Читаем без скачивания Спасти шпиона - Данил Корецкий

– Ты уже зашел… А вот кто тебе показал дорогу? Где этот гад, Миша?!

Мужчина вздрогнул.

– Все, мы уходим, – он поднял свою спутницу, и они направились к выходу из двора.

– Не-е-ет, вы так просто не уйдете! – прорычал Леший, пикируя на них с пьяной заплетающейся поспешностью.

Он замахнулся, но мужчина обернулся, ловко поймал его руку и перебросил через себя, в сугроб. Потом, присмотревшись, сорвал блеснувший в свете фонаря кастет и забросил за гаражи.

– Я тебя и твоего Мишу! – Леший рванулся, попытавшись вцепиться противнику в шею.

И тут же получил сильный удар в челюсть, отбросивший его обратно в сугроб. Когда, матерясь и взметая фонтаны снега, он кое-как поднялся на ноги, двор был уже пуст. Он протер лицо снегом, набил рот пресной холодной массой, от которой заломило зубы. Осмотрелся. Подвал? Нет. Четко отпечатавшиеся на свежем снегу следы вели в противоположном направлении. Леший метнулся по следам и вскоре увидел вдали две темные фигуры, удаляющиеся в проходные дворы.

– Стой! – заорал он. – Куда?!

Он медленно побежал, на ходу трезвея от холода и злости, и вскоре заметил, что все же нагоняет. Женщина шла шатаясь, и вообще они двигались еле-еле, будто больные или смертельно усталые. Догнав, Леший хотел на ходу ударить мужчину в голову, но попал в плечо. Мужчина поскользнулся, упал на колено. Леший навалился на него, опрокинул на спину, взмахом руки отбросил в сторону женщину, которая с молчаливым остервенением вцепилась ему в волосы.

Где-то рядом закричали прохожие. Не обращая ни на кого внимания, Леший схватил мужчину за горло, встряхнул и неожиданно для самого себя заорал ему в лицо:

– Где Хорь?! Где, я спрашиваю?!…

И вдруг понял, что это не Миша. Не Керченец. Совсем незнакомый мужик. Он молотил Лешего в грудь и живот, пытаясь освободиться, ерзал под ним коленом, но тоже почему-то делал это молча. Леший слегка пристукнул его затылком о землю, чтобы успокоился, и сказал:

– Ты кто такой? Что делал в подвале?

Вместо ответа он получил мощнейший удар в правую скулу, который на долю секунды выключил сознание. Когда сознание вернулось, он уже сам лежал на снегу, распластанный, как лягушка, под двумя тяжеленными милиционерами в синих ватниках, рядом с его лицом, чуть не наступая, топтались казенные сапоги из грубой кожи, ярко светили автомобильные фары, слышался усиленный динамиком шорох и потрескивание рации, и кто-то докладывал с усталой обыденностью:

– …Сивцев Вражек, шестнадцать, драка на улице… Нет, на вид обычная пьянь… Прохожего за глотку взял… Что с ним делать-то?… Понял. Да. Проводим задержание и продолжаем наблюдение…

Лешего резко подняли, чьи-то сильные пальцы сомкнулись на затылке. Руки рывком завели назад, защелкнули наручниками.

– Вперед пошел.

– Да ты не меня!… – захрипел-завопил Леший. – Ты их держи! Узнай, чего они по подвалам шарились!

Его втолкнули в задние двери милицейского «УАЗа», попутно приложив дубинкой по почкам.

– Да что вы делаете?! Я же их задерживал!

– Закройся, суперагент! – засмеялся водитель.

– Уйдут! – орал Леший.

Никуда они не ушли. То есть ушли бы, наверное, – если бы успели… и если бы не рутинная обязанность каждого потерпевшего присутствовать при оформлении протокола.

– Мы никуда не поедем! – твердо сказал мужчина, отодвигаясь назад и поддерживая под локоть свою спутницу, которая, казалось, вот-вот упадет в обморок. – Нас и так ограбили… Нам надо умыться, переодеться, показаться врачу! А тут этот придурок прицепился, а теперь вы…

– Мне срочно к врачу надо, меня били, – слабым голосом сказала женщина.

– Их Мишка-керченец привел! – надрывался в машине Леший. – Он Хоря убил! У него навигатор подземный есть! Он на Штаты работает!

Лейтенант в ответ несильно стукнул дубинкой по дверце.

– Успеете, – равнодушно процедил он, обращаясь к мужчине и женщине. – Долго не задержим. Протокол составим, и идите куда хотите… Может, и ваших грабителей задержим, сейчас большая чистка в городе.

– А куда их сажать? – спросил напарник. – В «собачник», к этому алкашу? Он же их покусает по дороге…

И добавил шепотом:

– Да и воняет от них, как от говночистов… Может, пусть идут?

– А как этого документировать? – поинтересовался лейтенант. – Или тоже отпускать? А показатели?

