На церемонию приехал Аделяр Грондеж, а также Йоланда, ставшая к тому моменту леди Арвенио, со своим супругом. Пожалуй, эти люди были в числе тех немногих, для кого объявление о нашей помолвке не стало сюрпризом. И, конечно же, на свадьбе присутствовала Илона, даже облачившаяся по такому знаменательному поводу в весьма женственный наряд. Виконт Ренуар Берриньи, к этому моменту — её официальный жених, не отходил от неё ни на шаг. По-моему, он был готов вызвать на дуэль всякого, кто посмел бы приблизиться к леди — пока ещё — Деннис.
Такого обилия исполнителей, как на свадьбе леди Мирейи Альмиконте, у нас не было. Зато в небольшом уютном зале выступал замечательный сказочник Жерар Рошьен. Вдоволь натанцевавшись, я с удовольствием уселась в одно из установленных полукругом кресел, на этот раз — в самом центре ряда. За окном давно стемнело, в канделябрах мягко горели свечи, и приятный голос рассказчика оживлял комнату вместе с ними. Особенно хорошо мне запомнилась «Сказка для романтически настроенных мужчин»:
На свете жил прекрасный принц,
Не трус и не повеса.
Любил сильнее всех девиц
Он юную принцессу.
Увы, царевна не могла
Открыть ему объятья,
Поскольку много лет спала,
Став жертвою заклятья.
Принц сел на верного коня,
Призвал свою удачу,
Скакал три месяца, три дня
И три часа в придачу.
Как провидения гонец,
Преграды и завесы
Он одолел и, наконец,
Поцеловал принцессу.
От продолжительного сна
Красавица очнулась.
'Ах, милый!' — молвила она
И сладко потянулась.
Разорван дьявольский клубок!
…тут девушка зевнула,
Затем легла на правый бок
И тот же час уснула.
Принц в страхе бросился в кровать -
Красивый, юный, статный -
И стал девицу целовать,
Причём неоднократно.
С таким любая б ожила,
От мёртвой до лягушки,
А эта девушка — спала,
Обняв рукой подушки.
Мораль и выводы ясны.
О юноша, не лгу я:
Коль дева больше ценит сны,
Найди себе другую!
За этой сказкой последовала следующая, и ещё одна… Я заслушалась настолько, что когда Кэмерон потормошил меня за плечо, лишь, не глядя, отмахнулась. Кажется, это повторилось несколько раз. Наконец Кэмерон склонился к моему уху и шепнул:
— Несси, нам пора уходить.
— Никуда нам не пора. — Я так сильно дёрнула головой, что чуть не вывихнула жениху челюсть. — Не мешай слушать.
К моему великому раздражению не прошло и нескольких секунд, как моё плечо снова бесцеремонно затрясла рука жениха.
— Несси, дорогая, — на этот раз в голосе Кэмерона звучала изрядная доля ехидство, — ты случаем не забыла, что сегодня наша брачная ночь?
На сей раз мне всё-таки пришлось к нему повернуться.
— Не смеши меня! — с неудовольствием прошептала я. — Какая брачная ночь. Напомнить тебе, что мы некоторым образом уже общались в постели? Ты что, всерьёз рассчитываешь продемонстрировать мне сегодня что-нибудь, чего я ещё не видела?
Я снова повернулась к Рошьену, твёрдо намеренная дослушать сказочника до конца.
— Несси, ты пойдёшь сама или мне придётся нести тебя, перекинув через плечо? — спросили на ухо.
Я мрачно взглянула на жениха, то есть на мужа. Ну что за невозможный тип?! Сердито округлив глаза и нарочито тяжело вздохнув, я всё-таки сдалась и вместе с ним торжественно покинула комнату под бодрый шепоток присутствующих.
Оказавшись в покоях Кэмерона, превратившихся на время, которое нам оставалось провести во дворце, в наши общие комнаты, деловито прошла к кровати.
— Так, давай, только быстро, — решительно заявила я. — Тогда я ещё успею вернуться и дослушать Рошьена.
Кэмерон остановился посреди комнаты с насмешливым выражением лица, недвусмысленно транслируя, что он совсем никуда не спешит. Его взгляд скользнул по кровати, я посмотрела туда же и оживлённо изогнула брови. К изголовью были привязаны две шёлковые ленты. Не те, которые использовала в своё время мнимая горничная. Другие, наполовину чёрные, наполовину красные.
Я одобрительно хмыкнула. Уже никуда не спеша, запрокинула голову, подставляя шею для поцелуя Кэмерона. Нежно-розовое свадебное платье, украшенное кружевами и жемчугом, вскоре оказалось на полу, а следом за ним нижняя юбка и корсет. Я осталась в тонких чулках и короткой шёлковой камизе, лишь слегка прикрывавшей колени. Причёску по-прежнему украшал флёр д'оранж, свадебный венок из белоснежных цветов померанцевого дерева.
Кэмерон шаг за шагом оттеснил меня к кровати. Уложил на неё, после чего неспешно обвязал запястья шёлковыми лентами. По телу пробежала дрожь предвкушения. Я из интереса подёргала руками. Крепко. Мог бы так сильно и не стараться.
А он уже стоял на коленях на кровати — в отличие от меня, почти полностью одетый, в сторону был откинут лишь сюртук. Подушечка указательного пальца медленно погладила мою щёку, спустилась по шее вниз и скользнула под вырез камизы. Я прикрыла глаза, откидывая голову назад. А Кэмерон вдруг спрыгнул с кровати, подхватил сюртук и, перекинув его через плечо, направился к выходу.
— Ну что ж, я пойду дослушаю выступление Рошьена, а ты пока отдыхай, — заявил этот наглец по дороге к двери.
— Кэмерон, не смей! — крикнула я, приподнимаясь, насколько того позволяли привязанные к изголовью руки. — Слышишь? Даже не вздумай!
Он шаг за шагом приближался к двери.
— Если ты это сделаешь, я пойду к королю и потребую у него согласия на развод! — заорала я. — И, узнав о ТАКОМ, он мне точно его даст!
Его рука легла на дверную ручку. Раздался лёгкий скрип… Ручка опустилась и вернулась в исходную позицию. Этот мерзавец всё-таки остался с моей стороны.
— Ты — последний негодяй! — выдохнула я, чуть-чуть успокаиваясь.
— Скажи лучше что-нибудь новое, — посоветовал Кэмерон, неспешно возвращаясь ко мне.
Сюртук он по-прежнему держал перекинутым через плечо.
— Что например? — огрызнулась я.
— Например, что страстно меня любишь и потому не собираешься думать в моих объятиях о том, как бы поскорее вернуться на чтения.
— Я страстно тебя люблю, — послушно, хотя и без выражения, подтвердила я, — и потому не собираюсь думать в твоих объятиях о чтениях. Вместо этого, — мой голос снова обрёл выразительность, — я буду думать исключительно о том, как бы поскорее тебя придушить.
— Это устраивает меня значительно больше, — удовлетворённо заявил Кэмерон.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
