишот нанес два резких удара, от которых Тео пошатнулся. Он зацепился ногой за ветку и упал.
В одно мгновение на него набросился Бишот. Он оседлал Тео, прижимая его к земле и осыпая градом ударов по всему телу. Все, что мог видеть Тео, - это открытый рот Бишота, желтые зубы, испещренные пятнами крови, истекающие слюной.
Бишот выплюнул