– Нет, ну послушайте, это же просто смешно! – пыхтел мужчина, которому, судя по взволнованному виду, совсем не было смешно, даже напротив. – У меня престарелая мать, она ждет, волнуется наверняка!… У нее сердце!… Послушайте… Мы сами придем в участок! Переоденемся и придем. Только немного позже. Договорились?

– Все, дорогие граждане потерпевшие! Дискуссия окончена! – объявил лейтенант, подталкивая их к открытой утробе «УАЗа». – Через полчаса обнимете вашу маму, успокоите ее и сами успокоитесь. Извините. Такой порядок.

– Мы никакие не потерпевшие! – вскрикнула вдруг женщина. – Это насилие! Я никуда не поеду! – Она отбросила руку мужчины, испепелила взглядом лейтенанта и двоих рослых сержантов, стоявших рядом.

– Тш-ш. Нехорошо. Зачем же так? – с укоризной сказал офицер.

Их все-таки усадили в машину. Один сержант, деликатно сжав широкие плечи, уселся рядом, второй сел к Лешему. Хлопнула дверца, с лязгом повернулся замок. На переднее сиденье рядом с водителем упал лейтенант, раздраженно пробормотал под нос: «Надо же, как воняют. А с виду приличные…» Зажужжал стартер, «УАЗ» чихнул, завелся и покатился, с хрустом уминая свежий снег.

– Бухарик, бухарик… Из Бухары, значит, приехал? – рассеянно пошутил дежурный – сухопарый капитан с желчным лицом зануды, прилаживая между плечом и ухом телефонную трубку и одновременно пытаясь расписать на клочке бумаги ручку с застывшей пастой.

– Только не шуми, бухарик… Будь человеком… Да! – крикнул он в трубку. – Пишу. Синцов Алексей… Так. Есть. Адрес… Ага. Есть. Лады… А эти двое, Макаровы?… Есть. Спасибо.

Он положил трубку на место.

– Да меня каждая собака на Сивцевом Вражке знает! И Крушинский ваш знать должен! Зови майора, он тебе все объяснит! – скандалил Леший.

Закованный в наручники, он сидел на жесткой, отполированной скамейке за облупившейся решеткой «обезьянника» и свирепо поглядывал то на затихшую в углу странно одетую парочку, то на капитана.

– Я там живу, на Сивцевом!… Живу, понимаешь? А вот откуда они там взялись – это вопрос! Большой вопрос!… И я знаю ответ!

– Вот и ответишь, раз знаешь, – ворчал капитан, заполняя журнал.

Зазвенел телефон, дежурный опять сорвал трубку:

– Да!… Никак нет, товарищ майор! Пока без результатов. Один задержанный… Пьяный хулиган, напал на прохожих, – он неодобрительно глянул на Лешего.

– Фамилию ему мою назовите! – выкрикнул Леший. – Скажите, Синцов задержан!

– Нет, по розыскным ничего нет… Да, пьяного оформим, а потерпевших отвезем домой. Вот, алкаш требует, чтобы я сказал вам, что он Синцов! Да нет, раньше вроде не доставляли… Есть!

Капитан положил трубку, потер вспотевший лоб под фуражкой.

– Крушинский шпионов ловит, государственным делом занимается… Ему других забот нет, как на твою морду пьяную любоваться…

– Шпионов?! – обрадовался Леший. – Так они и есть шпионы! Самые настоящие! Они с Керченцем заодно! Они из минуса выкинулись, из канализации, я вам говорю! Проверьте их обязательно! Это те самые!

Потерпевший резко поднялся.

– Сколько можно терпеть? – сказал он дрожащим от возмущения голосом. – Нам обещали, что быстро заполнят протокол и отпустят… А вместо этого мы вынуждены сидеть здесь и выслушивать оскорбления!

– Две минуты, граждане! – успокоил дежурный. – Лейтенант сейчас освободится и быстренько оформит протокол… А вы пока напишите как все было, вон лежит бумага… И про ограбление можете написать.

– Даме надо в туалет, – сказал потерпевший. – Я провожу ее. Где тут у вас?

Капитан вздохнул, опять потер лоб.

– По центральному коридору направо… Табличка «Для посетителей», увидите…

– Да не отпускай их, балда! – заорал Леший, вскочив со скамейки и вцепившись скованными руками в решетку.

– Молчать! – Дежурный в сердцах грохнул кулаком по столу, и с полочки над столом посыпались ксерокопии розыскных ориентировок. Чертыхнувшись, он стал их собирать.

И тут вновь прозвонил телефон.

– Слушаю! Да, товарищ майор! Да-а-а, Синцов с Сивцева Вражка, – он озабоченно сдвинул фуражку на затылок и посмотрел на Лешего другими глазами. – Я понял… Ясно. Прислушаюсь!

Потерпевшие подошли к выходу из дежурной части и открыли дверь в коридор.

– Погодите… – вдруг сказал капитан. И добавил громче: – Стойте!

Не обращая внимания, потерпевшие вышли в коридор. Или не услышали, или не поняли, или не обратили внимания, или не подчинились.